Две Армении: между прошлым и будущим

Профессор Айдын Ибрагимов - о переменах в армянском обществе, наследии национализма и попытке Пашиняна изменить отношения с соседями

Отношения между Азербайджаном и Арменией постепенно переходят в новую плоскость. Наряду с политическим диалогом появляются возможности для развития экономических связей, а в самой Армении обсуждается изменение подходов, на протяжении долгого времени определявших ее внутреннюю и внешнюю политику. Премьер-министр Никол Пашинян говорит о формировании «четвертой Армянской республики», связывая этот этап с новым пониманием государства и его места в регионе.

О том, что может стоять за этой концепцией, насколько далеко простираются возможные изменения и способна ли Армения действительно перейти к иной модели отношений с соседями, корреспондент «Бакинского рабочего» беседует с доктором географических наук, профессором, заведующим кафедрой экономической и политической географии зарубежных стран Бакинского государственного университета Айдыном Ибрагимовым.

- В последнее время активизируется процесс налаживания армяно-азербайджанских отношений. Одновременно Никол Пашинян говорит о формировании «четвертой Армянской республики». Что, на ваш взгляд, означает эта концепция и чем новая Армения должна отличаться от третьей республики?

- Безусловно, этот процесс положительный, и его можно только приветствовать. С другой стороны, в Армении происходят очень интересные процессы. Идет борьба между сравнительно европейски ориентированными молодыми лидерами, политиками и политическими силами, которые пытаются вывести Армению из тупика представлений о враждебном окружении, прежде всего о тандеме Азербайджана и Турции. Судя по заявлениям Пашиняна, нынешнее руководство Армении стремится убрать эту тему из политической повестки. При этом сам Пашинян заявляет о «четвертой Армянской республике».

Напомню, что первая Армянская республика существовала с 1918 по 1920 год. Вторая Армянская республика - это советская Армения, просуществовавшая до 1990-х годов. Третья существует по сегодняшний день. То есть сейчас, судя по заявлениям Пашиняна, идет формирование новой, четвертой Армянской республики.

Чем же четвертая Армянская республика будет отличаться от третьей? И насколько вообще возможно такое отличие? Сможет ли она переломить философию прошлых армянских государств и создать совершенно новую Армению? Армению без карабахских трендов, Армению площадью 29,8 тыс. квадратных километров. Армению без идеи Западной Армении и Карсской области, без концепции «от моря до моря».

Это очень важный момент, потому что армянское общество отравлено националистическими и экспансионистскими настроениями. Ему постоянно внушают идею о «великой Армении от моря до моря», говорят об особых исторических заслугах, о том, что армяне существовали еще до Ноя, а Ной и Кавказ являются армянским наследием. Внушается, что армяне были хозяевами в Риме, Древней Греции, главным этносом в Анатолии и управляли чуть ли не всей Малой Азией.

Судя по всему, нынешнее руководство республики хочет избавить страну от всех этих идей. Народ должен начать мыслить трезво: Армения - небольшое государство, расположенное в непростом регионе, не имеющее выхода к морю. Поэтому сотрудничать с внешним миром возможно только через соседей - Азербайджан, Турцию, Грузию и Иран.

Таким образом, общий тезис сводится к единому знаменателю: армянское национальное сознание, если можно так выразиться, необходимо «вакцинировать», провести такую иммунизацию, чтобы армяне начали мыслить трезво. Спасение нации и Армянской Республики - в уравновешенных отношениях с соседями, а не в агрессивном армянском национализме.

Но, как отмечалось, главный вопрос заключается в том, чем новая Армения будет отличаться от прежней. Сможет ли она переломить философию прошлых государств и сформировать совершенно новую Армению? Это крайне сложная задача, поскольку общество долгое время находилось под влиянием националистических и экспансионистских настроений.

- Как исторически формировалась армянская политическая мысль и какое влияние этот процесс продолжает оказывать на отношения Армении с соседними странами?

- Армянская политика исторически во многом архаична. Она привыкла мыслить примитивными категориями: «мы» и «они». Мир разделен на две части: тех, кто поддерживает антитурецкий курс армянского национализма, и тех, кто его не принимает.

Такая модель мышления мешает как в повседневной жизни, так и в выстраивании нормальных отношений с внешним миром. Нельзя требовать от всех безоговорочной поддержки своих тезисов. Безусловно, Азербайджан тоже сталкивается с тем, что не весь мир поддерживает его позицию. Но мы не превращаем это в национальную трагедию и не занимаемся постоянным поиском врага. В армянской политической традиции подобный подход проявлялся гораздо заметнее.

Формирование этой модели во многом началось после создания в 1890 году партии «Дашнакцутюн». Обратите внимание: 1890 год, и создана она была не в Иреване, то есть не на территории современной Армении, а в Тифлисе. Основателями стали Христофор Микаэлян, Симон Заварян и Степан Зорян.

Если первые двое в большей степени занимались идеологией и организационной структурой, то Степан Зорян представляет особый интерес: ему было поручено заниматься созданием военизированных группировок для борьбы с Османской империей.

С. Зорян, известный под партийным псевдонимом Ростом, принимал активное участие в событиях 1915 года в Баку, связанных с межэтническим насилием. Сохранились архивные материалы и публикации, где зафиксированы его беседы на эту тему со Степаном Шаумяном.

Примечателен и другой факт. Партия «Дашнакцутюн» позиционирует себя как социал-демократическая и входит в Социалистический интернационал - одно из старейших политических объединений Европы. При этом по своей сути и практическим методам она имеет сходство с националистическими и авторитарными движениями XX века. Но если немецкие национал-социалисты опирались прежде всего на собственные силы в осуществлении массовых преследований и убийств, то у партии «Дашнакцутюн» ключевой идеей является уничтожение турок и тюрков Азербайджана.

При этом дашнаки рассчитывают не столько на собственные силы, сколько на помощь великих держав - Англии, Германии, России. Несмотря на сложное отношение императора Николая II к армянскому движению, они активно участвовали в военных действиях в Анатолии. Эти события до сих пор оказывают влияние на отношения Армении с Азербайджаном и Турцией. В национальном сознании анатолийские турки и азербайджанцы длительное время воспринимались как главные враги. И с этим укоренившимся стереотипом в сознании общества сейчас пытается бороться Никол Пашинян.

- Насколько сложной является попытка изменить эту политическую и общественную модель, о которой вы говорите, и какие возможности для этого есть у нынешнего руководства Армении?

- Именно с этим сознанием сейчас пытается бороться Никол Пашинян. Конечно, задача очень сложная. Это действительно тяжелый процесс.

Понимаете, да, он набрал необходимое число голосов, но у него нет парламентского большинства, необходимого для того, чтобы провести реформу конституции.

Поэтому и возникает вопрос о референдуме, однако сам Пашинян пока в целом старается не развивать эту тему.

И здесь возникает главный вопрос: насколько новая Армянская республика сможет отличаться от Третьей Армянской республики? Сможет ли она переломить политическую философию предыдущих армянских государств и создать принципиально новую модель Армении?

Для Азербайджана это создает довольно сложную ситуацию. Мы видим как бы две Армении. Одна - Армения Пашиняна, которая выступает за новые отношения с Азербайджаном, другая - традиционная, которая, напротив, тянет эти отношения в болото противостояния и новой ненависти. Вся проблема заключается в этом двойственном сознании. Искоренить его сложно, этот процесс может длиться долгие годы.

Прогнозировать развитие ситуации непросто. Хотя Запад поддерживает линию Пашиняна, в вопросе возвращения армян сохраняется определенная проармянская толерантность. Все это, в той или иной степени, негативно отражается на всем спектре армяно-азербайджанских отношений. За исключением транспортных связей, мы практически не видим серьезных подвижек.

Один из ключевых игроков в регионе - Россия - эту тему фактически не затрагивает. США, за исключением инициативы TRIPP, также практически не обозначают свою позицию по данному вопросу. Запад в целом сохраняет молчание, и складывается впечатление, что ситуация развивается во многом сама по себе.

Вопрос этот непростой и, на мой взгляд, принципиальный. В конечном счете речь идет о характере будущих отношений между двумя народами. Что возьмет верх в армянском обществе - курс Пашиняна на конструктивное взаимодействие с соседями или традиционные националистические установки? Ответ на этот вопрос даст только время.

В целом Азербайджан столкнулся с довольно сложной триадой. Мы видим европейски ориентированную часть армянского общества, которая считает, что путь с Россией - это дорога в никуда, тогда как впереди Европейский союз, НАТО, безвизовый режим, современные технологии и в целом модернизация.

Есть и другая группа, воспитанная в контексте националистических концепций «Цегакрон» и «Немезис», где ответственность за проблемы Армении возлагается на турок и азербайджанцев, а Россия рассматривается прежде всего как инструмент противостояния с Азербайджаном.

Есть третья составляющая…

- Какая?

- Армянская церковь. Ее влияние на политическую жизнь Армении остается весьма значительным. Да, это тоже определенная ветвь, часть общего политического спектра. Но ее роль в обществе, особенно в диаспоре, очень велика.

Кстати, что касается диаспоры, то сейчас она вроде затихла и предпочитает наблюдать со стороны. Возникает ощущение, что диаспора также ориентируется на определенные западные центры влияния. Раньше она, как правило, занимала гораздо более жесткую позицию, а сегодня ведет себя удивительно спокойно, хотя тема Карабаха по-прежнему регулярно поднимается.

Таким образом, появляется уже четвертая составляющая.

Диаспора, националистические концепции «Цегакрон» и «Немезис», националистические партии, о которых я говорил, церковь и сторонники курса Пашиняна - все это формирует сложную систему политических и общественных сил, которые взаимодействуют между собой и влияют на общественную и политическую жизнь Армении. При этом против проевропейской ориентации Пашиняна выступают различные группы - каждая со своими мотивами, интересами и представлениями о будущем страны.

Пока Пашиняну удается лавировать между этими силами, сохраняя определенный баланс. Но насколько устойчивым окажется этот баланс и сможет ли он обеспечить последовательное изменение политической модели страны, покажет дальнейшее развитие событий.