Брюссель учит, Европа буксует

Европарламент критикует Баку и Тбилиси, пока Евросоюз сталкивается с собственными проблемами

Европейские города охвачены социальным недовольством, бюджеты испытывают растущее давление, а миллионы граждан требуют доступного жилья, качественного образования и достойных зарплат. Вместо решения собственных проблем европейские институты продолжают поучать другие государства, превращая права человека в инструмент политического давления

Европейский Союз захлестывают протесты и забастовки, обнажающие неприглядную изнанку благополучия, которым европейские политические элиты десятилетиями хвастались перед всем миром. Дорогая жизнь, неподъемная аренда жилья, сокращение социальных гарантий, кризис образования и растущая долговая нагрузка превращают недовольство миллионов граждан ЕС в открытое противостояние с властями.

Учителя требуют денег на школы, молодежь защищает свое право на доступное образование, рабочие протестуют против ухудшения условий труда, а правительства, загнавшие государственные бюджеты в долговую яму, продолжают наращивать военные расходы. На вооружение тратятся миллиарды, а на нормальные школы и больницы средств почему-то не находится.

Во Франции государственный долг достиг примерно 117-119% ВВП, а дефицит бюджета составляет около 6,1%. При этом лицеисты, студенты, родители и учителя требуют прекратить сокращение рабочих мест в сфере образования, отремонтировать наконец школьные здания и обеспечить нормальные условия обучения. Нехватка педагогов, низкие зарплаты и падение покупательной способности населения давно превратились в серьезные социальные проблемы для Пятой Республики.

Италия с долгом около 138-139% ВВП также сталкивается с недовольством молодежи, которой приходится выбирать между образованием, арендой жилья и повседневными расходами. Студенческие объединения требуют прекратить экономию на университетах и направлять бюджетные средства на стипендии и ремонт учебных корпусов, а не только на оборонные нужды. Греция, чей долг составляет около 137-140% ВВП, продолжает расплачиваться за многолетнюю экономию, оставившую тяжелый след в социальной сфере. Молодые специалисты сталкиваются с недостатком достойных рабочих мест, университеты нуждаются в финансировании, а бюджетная дисциплина по-прежнему оборачивается ограниченными возможностями для государства.

В Бельгии государственный долг приблизился к 105% ВВП, а дефицит превысил 5%. Профсоюзы выступают против пенсионных изменений, сокращения пособий и урезания расходов на образование, работники транспорта требуют улучшения условий труда.

Испания с долгом около 105% ВВП столкнулась с жилищным кризисом, лишающим молодежь возможности самостоятельно устроить жизнь. Высокая стоимость аренды поглощает значительную часть заработка молодых семей, а требования усилить защиту арендаторов и расширить строительство социального жилья остаются болезненной темой внутренней политики.

Австрия готовится урезать расходы на высшую школу и науку, ставя под удар исследовательские проекты и рабочие места преподавателей, Португалия сталкивается с недовольством работников транспорта и авиационной отрасли из-за низких зарплат и роста расходов на жизнь. Даже в тех странах, в которых бюджетные показатели выглядят сравнительно благоприятно, гражданам приходится бороться за доходы, позволяющие оплачивать жилье, продукты питания и другие базовые потребности.

Латвия наращивает военные расходы, но сталкивается с нехваткой средств на медицину, образование и выполнение обязательств по повышению зарплат бюджетникам.

Германия, некогда считавшаяся экономической опорой Европы, испытывает трудности промышленности, сокращение рабочих мест и давление на социальную систему, одновременно расширяя оборонные программы.

Польша направляет на армию около 4,7% ВВП, но сталкивается с дефицитом бюджета примерно в 5,5% и необходимостью искать средства на социальные обязательства.

В Чехии меры бюджетной экономии вызывают недовольство работников, учителей и профсоюзов, а Румыния с дефицитом около 7-8% ВВП вынуждена сокращать расходы в условиях высокой инфляции и падения покупательной способности.

Финляндия, которую годами представляли образцом социальной защищенности, урезает пособия и ограничивает некоторые возможности профсоюзной защиты. Работники выступают против реформ, затрагивающих их права, а власти объясняют свои решения необходимостью оздоровить государственные финансы. Даже в странах с развитой социальной системой гражданам предлагают смириться с ограничениями, которые прежде казались несовместимыми с европейскими представлениями о достойной жизни.

Высокая задолженность, бюджетные ограничения, дорогая жизнь и расходы на оборону становятся предметом конфликтов практически во всех странах ЕС. Европейские правительства требуют от населения терпения и экономии, однако не могут убедительно доказать, что нынешняя политика обеспечит людям более благополучное будущее.

Но вместо ответа на болезненные вопросы собственных граждан Европарламент развернул очередную кампанию давления на Южном Кавказе, пытаясь переключить общественное внимание с масштабного европейского кризиса на Азербайджан и Грузию.

Так, на прошлой неделе евродепутаты приняли очередные, давно превратившиеся в привычный инструмент политического давления и уже не вызывающие никаких эмоций, критические резолюции в отношении обеих стран, вновь продемонстрировав готовность поучать суверенные государства и предъявлять им политические требования, несмотря на многочисленные нерешенные проблемы внутри самого Евросоюза.

В отношении Азербайджана, в частности, Европарламент призвал к «немедленному и безоговорочному освобождению» ряда лиц, включая Али Керимли, Анара Маммадли и Анара Абдуллаева. А по инициативе ряда депутатов, в частности, проармянской француженки Марины Мезюр, в окончательный текст резолюции было включено требование освободить отбывающих заслуженное наказание бывших главарей ликвидированного армянского сепаратистского режима Карабахского региона Азербайджана, включая военного преступника и террориста Рубена Варданяна. Более того, было предложено увязать будущие соглашения с Баку с оценками ситуации в сфере прав человека. Милли Меджлис решительно отверг документ, назвав его предвзятой политической акцией, построенной на сфальсифицированной информации.

Жесткая позиция Баку предельно ясна: евродепутаты не вправе подменять собой национальные судебные органы, требовать особого отношения к конкретным лицам и использовать политические резолюции как средство давления на суверенное государство. Если человек обвиняется в уголовном преступлении, его ответственность должна определяться законом и решениями компетентного суда, а не политическими пожеланиями европейских парламентариев.

При этом европейская псевдопринципиальность приобретает поразительно избирательный характер, когда речь заходит о правах азербайджанцев, пострадавших от многолетней армянской оккупации. В Баку справедливо напомнили еврочиновникам о более чем 1 млн азербайджанских беженцев и вынужденных переселенцев, чья трагедия на протяжении более трех десятилетий не получала сопоставимого внимания со стороны соответствующих институтов ЕС. Между тем четыре резолюции Совета Безопасности ООН требовали такого же немедленного, полного и безоговорочного вывода армянских вооруженных сил с оккупированных территорий Азербайджана, однако европейские парламентарии, столь охотно выступающие сегодня в роли судей, долгие годы не проявляли сопоставимой настойчивости, когда речь шла о восстановлении прав изгнанных со своей земли азербайджанцев.

Почему в одних случаях Европарламент готов выступать с жесткими требованиями, а в других проявляет куда меньшую настойчивость? Подобная избирательность дает все основания говорить об ангажированности и двойных стандартах евроинститутов.

Не менее агрессивно Европарламент выступил против Грузии. Резолюция, поддержанная 445 депутатами, осуждает намерения властей добиваться запрета ряда оппозиционных партий через Конституционный суд, содержит призывы освободить Михеила Саакашвили и других оппозиционных деятелей, а также предусматривает призыв к персональным санкциям против Бидзины Иванишвили, Ираклия Кобахидзе, Шалвы Папуашвили и Кахи Каладзе.

Тбилиси расценил документ как вмешательство во внутренние дела страны. Представители правящей партии «Грузинская мечта» справедливо обвинили европейские структуры в попытках влиять на политические процессы и навязывать грузинскому обществу решения, которые должны приниматься в рамках национального законодательства. И здесь снова и снова обнаруживается стремление Брюсселя не просто выражать собственную позицию, но и оказывать прямое давление на руководство независимого государства.

Европейские институты, судя по подобным действиям, привыкли рассматривать собственные субъективные оценки как обязательные ориентиры для других стран. Однако Азербайджан и Грузия не являются колониями Парижа или Брюсселя, а их суверенитет не зависит от того, насколько решения законно избранных национальных властей устраивают или не устраивают европейских депутатов.

Европарламенту стоило бы прежде всего обратить внимание на собственные проблемы, которые непосредственно затрагивают миллионы европейских граждан. Ни одна резолюция против Азербайджана не отремонтирует французские школы, не сделает доступнее испанское жилье, не обеспечит работой греческую молодежь и не избавит бельгийских рабочих от угрозы сокращения социальных гарантий. Никакие угрозы санкциями не заменят взвешенной экономической политики, а попытки диктовать свои условия суверенным государствам Южного Кавказа не избавят европейские правительства от собственных просчетов и не решат проблем, которые годами копились внутри Евросоюза.

Пока депутаты Европарламента ищут соринку в чужом глазу, бревно в собственном становится все тяжелее. Социальное недовольство накапливается, финансовые проблемы множатся, а доверие к европейским институтам снижается в геометрической прогрессии. И если руководство ЕС продолжит пренебрегать внутренними противоречиями, последствия могут выйти далеко за пределы акций протестов и забастовок, поставив под удар не только единство самого объединения, но и его без того подмоченный авторитет.