Франция на грани революции

Долги, сокращение расходов и массовые протесты поставили правительство Макрона перед тяжелым выбором

Французская власть требует экономии от собственных граждан, сокращает расходы и сталкивается с массовыми протестами. При этом Париж сохраняет претензии на особую роль за пределами страны, в том числе на Южном Кавказе

Францию, в прямом смысле этого слова, лихорадит. На улицы выходят учителя, медики, пожарные, госслужащие, лицеисты и студенты, в разных городах проходят забастовки и демонстрации, блокируются учебные заведения, происходят столкновения с полицией.

29 сентября французские профсоюзы вывели людей на улицы по всей стране. По данным МВД, в акциях приняли участие около 206 тыс. человек, состоялось более 170 демонстраций. Учителя говорили о нехватке кадров и ухудшении условий работы, медики о положении в больницах, пожарные о финансировании и оснащении, государственные служащие о зарплатах и социальных гарантиях.

К этим требованиям вскоре добавились требования лицеистов, которые вышли на улицы уже со своими проблемами: больше преподавателей, нормальные условия обучения, ремонт школ, решение проблемы переполненных классов и замены отсутствующих учителей.

30 сентября протесты охватили уже 356 лицеев. За один день полиция задержала 625 человек, 83 сотрудника полиции и жандармерии получили ранения. Министерство образования сообщило о 119 пострадавших учащихся и сотрудниках системы образования с начала протестов. В ряде городов были подожжены мусорные контейнеры, зафиксированы столкновения с полицией, броски различных предметов и попытки поджогов.

Сегодня, 1 октября, блокировки продолжились, а движение стало распространяться и на университеты.

Для страны, привыкшей считать себя одним из политических и экономических центров Европы, происходящее выглядит как серьезный системный кризис, поскольку недовольство охватывает все новые профессиональные и возрастные группы, а требования людей касаются самых обычных вещей, без которых невозможно нормальное существование государства: денег, кадров, зарплат, больниц, школ и условий труда.

Французское государство подошло к моменту, когда платить приходится по счетам, которые годами откладывались. На конец второго квартала 2026 года государственный долг Франции достиг €3,5955 трлн, или 119% ВВП, увеличившись за один квартал еще на €59,6 млрд.

И сейчас наступает момент, когда правительство Эмманюэля Макрона вынуждено затягивать пояса уже для тех, кто и без того требует от государства выполнения его прямых обязанностей. Представленный 1 октября проект бюджета на 2027 год предусматривает сокращение расходов примерно на €43 млрд по сравнению со сценарием без дополнительных мер, замораживание индексации зарплат госслужащих и целый ряд ограничений в социальной сфере. Расходы на обслуживание государственного долга должны вырасти до €91 млрд.

Фактически Франция загнала себя в ситуацию, при которой каждое новое решение по сокращению расходов неизбежно усиливает социальное напряжение, а сохранение прежнего уровня расходов ведет к дальнейшему росту долговой нагрузки. При этом одновременно дорожает обслуживание государственного долга, сохраняется высокая нагрузка на социальную систему, растут расходы на оборону, а пространство для маневра правительства стремительно сокращается. По данным французского правительства, дефицит в 2026 году ожидается на уровне 5,4% ВВП, а цель на 2027 год составляет 5%.

Но именно в этих непростых обстоятельствах французская власть сталкивается с главным противоречием: внутри страны ресурсов все меньше, а неоправданных внешнеполитических амбиций все больше.

В частности, в отношении Азербайджана Париж продолжает с завидной регулярностью выступать по вопросам внутренней политики, судебных процессов, ситуации вокруг Карабаха, якобы «армянского культурного и религиозного наследия» и т.д. При этом Баку неоднократно указывал на односторонний подход французской стороны и отсутствие внимания к последствиям почти 30-летней оккупации Арменией азербайджанских территорий, судьбе более 1 млн беженцев и вынужденных переселенцев и масштабной минной угрозе.

17 сентября французская сторона пошла еще дальше, рекомендовав своим гражданам, включая лиц с двойным гражданством, воздержаться от поездок в Азербайджан без крайней необходимости, сославшись на риски произвольного задержания и несправедливого судебного разбирательства. В Баку эти заявления были отвергнуты как необоснованные и как попытка вмешательства в судебную систему и внутренние дела страны, а МИД Азербайджана отдельно указал на проблемы, существующие в правоохранительной и пенитенциарной системах самой Франции.

При этом сами французские власти признают, что отношения с Баку переживают сложный период. На официальном сайте французского МИД прямо говорится о серьезном ухудшении двусторонних отношений, однако там же отмечается, что Франция инициировала возобновление дипломатического диалога с Азербайджаном, в ходе которого на высшем уровне была подтверждена общая готовность к возобновлению взаимодействия и нормализации отношений. Но, как мы видим, на практике намерения Парижа и его действия явно расходятся.

Сама Франция постепенно сталкивается с последствиями сокращения своего влияния в тех регионах, где еще недавно претендовала на гораздо более важную роль. Южный Кавказ в этом отношении не исключение: Париж пытается сохранить политическое присутствие в регионе, но его откровенно проармянская позиция все чаще вступает в прямое противоречие с интересами Азербайджана и сложившимися после войны реалиями.

Для Азербайджана вопрос в данном случае предельно конкретен. Баку не нуждается в посредниках, которые заранее определяют, какую сторону считать правой, а какую виноватой, и не принимает попыток подменить сложившиеся после войны реалии удобным для Парижа толкованием. Азербайджан восстановил контроль над своей территорией, запустил масштабные программы восстановления и возвращения населения, развивает транспортные и энергетические проекты и последовательно отстаивает собственное видение регионального будущего.

Парижу, если он действительно заинтересован в нормализации отношений с Баку, придется учитывать именно эту реальность, а не пытаться вернуть Южный Кавказ к временам, когда судьбу региона пытались решать без учета позиции самого Азербайджана. Дипломатические отношения невозможно выстраивать, одновременно вмешиваясь в вопросы, относящиеся к внутренним делам другой страны, и постоянно навязывая ей собственную оценку событий.

Франции сегодня пора хотя бы на время отложить роль учителя для других стран и посмотреть на собственный дом. Когда государственный долг приближается к 120% ВВП, бюджет приходится латать за счет сокращения расходов, а улицы французских городов заполняют недовольные граждане, Парижу есть чем заняться. Но если Парижу все еще важнее поучать Баку и вмешиваться в дела других стран, чем разбираться с собственными проблемами, не исключено, что очень скоро учить французскую власть во главе с Эмманюэлем Макроном придется уже самой улице. И урок этот будет называться революцией.