Хафтар из объятий Путина в объятия Эрдогана главная тема

Еще несколько лет назад было трудно представить, что Восточная Ливия, находящаяся под контролем доморощенного фельдмаршала Халифы Хафтара – одного из главных оппонентов признанного международным сообществом правительства в Триполи, может искать политическое сближение с Турцией — страной, активно поддерживавшей его противников.

Напомним, в 2019 году Хафтар при поддержке России, Египта и Объединенных Арабских Эмиратов развернул масштабное наступление на Триполи с целью свержения правительства Фаиза Сарраджа. В этой операции, направленной на захват ливийской столицы, участвовали также бойцы российской частной военной компании «Вагнер».

Происходит немыслимое: Хафтар разворачивается в сторону Турции

Но турецкое вмешательство, выразившееся в прямой военной и логистической поддержке правительства национального согласия, стало решающим фактором, сорвавшим в итоге планы Хафтара установить контроль над всей территорией Ливии.

Однако нынешняя региональная динамика наглядно иллюстрирует, с какой стремительной скоростью сегодня могут трансформироваться альянсы и стратегические ориентиры. Хафтар, который еще шесть лет назад отказывался даже от диалога с поддерживаемым Турцией правительством в Триполи, теперь не только проявляет готовность к переговорам с Анкарой, но и предпринимает конкретные шаги к политическому сближению с этой страной.

В апреле 2025 года в Анкару прилетел сын фельдмаршала Хафтара, Саддам, рассматриваемый в Ливии, как вероятный преемник фельдмаршала. В ходе визита Хафтар-младший провел ряд закрытых встреч с представителями турецкого руководства, что было воспринято экспертами, как стратегический сигнал.

А сына и наследника Хафтара - Саддама с почетом встретили в Анкаре

По мнению источников haqqin.az в столице Турции, на основе этих контактов был сделан вывод о готовности окружения Хафтара пересмотреть прежнюю политику по отношению к Турции. В частности, обсуждалась возможность поддержки морского соглашения, подписанного 27 ноября 2019 года между Анкарой и правительством в Триполи. Тогда, напомним, между Турцией и Ливией были заключены два ключевых меморандума — о разграничении морских юрисдикций и о двустороннем сотрудничестве в сфере безопасности и обороны.

В ответ на визит Саддама Хафтара, в городе Тобрук, где базируется подконтрольная силам Хафтара Палата представителей Ливии, была сформирована специальная комиссия для анализа и пересмотра параметров этих соглашений.

На протяжении последних лет Восточная Ливия, опирающаяся на военно-техническую поддержку Москвы, Каира и Абу-Даби, последовательно выступала против легитимности морского соглашения между Триполи и Анкарой, рассматривая его, как инструмент усиления влияния Турции в регионе Восточного Средиземноморья. Однако на фоне изменившейся геополитической ситуации признание этого соглашения фельдмаршалом Хафтаром может привести к коренному пересмотру баланса сил в этом регионе. По мнению экспертов, такой шаг укрепит стратегические позиции Турции и по факту закрепит её в статусе доминирующей морской державы в Восточном Средиземноморье.

А ведь именно турецкие войска остановили Хафтара с русскими на подступах Триполи

Если Хафтар пойдет на ратификацию морского соглашения, это может иметь далеко идущие последствия, в том числе, за пределами Ливии. Не исключено, что примеру Восточной Ливии последует и новое правительство Дамаске – перспектива, которая ставит под вопрос устойчивость российских позиций в Сирии, где на данный момент продолжает функционировать российская военная база в Тартусе.

Развитие данной ситуации вызывает серьёзную обеспокоенность и в Афинах. По мнению турецких аналитиков, в случае достижения договоренности между Анкарой и Хафтаром, напряженность в Восточном Средиземноморье может вновь достичь критической отметки, как это было летом 2020 года, когда Греция и Турция из-за разногласий по морским границам и разведке углеводородов оказались на грани прямого военного столкновения.

Ожидается, что греческая сторона, стремясь заблокировать возможное сближение между Хафтаром и Турцией, проинициирует дипломатические шаги, в том числе, с привлечением Египта. По имеющимся данным, в ближайшие дни министр иностранных дел Греции Йоргос Герапетритис проведет консультации по данному вопросу со своим египетским коллегой Бедром Абделатти.

Новый расклад вызовет новый виток борьбы Турции и Греции за Восточное Средиземноморье

Уместно напомнить, что в августе 2020 года, спустя несколько месяцев после турецко-ливийского соглашения, Афины и Каир подписали собственный морской договор, направленный на нейтрализацию турецких территориальных притязаний. После чего отношения между Египтом и Турцией, резко ухудшившиеся после военного переворота в Египте в 2013 году, в результате которого был свергнут поддерживаемый Анкарой президент Мухаммед Мурси, долгое время оставались крайне напряженными. Таким образом, ситуация в Ливии стала одним из ключевых фронтов турецко-египетского геополитического противостояния.

Тем не менее, в последние три года между Анкарой и Каиром наблюдается постепенное потепление. Обе стороны предприняли ряд встречных шагов, включая визиты на высшем уровне и восстановление дипломатического диалога. На этом фоне возникает вопрос: готов ли Каир удовлетворить просьбу Греции и выступить против сближения Анкары с Восточной Ливией? Особенно, если учесть, что это противоречит долгосрочным интересам Египта по диверсификации отношений в регионе?

Греция, в свою очередь, может попытаться мобилизовать дополнительные дипломатические ресурсы, в том числе, привлечь к ситуации Израиль. Как известно, в 2021 году между Грецией, греческой администрацией Кипра и Израилем было подписано соглашение о совместной разработке месторождений газа в Восточном Средиземноморье, а также строительстве подводного энергетического кабеля «Европа — Азия». Из-за резкого противостояния Турции этот проект так и не был реализован, и на данный момент его перспектива остаётся неопределённой.

А готов ли Каир удовлетворить просьбу Греции и выступить против сближения Анкары с Восточной Ливией? Особенно, если учесть, что это противоречит долгосрочным интересам Египта по диверсификации отношений в регионе?

С учётом же текущей конфронтации между Турцией и Израилем, усугублённой эскалацией конфликта в секторе Газы, маловероятно, что Иерусалим активно поддержит усилия Греции. Более того, будучи самостоятельным стратегическим игроком, Израиль склонен действовать исключительно в рамках собственных интересов, не вступая в прямые антагонизмы без угрозы своим позициям.

Таким образом, ситуация вокруг возможного сближения Турции и хафтаровской Ливии представляет собой один из ключевых элементов формирующейся на наших глазах новой архитектуры безопасности в Восточном Средиземноморье. Возможная ратификация морского соглашения со стороны сил Хафтара станет не только дипломатическим прорывом для Анкары, но и стратегическим сигналом о перераспределении влияния в регионе.

Вопрос, как отреагируют на это Греция, Египет, Израиль и, что особенно важно, Россия, остаётся открытым. Но уже сегодня очевидно, что этот процесс требует пристального внимания со стороны всех заинтересованных акторов, поскольку он может оказать существенное влияние на энергетическую безопасность, морское право и геополитическое равновесие в этом стратегически важном регионе.