Эволюция влияния США в Центральной Азии: новые подходы и перспективы Геополитический расклад на

Президент США Дональд Трамп предпринимает попытки кардинально изменить внешнеполитический курс Вашингтона. Однако, судя по его политическому конфликту с украинским лидером Владимиром Зеленским, он склонен к ужесточению отношений как с партнерами, так и с геополитическими конкурентами. Трамп действует скорее спонтанно, на эмоциях. Американский президент стремится сократить расходы, ужесточить миграционную политику и остановить российско-украинскую войну. Однако это привело к неоднозначным последствиям: его шаги вызвали критику как на мировой арене, так и среди части американского истеблишмента.

Трамп стремится, по его словам, «вернуть Америке былое величие мировой державы». Одной из ключевых задач он считает прекращение вооруженного конфликта в Украине. Кроме того, он нацелен на укрепление позиций США в мире, что подтверждает введение пошлин против Китая — очевидная попытка воздействовать на растущее военно-политическое и экономическое влияние Пекина. В то же время остается непонятной с политической точки зрения инициированная Трампом торговая война с ближайшими соседями — Канадой и Мексикой, на товары которых также были введены пошлины. Вероятно, в ближайшем будущем аналогичные меры могут быть приняты и в отношении европейских стран.

Можно утверждать, что Дональд Трамп своими решениями нарушает баланс политических и экономических отношений США с миром, в том числе с союзниками. Что касается Центральной Азии, здесь также наблюдается сокращение американской помощи в сфере социальных проектов, а значит, и уменьшение присутствия США. Интерес Вашингтона к региону значительно вырос после событий 11 сентября 2001 года. В тот период на территории Кыргызстана (с 2001 по 2014 годы) и Узбекистана (с 2001 по 2005 годы) были размещены американские военно-воздушные базы для обеспечения логистики антитеррористической операции в Афганистане.

Именно 2001–2014 годы можно назвать «золотым периодом» в развитии отношений США с центральноазиатскими республиками: американцы временно получили лояльность местных политических элит благодаря арендным платежам за базы и военно-технической помощи. Однако даже в этот период Вашингтон не стремился активно развивать инвестиционную политику в регионе.

После вывода американских военных баз влияние США на Центральную Азию пошло на спад и стало скорее символическим, чем реальным. Этим воспользовался Китай: отсутствие американских военных объектов Пекин воспринял как гарантию безопасности своих вложений. За последние 10 лет КНР добилась значительных успехов в кредитовании инфраструктурных проектов региона, оказывала помощь вооруженным силам ЦА и сумела вовлечь их в систему китайского оборонного сотрудничества. Сегодня успехи США и достижения Китая в Центральной Азии несопоставимы — американцы фактически не играют в регионе значимой военно-политической или экономической роли. Единственным инструментом влияния США оставались неправительственные и правозащитные организации, независимые СМИ и социальные программы. Однако сокращение деятельности USAID по указу Трампа фактически сводит на нет работу этих структур в Центральной Азии. 

В Кыргызстане USAID оказывал поддержку в развитии сельского хозяйства, малого и среднего бизнеса, женского предпринимательства, а также систем образования и здравоохранения. Сворачивание деятельности USAID может привести к негативным последствиям для некоторых слоев населения стран Центральной Азии. Однако американцы теряют даже это символическое присутствие в регионе. При таком раскладе в будущем Вашингтон уже не будет владеть какими-либо инструментами мягкой силы для сдерживания Китая и России.

В то же время стоит отметить растущее военно-политическое и экономическое влияние Азербайджана в Центральной Азии. Официальный Баку за последние четыре года заметно укрепил свои позиции в регионе. Тюркоязычные государства Центральной Азии охотно идут на сотрудничество с Азербайджаном. Сегодня можно уверенно констатировать появление нового регионального игрока в ЦА в лице Азербайджана.

Если обратить внимание на геополитическую обстановку в Европе и внутренние процессы в США, можно предположить, что Центральная Азия, как и ранее, вряд ли будет в числе приоритетных направлений для президента Трампа. В настоящее время американский лидер пытается жесткой рукой усмирить президента Украины, угрожая приостановлением военной помощи Киеву.

Европейские союзники и сами украинцы воспринимают эмоциональные выпады Трампа скорее, как действия бизнесмена, нежели президента мировой державы. В социальных сетях и новостных порталах отказ Трампа от продолжения поддержки Киева, а также его попытки смягчить санкции против Кремля, рассматриваются как стремление нового американского главы угодить президенту РФ Владимиру Путину.

Европейские политические элиты, мягко говоря, озадачены. В Европе осознают, что в дальнейшем европейское пространство будет нуждаться в формировании нового военно-политического союза без участия США, но с обязательным присутствием Украины. Для Европы, в том числе стран Балтии, Украина сегодня является важнейшим партнером в сфере безопасности ЕС, при условии обеспечения украинской армии военно-технической логистикой и покрытия дефицита бюджета Киева за счет кредитов и грантов.

Трамп сигнализирует Европе, что США под его руководством не стремятся тратить деньги или отправлять оружие для обеспечения безопасности Франции или Германии. Соответственно, Париж и Берлин, по всей видимости, настроены на создание самостоятельного военного блока в формате «Европа + Украина». Не исключено, что численность украинских вооруженных сил при поддержке европейских союзников будет доведена до 2 млн человек. Таким образом, Европа получит надежный щит в виде Украины.

Медербек Корганбаев, Кыргызстан, специально для Caliber.Az