Это еще цветочки…

Москва показывает Иревану цену европейского внешнеполитического вектора

За две недели до парламентских выборов Никол Пашинян получает недвусмысленный сигнал о том, что попытка усидеть между Россией и ЕС может дорого обойтись как его партии, так и всей армянской экономике

С приближением парламентских выборов в Армении из российской столицы все чаще и настойчивее раздаются голоса, призывающие Иреван наконец-то определиться со своим внешнеполитическим вектором и отказаться от попыток усидеть одновременно на двух стульях, балансируя между Москвой и Брюсселем.

Несмотря на неоднократные заверения армянских властей в том, что они не собираются «разводиться» с Россией и тем более наносить ущерб ее интересам, подобные предупреждения из Москвы звучат все резче и приобретают характер систематического давления, которое уже перешло в практическую плоскость.

На днях состоялось специальное заседание рабочей группы Совета безопасности РФ, посвященное именно поведению официального Иревана, что само по себе свидетельствует о глубине возникших между двумя некогда союзническими государствами противоречий.

Секретарь Совета безопасности России Сергей Шойгу прямо заявил, что руководство Армении в последнее время предпринимает шаги, которые явно не соответствуют духу союзнических отношений с РФ. Эти слова прозвучали на фоне предвыборных обещаний премьер-министра Никола Пашиняна, находившегося в отпуске, о том, что Иреван не намерен вредить российским интересам и не будет делать резких движений в отношениях с Москвой.

Однако, как подчеркнул Шойгу, реальность выглядит иначе. Армения регулярно присоединяется к Европейскому союзу на различных международных площадках, активно работает над модификацией стандартов и синхронизацией таможенно-торговых режимов с ЕС, что, по мнению Первопрестольной, вступает в противоречие с обязательствами в рамках Евразийского экономического союза.

Особенно острой критике подверглись действия, которые в Москве расценивают как недружественные. Присоединение Армении к Римскому статуту Международного уголовного суда, выдача российских граждан третьим странам, предоставление трибуны президенту Украины Володимиру Зеленскому на саммите Европейского политического сообщества в Иреване - все это, по словам Шойгу, воспринимается как прямое глумление над памятью тех армян, которые сражались с нацизмом в годы Второй мировой войны.

Когда в выступлении украинского лидера звучали угрозы в адрес России, включая возможные удары по параду 9 мая, это вызвало в Москве не просто раздражение, а глубокое возмущение. Кроме того, в 2025-2026 годах ряд стран, традиционно считающихся недружественными по отношению к РФ, неожиданно обрели статус стратегических партнеров Армении, что лишь усилило подозрения в предательстве союзнического долга.

Москва, как отметил Шойгу, прекрасно понимает желание Иревана извлекать максимальную выгоду из отношений с Россией. Однако стратегическое партнерство, по его убеждению, должно быть «улицей с двусторонним движением». Граждане Армении работают в России без квот, патентов и специальных разрешений, пользуются полным медицинским, пенсионным и социальным обеспечением наравне с россиянами. В 2025 году они перевели на родину почти $3,9 млрд, что составляет около 13% ВВП Армении и 2/3 всех переводов. Россия поставляет в Армению газ, муку, зерно, удобрения и бензин по ценам, в три раза ниже рыночных, а ее доля в товарообороте республики достигает 36%. При этом Армения направляет в Россию до 98% своего экспорта сельскохозяйственной продукции и 78% крепкого алкоголя, делая российский рынок критически важным для целых отраслей армянской экономики.

Заместитель министра иностранных дел России Михаил Галузин пошел еще дальше, заявив, что Москва не может мириться с линией Иревана на сохранение членства в ЕАЭС лишь до того момента, пока не удастся полностью переключиться на Евросоюз. Такие подходы в Москве называют абсолютно неприемлемыми, поскольку они прямо противоречат подписанным документам о развитии союза до 2030 и 2045 годов. Одновременно находиться в двух интеграционных объединениях, по словам Галузина, невозможно по определению, и попытки «танцевать на двух свадьбах» обречены на провал. Он также опроверг обвинения в адрес российских дипломатов, назвав публикации в армянских СМИ откровенным фейком и проявлением искусственно раздуваемой шпиономании.

Особое внимание привлекла ситуация вокруг кандидата в депутаты Нарека Карапетяна, которого следственный комитет Армении обвинил в умышленном сокрытии российского гражданства. Сам Карапетян и его сторонники категорически отрицают наличие второго паспорта, а адвокаты обратились в российские органы для официального подтверждения. Этот эпизод стал ярким подтверждением растущего взаимного недоверия, которое уже выходит далеко за рамки политических заявлений и проникает в предвыборную борьбу внутри самой Армении.

На фоне этих жестких выпадов последовали и вполне конкретные экономические меры. С 22 мая Россельхознадзор вводит временные ограничения на ввоз цветочной продукции из Армении до завершения инспекции тепличных хозяйств. Ранее был усилен фитосанитарный контроль, приостановлена реализация популярной минеральной воды «Джермук» через систему «Честный знак», а еще раньше продукция Прошянского коньячного завода. Хотя коньяк других известных производителей, таких как Иреванский коньячный завод с его брендом «Арарат», формально не попал под полный запрет, таможенный контроль со стороны РФ существенно ужесточился, создавая реальные трудности для армянских экспортеров.

Подобные точечные, но болезненные ограничения бьют прежде всего по тем секторам, которые наиболее сильно зависят от российского рынка и которые формируют значительную часть экспортных доходов республики. Цветоводство, минеральные воды, коньяк и сельскохозяйственная продукция - это не просто товары, а целые отрасли, обеспечивающие рабочие места для десятков тысяч армянских семей и немалые поступления в госбюджет. В условиях, когда почти весь профильный экспорт направляется в Россию, даже временные барьеры способны вызвать цепную реакцию, то есть падение производства, рост безработицы в регионах, снижение налоговых поступлений и, как следствие, давление на курс национальной валюты и уровень жизни населения. Если Москва решит расширить список ограничений, Армения рискует столкнуться с серьезным торговым дефицитом, поскольку компенсировать потерянные объемы в короткие сроки будет крайне сложно.

Тем временем ЕС, к которому так настойчиво тяготеет нынешнее руководство в Иреване, в нынешних условиях объективно не в состоянии заменить Россию ни по объемам рынка, ни по доступности, ни по ценовым преференциям. Брюссель предлагает долгосрочные перспективы и строгие стандарты, но не дает дешевого газа, беспрепятственного трудоустройства сотен тысяч граждан и быстрого сбыта продукции без многолетней адаптации и жесткой конкуренции со стороны давно закрепившихся на европейском рынке игроков.

В этой взрывоопасной ситуации Никол Пашинян и его команда оказываются перед серьезным испытанием. Продолжение конфронтационной линии и резких антироссийских жестов может нанести ощутимый удар по избирательной кампании правящей силы, поскольку значительная часть армянского общества, особенно те семьи, которые напрямую зависят от работы в России и от бесперебойного экспорта на российский рынок, остро почувствует экономические последствия. Поэтому нынешнему премьер-министру сейчас как никогда стоит проявлять предельную аккуратность как в публичных заявлениях, так и в практических действиях, дабы не спровоцировать новую волну давления, способную обернуться серьезными потерями для его политических позиций.

В этих развивающихся с драматической последовательностью событиях отчетливо видна классическая картина имперского давления, сочетающегося с попытками сохранить экономическую зависимость. Россия, годами обвинявшая Запад в использовании двойных стандартов, сама нередко прибегает к инструментам экономического принуждения, когда речь заходит о контроле над постсоветским пространством.

В то же время Армения, маневрируя между центрами силы и пытаясь усидеть на двух стульях, рискует потерять и то немногое, что еще связывает ее с российским рынком, не получив при этом реальных гарантий от Брюсселя.

Подобные кризисы подчеркивают хрупкость союзов, построенных не на равноправии и взаимной выгоде, а на исторической привязанности и экономической асимметрии. Пока Иреван будет продолжать лавировать, а Москва чередовать увещевания с санкциями, хрупкий мир, установленный на Южном Кавказе, рискует остаться заложником внешних геополитических амбиций.

Между тем регион стоит на пороге масштабного экономического прорыва, который может наступить после подписания всеобъемлющего мирного договора между Азербайджаном и Арменией и полноценного открытия транспортных коммуникаций и логистических коридоров. Из всего этого со всей очевидностью следует, что все вопросы Южного Кавказа, включая общенациональные выборы в той или иной стране региона, должны решаться исключительно внутри региона, без деструктивного вмешательства как Москвы, так и Брюсселя. Только тогда Южный Кавказ, сбросив наконец тяжкое бремя внешнего диктата, сможет обрести подлинную гармонию, воцарить прочный и справедливый мир и ярко расцвести в лучах взаимовыгодного сотрудничества, вступив в эпоху полноценного, равноправного и перспективного партнерства со всеми действительно заинтересованными сторонами.