Игнорировать не получится

Евразийский мост привлекает внимание прочностью и выгодой

Начиная с апреля, когда в Баку сверяла часы глава дипломатии Евросоюза Кая Каллас, а в Самарканде многообещающе состоялся саммит ЕС+5 стран Центральной Азии, контуры энергетического и транспортного объединения Южного Кавказа с закаспийским регионом стали выпуклой частью геополитики.

Помнится, накануне и после Вашингтонского саммита 8 августа, где с участием президентов Азербайджана и США: Ильхама Алиева и Дональда Трампа, а также премьер-министра Никола Пашиняна был подписан ряд стратегических документов, череда «экспертов» из лагеря завистников и реваншистов заговорила о невозможности сотрудничества между двумя странами региона и «Маршрута Трампа во имя международного мира и процветания», а ряд безответственных политиков даже начал заранее «хоронить американских наемников» в Зангезурском коридоре. Однако когда недавно в столицу США отправились лидеры пяти государств Центральной Азии (Узбекистана, Казахстана, Туркменистана, Кыргызстана и Таджикистана), а следом тут же Москву посетил с государственным визитом Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев, хор недовольства поутих, пусть и не сразу.

Во-первых, его предшественник Нурсултан Назарбаев, руководивший страной более 30 лет, хоть и посещал Россию сотни раз, но с рабочими или официальными визитами, а тут - высший дипломатический статус.

Во-вторых, лидер братской страны взял с собой в столицу РФ беспрецедентно большую делегацию для подписания совместной Декларации о переходе отношений на уровень всеобъемлющего стратегического партнерства и союзничества, создав предпосылки для равноправных отношений, без всяких вертикалей по линии ОДКБ или ЕАЭС. Кроме прочих моментов в документе привлекает внимание обоюдная поддержка выстраиванию многополярного мира и созданию архитектуры равной и неделимой безопасности в Евразии - «хороша ложка» к объединению интересов Баку с пятью столицами закаспийского региона постсоветского пространства.

В третьих, стороны договорились о подготовке к передаче технологий ядерного цикла - вслед за началом строительства с российским участием первой АЭС в крупнейшей республике тюркского мира.

Но самое главное - лидер братского государства на встрече с российским коллегой трижды продемонстрировал, что разнонаправленное союзничество Астаны перестало балансировать между центрами силы, а превратилось в стратегию управляемой взаимозависимости. Т.е. выстраивается система стратегических противовесов, где каждый вектор не ослабляет, а усиливает другой в рамках необратимого и прагматичного партнерства, будь то с Евросоюзом, Китаем, США или РФ (кстати, наша страна пользуется универсальным инструментарием со времен общенационального лидера Гейдара Алиева). Такая стратегия, как показывает пример образцовой умной силы официального Баку, способствует превращению тюркского мира в объединительный фактор между глобальными Югом и Севером.

Не случайно Президент Ильхам Алиев, охватывая широкие перспективы для всего евразийского пространства, на мероприятии в Ташкенте сказал: «Сегодня Азербайджан и Центральная Азия являются единым связующим звеном и мостом между Востоком и Западом, Севером и Югом, а потому развитие Среднего коридора имеет стратегическое значение для наших стран. Совместные усилия по модернизации транспортной и логистической инфраструктуры, синхронизация и цифровизация таможенных процедур открывают широкие возможности для увеличения объемов грузоперевозок, укрепления экономической устойчивости и расширения взаимодействия на международных рынках».

То был четкий сигнал к всеобщему осознанию того, что шести странам единого региона (Грузия по факту тоже является активным участником межконтинентальных транспортных и энергетических проектов, подавая Армении пример правильного подхода к новым реалиям) действительно удалось с весны этого года добиться пересмотра почти всеми глобальными игроками их подходов к отношениям со странами региона.

Впрочем, ту же тональность продемонстрировал ноябрьский саммит «Центральная Азия - США», где в отличие от Брюсселя, официальный Вашингтон не прибегал к оговоркам, типа «демократических ценностей», «защиты транзитных интересов Армении для максимальной связности региона», придерживаясь двусторонней повестки и давая понять, что намерен углублять связи не только с Южным Кавказом, но и с закаспийскими странами, видя их в качестве единого пространства. Когда лидеры «пятерки» встретились в Вашингтоне с 47-м Президентом США, Трамп заявил, что «главной темой переговоров является добыча ключевых полезных ископаемых, потому что Центральная Азия - чрезвычайно богатый в этом отношении регион».

Помнится, по итогам тех переговоров официальный Ташкент подписал торгово-экономическое соглашение, согласно которому в течение 10 лет инвестирует более $100 млрд в ключевые области экономики США, Астана же согласилась предоставить одной из американских компаний возможность добычи вольфрама. Тогда у некоторых «обозревателей» зашкалило обилие желчи - мол, почему не в нас инвестируют, а куда-то за океан, но ведь большая политика так и делается - через заинтересованность наиболее сильных звеньев геополитики.

Ошибается тот, кто считает, что 8 августа и 6 ноября в Вашингтоне речь шла о бизнесе - деловые компоненты там были на вторых ролях, на первом же месте была разносторонняя гарантия заокеанской державы, что Южный Кавказ и Центральная Азия больше не превратятся в котел конфликтов и «ящик Пандоры». Да и тематическая общность говорит о том же - как с Баку и Иреваном, так и со столицами по ту сторону Каспия администрация Белого дома субстантивно пыталась решать проблемы безопасности, «зеленой» экономики и энергетики, окружающей среды, финансовых технологий и искусственного интеллекта, причем делала это на равных.

То есть, дело не столько в конкретных темах, сколько в принципиальном вопросе о месте и роли всех стран «оркестра» теперь уже единого региона в мировой геополитике. Причем, как показали итоги обоих саммитов, стороны засвидетельствовали суверенное право стран постсоветского пространства на проведение независимой внешней политики - вопреки гипотезам о приоритете российской, китайской, заокеанской или брюссельской сферы влияния.

Надо бы ликвидировать перекос в экономике: если, например, товарооборот нашей страны с Евросоюзом (в основном, с Италией) чуть превышает треть совокупной внешней торговли, то по итогам прошлого года страны Центральной Азии наторговали с Китаем на рекордные $95 млрд, с РФ - чуть более $45 млрд, а с США - на мизерные по масштабам того же Узбекистана и Казахстана $4 млрд, хотя он практически удвоился за последние пять лет. Это и есть переоценка, которой способствует тот факт, что коллективный Запад, в особенности Вашингтон, многое успел пересмотреть в своей политике в отношении, как Южного Кавказа, так и Центральной Азии после бесславного ухода со сцены тандема Джо Байден - Энтони Блинкен.

Вот хрестоматийный пример - сам формат «C5+1» (пятерка закаспийских стран и США) был создан на всякий случай в 2015 году при Бараке Обаме, но долгое время существовал лишь на уровне глав МИД. Затем о нем вспомнил, «чтобы не остывало», Джо Байден, который в 2023 году решил дважды провести саммиты высшего уровня с лидерами этих стран, причем все они проходили не в Овальном кабинете, а на полях Генассамблеи ООН в Нью-Йорке. Впрочем, о верхоглядстве предшественника хорошо высказался нынешний госсекретарь США Марко Рубио, говоря об отношениях с исламскими странами постсоветского пространства: «Сожалею, но со стороны Госдепа было некоторое пренебрежение». Дональд Трамп был еще резче, заявив, что «предыдущие американские президенты полностью игнорировали эту часть земного шара». А это значит, что оба высокопоставленных американских политика открыто заявили о готовности исправить «щекотливую» ситуацию.

Подтверждением тезиса о сближении служит недавний пример - в начале ноября американский Конгресс начал рассмотрение законопроекта об отмене чуть не забытой поправки Джексона-Вэника, которая была введена аж в 1974 году против СССР за ограничение миграции советских евреев. Однако когда советская система рухнула, заокеанские депутаты не отменили ее, а расширили толкование, используя для дискриминации неугодных глобальному либеральному истеблишменту государств. Кстати, до пресловутой 907-й поправки некоторые «демократы» хотели применить ее в отношении Баку, однако еврейская община лишь «покрутила пальцем у виска», заявив, что Страна огней является образцово толерантной.

Сегодня единый регион Большого Каспия переживает сближение не только с Вашингтоном, но и с Брюсселем (вдобавок к традиционным Москве и Пекину - вовсе не следует рвать отношение в угоду одному направлению, тем более что обе последние столицы расположены по соседству).

Так, в начале апреля в Самарканде состоялся первый в истории саммит пяти закаспийских государств с Евросоюзом, на котором глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен представила инвестиционный пакет в размере 12 млрд евро в рамках собственной программы «Global Gateway». Сумма по меркам самого богатого межгосударственного образования небольшая, но если вспомнить, как Брюссель наряду с Парижем и Берлином относились к странам региона еще несколько лет назад, станет ясно, что это - огромный шаг вперед.

Но самое интересное - на фоне роста геополитического значения Центральной Азии в лучшую сторону начала меняться и позиция России, которая раньше могла снисходительно похлопать по плечу «братьев меньших». Теперь же, когда официальный Баку создал новую реальность, с возросшей «выносливостью» моста между Европой и Азией, резко трансформировалась устойчивость самого миропорядка - и мы, и наши братья и друзья по ту сторону Каспия без посредников и гарантов обсуждаем свои взаимоотношения по всем векторам и азимутам. И потом - когда говорят о нынешней трансформации миропорядка, почему-то зачастую ее сводят к «необратимому подъему» Китая и столь же «необратимому увяданию» коллективного Запада.

Но во-первых, это неверная формулировка, а во-вторых, как показывает образцовая практика официального Баку, благодаря инициативам Президента Ильхама Алиева Азербайджану удалось превратиться в надежного посредника даже между враждующими сторонами, фактически став новой послевоенной Австрией, помогая при этом десяткам государств - членов Движения неприсоединения хотя бы отчасти избавиться от навязчивого влияния могущественных мировых держав, при этом развиваться в более свободном формате. Для нас защита общечеловеческих ценностей началось с 2007 года - запуском Бакинского процесса, когда благодаря серии успешных форумов удалось навести мосты между парламентами и академической общественностью десятков христианских и исламских стран. Теперь же и братские закаспийские народы весьма успешно сочетают в себе эти тенденции, что ведет к укреплению их геополитических и макроэкономических позиций.

Для Азербайджана процесс подъема пяти закаспийских государств - с перспективой количественного и качественного роста имеет важнейшее стратегическое значение еще и потому, что развиваться легче и лучше по соседству с преуспевающими странами, чем с неудачниками, загоняющими себя в тупик цивилизации.

С другой стороны, поднимаясь и становясь примером для других, можно существенно приподнять уровень «двоечников» (старшее поколение помнит успешную школьную практику прошлых лет). А поскольку нынешняя динамика развития по ту сторону Каспия получает все новые импульсы для долгосрочного подъема, не только на европейском направлении, но и к востоку от нас возникает больше возможностей для взаимодействия - саммиты в Вашингтоне сделали его менее рискованным, так как становится меньше преград.

Это же касается и объективного процесса долгосрочного мира с Арменией, который после 8 августа оказался вплетенным в контекст расширения возможностей для развития отношений и транзита в направлении с востока на запад, с севера на юг и обратно.

Ташкентская речь Президента Ильхама Алиева ярко свидетельствует о намерении вовлечь в орбиту если не дружбы, то взаимопонимания и сотрудничества всех ближних и дальних соседей, для которых важно межрегиональное развитие. «В нынешних непростых геополитических условиях важна консолидация усилий для реализации стратегически значимых совместных проектов по строительству и модернизации электростанций, линий передач, автомобильных и железных дорог, пунктов пропуска через границу, оптоволоконных линий, «зеленых коридоров», и других инициатив. Наша сила - в единстве, а путь к успеху проходит через дружбу и сотрудничество. Сплотившись, опираясь на взаимное уважение, солидарность и стратегическое видение, мы сможем достичь любых самых благородных целей», - отметил лидер нового глобального поколения.

И это не просто пожелания, а сигнал к действию. Например, в качестве приоритетных проектов межрегиональной транспортной взаимосвязанности кроме трех каспийских маршрутов, связывающих регион со странами Европы, включая Средний коридор, обозначено строительство железной дороги Китай - Кыргызстан - Узбекистан и даже Трансафганского транспортного коридора. А для координации работы на данных направлениях предложено создать Совет по инфраструктурному развитию на уровне вице-премьеров. И не сомнения, что инициативы вскоре материализуются и обретут плоть независимо от того, нравится это кому-то или нет.