Дашнаки вновь реанимируют Кочаряна: политическое стадо без будущего ОБЗОР от Эльчина Алыоглу

Автор: Эльчин Алыоглу, директор Baku Network, специально для Day.Az

Очевидно, что партия "Дашнакцутюн" по-прежнему связывает свое политическое будущее с фигурой Роберта Кочаряна. По словам Ишхана Сагателяна, на предстоящих выборах партия вновь намерена консолидироваться вокруг него.

По сути, "Дашнакцутюн" окончательно утратила даже иллюзию политического воображения. Прошлое для нее - не просто якорь, а культ и единственный сценарий выживания. Сегодня дашнаки уже не маскируются: они снова достают из политического нафталина фигуру Кочаряна, будто за пределами этого имени в Армении не существует ни времени, ни будущего.

Заявление Сагателяна звучит не как стратегия, а как приговор - признание интеллектуального и морального банкротства. Партия, десятилетиями жившая радикальной риторикой и историческими фантомами, вновь делает ставку на символ реванша, авторитарного прошлого и политического тупика. Для нее политика - это не конкуренция идей и не борьба за будущее, а бесконечное вращение вокруг одного и того же человека и одной и той же эпохи.

"Дашнакцутюн" - это не просто партия, а организация с более чем 130-летней историей, уходящей корнями в конец XIX века, в период распада Османской империи. Основанная в 1890 году в Тифлисе, она формально декларировала социалистические идеи и защиту прав армян, но на практике стала одним из ключевых источников радикального национализма.

В основе ее идеологии - концепция "объединенной Армении", опирающаяся на идеи Севрского договора 1920 года и претензии на территории Турции, Азербайджана и Ирана. Это не просто политическая мечта, а фабрика реванша, оправдывающая милитаризацию общества и постоянную конфронтацию с соседями.

С самого своего основания дашнаки проповедовали идею вооруженной борьбы. В их программных документах конца XIX века прямо говорилось: "освобождение возможно только через меч и кровь". Они создавали тайные боевые отряды, занимались сбором средств, вербовкой, контрабандой оружия. По историческим данным, уже к 1907 году у партии насчитывалось около 20 тысяч членов в Османской империи и на Кавказе, а вооруженных бойцов - несколько тысяч. Они участвовали в переворотах, восстаниях, покушениях.

Их "акции возмездия" были кровавыми и бессмысленными. Террористическая логика, по которой уничтожение чиновников, турецких дипломатов и даже своих оппонентов считалось "героизмом", стала нормой. Впоследствии именно эта традиция породила такие организации, как "Асала" и "Коммандос справедливости" - прямых наследников дашнакской школы террора.

После распада СССР дашнаки попытались вернуться в армянскую политику, но в 1991-1994 годах их деятельность была запрещена из-за угрозы дестабилизации и подозрений в причастности к преступлениям. Перелом произошел с приходом к власти Роберта Кочаряна, который легализовал партию и сделал ее своим союзником. В обмен на поддержку дашнаки получили доступ к власти, госресурсам и влиянию.

Этот союз строился на реваншизме и культе "непроигранной войны". При Кочаряне партия укрепилась в парламенте, правительстве и медиапространстве, активно формируя образ "вечной угрозы" и блокируя любые мирные инициативы. Итогом стали застой, коррупция, эмиграция и авторитарные практики.

Главный источник силы "Дашнакцутюн" - не в Армении, а за ее пределами. Партия десятилетиями строила мощную сеть влияния в диаспоре - от Лос-Анджелеса до Парижа, от Бейрута до Монреаля. Американский комитет ANCA, французская "Armenian Cause", канадская ARF Federation - все эти структуры напрямую координируются из дашнакских центров. Именно они финансируют кампании по признанию "геноцида", лоббируют антироссийские и анититурецкие резолюции, организуют митинги, медиакампании и кибератаки против Азербайджана.

По данным независимых аналитических центров, только в США на счетах организаций, связанных с дашнаками, ежегодно аккумулируется до 35 миллионов долларов пожертвований. Эти средства идут на издание газет, создание "научных" центров, оплату лоббистов и даже поддержку экстремистских группировок на Ближнем Востоке.

Парадокс в том, что Армения - бедная, зависимая от внешних дотаций страна - давно живет по правилам диаспоры. А диаспора живет по законам "Дашнакцутюн". То есть: чем хуже Армении, тем выгоднее дашнакам. Ведь кризис - это почва для радикализма.

После 2018 года дашнаки попытались адаптироваться к новой реальности, но быстро вернулись к привычной схеме. В 2026 году они вновь делают ставку на Кочаряна - фигуру, олицетворяющую прошлое, насилие и политический откат.

Их риторика остается неизменной: против нормализации с Азербайджаном, против сближения с Западом, за возврат к оси Москва-Ереван-Тегеран. Формально их рейтинг невысок, но в условиях кризиса даже этот результат может стать фактором дестабилизации.

Сегодня Армения стоит перед выбором: шагнуть в будущее или снова лечь под старый гимн о "великой Армении". Но если выбор за дашнаками, то у этой страны не будет ни будущего, ни настоящего. Пора сорвать маски.

Дашнаки - не борцы за справедливость. Это хранители ненависти, продавцы иллюзий и заложники собственного прошлого. А значит, пока жив "Дашнакцутюн", Армения обречена жить не в реальности, а в мифе. И потому борьба с ними - не просто политическая необходимость. Это исторический долг разума перед памятью, долг правды перед жизнью.