Что мы знали о Закавказской Федерации, но боялись спросить Неудобная правда Самита Алиева

В посвященной Фатали хану Хойскому передаче я уже говорил дорогим ребятам и уважаемым товарищам взрослым о том, что 22 апреля 1918 года в Тифлисе была провозглашена независимая Закавказская Демократическая Федеративная Республика (ЗДФР). Просуществовала она чуть более месяца, потому что, во-первых, каждая из республик тянула одеяло в свою сторону, что, в принципе, понятно — своя рубашка, естественно, ближе к телу, а во-вторых, сверхдержавы того времени не упускали ни малейшей возможности поинтриговать, используя противоречия между тремя молодыми республиками в своих интересах. Азербайджан воевал с Арменией, а Армения — еще и с Грузией, за область Лори, где были богатейшие медные рудники, и один только Алавердский медно-химический комбинат производил 3800 тонн меди в год, что составляло одну четвертую часть выплавки меди всей бывшей Российской империи. Война длилась чуть больше трех недель. По настоянию Великобритании было подписано мирное соглашение. Подписание состоялось в деревне Садахло ночью 31 декабря, и 1 января 1919 года боевые действия были прекращены. 9 января в Тифлисе началась конференция с участием Грузии, Армении и Великобритании. По новому соглашению, подписанному 17 января в Тифлисе, до решения Верховным советом Антанты вопроса о границах между Грузией и Арменией северная часть Борчалинского уезда передавалась Грузии, южная — Армении, а средняя объявлялась «нейтральной зоной», административно подчиняясь английскому генерал-губернатору.

И еще. Давайте посмотрим правде в глаза. До 1919 года страны Антанты продолжали рассматривать 3 независимые республики Южного Кавказа – нас, Грузию и Армению – если и не как часть России, то, как минимум, сферу ее влияния. Не удивляйтесь, Антанта поддерживала Деникина, который был для трех республик Южного Кавказа врагом номер один. В 1918-м все три республики – не удивляйтесь – были ситуативными союзниками не только большевиков. Но и той стороне, которая все еще противостояла Антанте – Турции и Германии. Парадокс? Нет. «Все Закавказье в пределах границ до начала войны 1914 года должно быть рассматриваемо как неотделимая часть Российского государства… Надлежит подготавливать почву для безболезненного воссоединения этих областей в одно целое с Россией под верховным управлением общероссийской государственной власти. Одновременно с тем впредь до окончательного установления общегосударственной российской власти допускается самостоятельное управление этих областей, ныне в них образовавшееся и существующее». Это – выдержка из письма Деникина генералу Баратову, представителю Добровольческой армии (белой армии) в Тифлисе. В общем, прошло более ста лет, но вот что-то мне подсказывает, что аппетиты кое у кого остались прежними, да и замашки совершенно не изменились. 

Все страны хотят жить. И если желание жить у них достаточно сильно – они согласны на союзничество с кем угодно. Даже со вчерашним врагом, потому и удивляться тут совершенно нечему. Только в 1919-м, когда большевики, что называется, вошли в силу, страны Антанты начали помогать Грузии и Азербайджану. И эта поддержка осуществлялась Антантой лишь по одной причине: на тот момент именно поддержка независимости закавказских республик отвечала интересам экономической блокады большевиков. Чуть позже приоритеты сменились, и интерес Антанты к независимым странам Южного Кавказа сошел, что называется, на нет, и это нужно запомнить.

В 1919 году, 28 мая, в ходе Парижской конференции президент США Вильсон прямо заявил делегациям Азербайджана, Грузии и Горской республики: «Мы не хотим делить мир на мелкие части, для вас лучшим вариантом было бы создать Кавказскую Федерацию, которая будет находиться под покровительством какой-нибудь державы по поручению Лиги Наций, и вообще, вопрос Кавказа не может быть разрешен раньше русского вопроса». Но в конце мая 1919-го Горская Республика пала под ударами деникинских войск. Ее главой был чеченец, нефтепромышленник Тапа Чермоев, его еще вывел в своем замечательном романе «Эмигранты» Алексей Толстой. Дальше – больше: 13 июня 1919 года Антанта признает законной властью на территории бывшей Российской империи власть адмирала Колчака. На тот момент штаб-квартира Колчака находилась в Омске. С некоторым опозданием, а именно – 17 июня, представители Азербайджана, Грузии, Латвии, Эстонии, Горской Республики и Украины вручили коллективную ноту протеста председателю Мирной конференции. Но ни Конференция, ни союзники на эти протесты не просто не ответили. А помощь правительству Колчака и Добровольческой армии была увеличена. Не зря в Советской России в те времена о Колчаке распевали песню «мундир английский, погон французский, табак японский, правитель омский». Как видите, невзирая на декларируемые принципы гуманизма, провозглашенные «права наций на самоопределение» и другие очень красивые универсалии, политика стран Запада была не то чтобы лицемерной, хотя она была именно таковой. Политика стран Запада была донельзя прагматичной. Все старались извлечь из сложившейся ситуации свою выгоду. И не только извлечь выгоду, но и свести возможный ущерб к минимуму. Потому и обвинять их в лицемерии я не стану, как-то воздержусь, знаете ли. А вот призвать учиться у стран Запада именно такому прагматизму – дело нужное. Как говорил товарищ Ленин, «архиважное».

Учиться, учиться и еще раз учиться. Осенью ситуация кардинально меняется. К концу октября 1919 года на всех фронтах гражданской войны белые войска не просто начинают отступать, белые просто бегут. Зимой 1919-1920 гг. победа большевиков стала очевидной, ставка на Деникина и Колчака провалилась. Все усилия, направленные на их поддержку, себя не оправдали. Более того, в начале 1920 года большевики предложили Азербайджану и Грузии совместно с Красной армией добить отступавшую армию Деникина. А что случилось чуть позже... Ну, во-первых, мы и так все это прекрасно знаем, а во-вторых... Во-вторых, я как-нибудь обязательно вернусь к этой очень и очень интересной теме с огромным количеством белых пятен. Ну а в-третьих... В-третьих, меняются времена, а вот политика России на Южном Кавказе остается точно такой же. Но времена изменились, и мы, в Азербайджане, изменились вместе со временем – особенно после нашей победы.