Душок из политического морга Главарь карабахского клана вновь заговорил

Второй президент Армении Роберт Кочарян дал интервью армянским СМИ. Призванная возродить доверие к собственной персоне, эта беседа, в силу вялости и несвежести озвученных в ней тезисов, скорее выглядит как неуклюжая попытка показать себя крутым парнем.

«Сегодня Армения не в состоянии самостоятельно обеспечить свою безопасность в этом регионе. Прежде всего, нужно заняться армией, стать более организованными и выстраивать такие отношения с потенциальными геополитическими партнёрами, которые смогут заполнить эти пробелы страны», — вот одно из самоочевидных глубокомысленных заключений, которые выдал главарь карабахского клана. Продолжая мысль, Кочарян продвигает идею, что в стратегическом отношении Армении нужно сотрудничать не с европейскими странами, а с Россией. Вообще, отношениям с Россией была посвящена большая часть его заявлений. Причем сделаны они были настолько односторонне пророссийски, что производят впечатление преследования цели больше угодить Москве, нежели армянскому электорату, этой самой Москвой недовольному.

Этим посылом дышит, например, следующий пассаж: «Вопрос оккупации армянских территорий (о чем вообще речь? – РЕД.) со стороны Азербайджана следовало решать не через ОДКБ, а через армяно-российские отношения. Ты портишь отношения с ключевым участником ОДКБ, а потом жалуешься, что ОДКБ не помогла». Или вот это: «Мы встали в позу обиженной стороны, но такую позицию должна была принять Россия после подписания документа в Праге, потому что мы обнулили её посредническую роль, а потом снова зовём её быть посредником».

Относительно ЕС Кочарян был непримирим: «В составе ЕС действует Еврокомиссия, которая может наказывать, штрафовать и что-то навязывать странам-членам. Если для Армении приоритет — суверенитет, то чем дальше от ЕС, тем лучше».

«Великий стратег» высказался и по Турции. «Османская мечта Турции переживает новое пробуждение. Мы — чужеродное тело на большой политической картине, которую Турция сегодня явно формирует. Нужно выстраивать хорошие отношения с этой страной, но не поддаваться на шантаж».

Тут важно понимать, что Кочарян впервые озвучил необходимость выстраивать хорошие отношения с «этой страной». В его фразе, помимо прочего, сквозит и понимание того, что Турция является страной, с которой Россия не хотела бы обострения отношений ни при каких обстоятельствах. Сказав это, карабахский бандит вдруг возомнил себя на секунду вершителем мировых судеб. «Никто не собирается захватывать Арарат, никто не страдает авантюризмом такого масштаба. Арарат — наш символ, часть национальной идентичности. Нынешняя власть разрушает наши представления о собственных символах», — изрек он. Здесь Кочарян теряет связь с реальностью. Никто ведь в Турции не опасается того, что Армения захватит Агрыдаг. Однако сам факт размещения этой турецкой горы на государственном гербе Армении является неуважением к другому государству, несовместимым с добрососедскими отношениями. И вся эта история в конце концов может обернуться неприятно для Армении, а не для Турции. Ведь именно страх за государственность заставляет Пашиняна говорить об этих вещах.

Ну и наконец, Кочарян прошелся по действующему премьеру. «Я считаю Никола Пашиняна Эйнштейном коррупции. АНИФ (Фонд государственных интересов Армении – Ред.) — это новое слово в деле коррупции. Сейчас случаи с детсадами — детские шалости, которые не сравнить с 65 миллионами долларов». Не знаю, может, на армянском языке заявления Кочаряна звучат свежо и резонансно, однако в переводе до слуха доносится лишь слабая речевая отрыжка, которую никак не может освежить имя великого ученого.

Любопытно, что ничего вялыми устами Кочаряна про Карабах сказано не было. Это говорит об одном из двух – либо карабахский кейс перестает быть красной линией для армянского общества, либо оно не готово выслушивать заявления по Карабаху от представителей карабахского клана. В действительности мы, скорее всего, имеем дело со смешением этих двух эффектов. Да, армянское общество по инерции цепляется за «миацум», и мы вполне можем столкнуться с ситуацией, когда оно на всенародном референдуме выскажется против исключения территориальных претензий из Конституции Армении. Однако это будет пассивным, отрицательным действием, неким истерическим хлопком дверью от осознания бессилия что-то изменить. Ничего позитивного (не в этическом смысле, а в отношении действия) оно сделать не в состоянии, потому что ресурсов уже никаких не осталось. Да и Азербайджан всегда начеку.

Понимая это, Кочарян говорил только о предпочтительном, с его точки зрения, векторе внешней политики Армении. Получается парадоксально, однако Кочарян, выражаясь терминологией Пашиняна, говорил о «реальной», а не о «мифической Армении». И в целом это можно приветствовать как феномен.

Все вышесказанное подтверждает то, что Кочарян — политический труп. Он даже не понимает, какую тональность придать своей речи, чтобы она звучала убедительно. Сделать ее нахрапистой и эмоционально насыщенной, полной резких оценок и парадоксальных прозрений, он не может, поскольку понимает, что может выглядеть смешным. Выступать предельно корректно он тоже не хочет, боясь показаться беззубым. В итоге получается что-то средневзвешенное, с потугами на оригинальность, не вызывающее ни интеллектуального отклика, ни эмоций. А ведь во все времена именно чувствами брали толпу. В этом смысле истерические срывы Пашиняна в парламенте входят в более мощный унисон с настроениями широких слоев народа, чем попытки карабахского вора и террориста строить из себя мудрого «отца нации».