Иллюзии человека вне игры Саргсяну впору мечтать о нарах в Баку

Едва ли не каждое публичное выступление сепаратиста и третьего президента Армении Сержа Саргсяна изобилует поистине смехотворными умозаключениями. А его серьезное выражение лица, которое он при этом примеряет в надежде произвести впечатление, придает еще большую анекдотичность его «перлам».

При взгляде на него в памяти невольно всплывает образ небезызвестного булгаковского Полиграфа Полиграфовича Шарикова, когда он, давая свою оценку переписке Энгельса с Каутским, безапелляционно заявил профессору Преображенскому, что «нужно все взять и поделить». И вчерашний выход Саргсяна к армянским журналистам вполне можно расценивать именно как попытку Сержа Азатовича достичь максимального сходства с этим сатирическим персонажем с собачьем сердцем.

Наговорил в этот раз он много разного. Но я не стану оценивать его умозаключения о ходе азербайджано-армянских переговоров по причине того, что этот, с позволения сказать, оратор не имеет никакого отношения к данному процессу. Его реальный уровень — комментировать заявления своего недавнего подельника, тоже сепаратиста, второго президента Армении Роберта Кочаряна.

Тут, к слову, напомним, что Кочарян на этой неделе собрал подконтрольных ему журналистов, чтобы поведать через них о своих планах и разочарованиях. И в ходе этого монолога влетело Сержу Азатовичу от Роберта Седраковича по полной программе. Вначале Кочарян признал, что Республиканская партия Армения, которую поныне возглавляет Саргсян, была создана отнюдь не третьим президентом Армении.

«Мы договорились с Вазгеном Саркисяном, он стал лидером, и Республиканская партия набрала размах уже как правящая партия», - изрек Кочарян, по сути политически застрелив Саргсяна, причем, дальше, войдя в раж, он сделал еще несколько контрольных выстрелов в последнего. В частности, по его мнению, если бы изначально был избран Карен Карапетян, всей этой истории не было бы.

«Я тогда по просьбе наших общих знакомых позвонил Сержу Саргсяну и сказал ему, что есть проблема, все об этом говорят, ситуация выходит из-под контроля, нарастает как лавина и идет совсем в другом направлении, а он ничего не делает и потеряет контроль. Он спокойно ответил, что никаких проблем нет, все под контролем. Меня это очень удивило, я несколько раз его переспросил: уверен ли он? Он очень спокойно сказал, что все под контролем... И через несколько дней подал в отставку», - посетовал Кочарян. 

Все это наглядно демонстрирует, что второй президент испытывает к третьему такую глубокую личную неприязнь, что его от еды воротит. Саргсян, уверен, отвечает ему взаимностью. Поэтому армянские журналисты и задали ему вопрос о том, что для него важнее: устранить противоречия с Кочаряном или добиться отстранения действующего премьер-министра Никола Пашиняна? 

В ответ Серж Саргсян, аки уставший демонстрировать один и тот же номер клоун, промямлил: «Сколько раз я заявлял, что у меня и моих товарищей по команде нет цели прийти к власти, наша цель - смена власти. Лично я вижу для себя две важные цели: первая - смена власти, вторая цель - возвращение моих друзей из бакинских тюрем, ничего другого я не хочу». 

Странно, что Саргсян не заявил, что мечтает слетать в космос. Ведь вероятность его космического путешествия вряд ли намного уступает планам сыграть хоть какую-то роль на армянской внутриполитической арене. Его с этой арены выкинули еще в 2018 году, причем пинками под зад. И это было логично. Ведь президентство Саргсяна сопровождалось обвинениями в масштабной коррупции, систематических фальсификациях выборов и подавлении оппозиции. Особенно кровавым стало 1 марта 2008 года, когда в результате разгона акций протеста после выборов погибли 10 человек. Он пришел к власти в условиях, когда на ереванских улицах вовсю лилась кровь. И это осталось на нем несмываемым пятном. А в апреле 2016 года произошло еще одно событие: в ходе четырехдневных боевых действий Азербайджан нанес армянской армии поражение. И это явилось наглядной демонстрацией того, что наша страна в состоянии одержать большую победу и освободить все свои оккупированные на тот момент Арменией исконные территории.
Помните, как тогда Сержик Азатович в паре с тогдашним министром обороны Сейраном Оганяном пытался отрицать очевидное?! Только попытки эти превратились для них в пытку - даже в Армении многие политики и военные эксперты смеялись над этими их потугами. Все это имело накопительный эффект. Как итог, Саргсян стал ассоциироваться с коррупцией и восприниматься как символ всего старого, закостенелого. Это объясняет, почему даже без ярких лидеров протесты 2018 года приобрели лавинообразный характер — народ просто больше не мог терпеть.

В Армении до сих пор к Саргсяну и РПА испытывают презрение, о чем свидетельствуют опросы общественного мнения. Так, согласно последнему из них, РПА имеет рейтинг всего 3,7%. Кстати, столько же сколько и партия «ДОК», возглавляемая находящимся под следствием в США матерщинником и лицом нетрадиционной политической, и не только политической, ориентации Варданом Гукасяном.

Так что, в этих условиях мечта Саргсяна сыграть хоть какую-то роль во внутриполитических процессах в Армении так и останется несбыточной. Не получится у него «сходить в баню и заодно помыться». А вот воссоединиться с бывшими членами карабахской хунты, которые регулярно дают признательные показания на суде в Баку, он может. Достаточно Сержу Азатовичу прилететь в Азербайджан, сдаться правосудию и его горячее желание увидеть Аркадия Гукасяна, Бако Саакяна, Араика Арутюняна станет явью. Отдельную камеру, питание и возможность полюбоваться в ходе судебных слушаний на плоды своих преступлений Азербайджан Саргсяну обеспечит.