Иран хочет показать, что у него остались зубы горячая тема

Удар Израиля по иранской системе ПВО в первые же дни 12-дневной войны был сокрушающим. 120 ключевых пунктов были выведены из строя израильскими ВВС и ударными беспилотниками, которые запускались оперативниками «Моссада», действовавшими на иранской территории. Российские С-300, батареи Bavar-373 и Khordad-15 местного производства, радары из РФ и КНР – все взлетало на воздух. И уже утром третьего дня Израиль заявил, что установил полное господство над воздушным пространством Тегерана и западной частью страны.

Но иранцы не были бы иранцами, если бы признали свой разгром. На каждый израильский удар они отвечали не менее дерзким ударом, с той лишь разницей, что если ВВС и разведка Израиля оперировали в реальности, то Тегеран предпочитал наносить контрудары в виртуальной сфере, проще говоря – в информационном поле. Достаточно вспомнить заявление генерал-майора Абдолрахим Мусави, начальника штаба Вооруженных сил Ирана, который в те дни заявлял: «Противовоздушная оборона доказала на передовой защиты неба Ирана, что она будет противостоять любому уровню угрозы», добавляя при этом, - «сбитое большое количество вражеских самолетов показывает мужество и волю наших защитников».

Но иранцы не были бы иранцами, если бы признали свой разгром. На каждый израильский удар они отвечали не менее дерзким ударом, с той лишь разницей, что если ВВС и разведка Израиля оперировали в реальности, то Тегеран предпочитал наносить контрудары в виртуальной сфере

Правда, ни одного достоверного доказательства того, что хоть один израильский самолет был сбит – ни иранцы, ни международные наблюдатели так и не дождались, генералы Тегерана предлагали поверить им на слово.

А теперь, продолжая тему «персидских сказок» заявляют, что воздушной пространство Ирана снова на замке: «Некоторые из наших средств ПВО были повреждены, это мы не можем скрыть, но наши коллеги использовали внутренние ресурсы и заменили их заранее подготовленными системами, которые хранились в подходящих местах для обеспечения безопасности воздушного пространства». Во что верится с трудом, а если честно – то не верится совсем.

И причина этого недоверия – не в какой-то мифической тегеранофобии. А в том, что это невозможно технически. Во-первых, никаких поставок средств ПВО, ракет, пусковых установок, комплексов РЛС в Иран из-за границы, из России или Китая, например, в последнее время не зафиксировано. Производственные мощности иранского военно-промышленного комплекса не позволяют ему производить более 5 систем Bavar-373 и десяти Khordad-15 в год.

Иными словами, на замену уничтоженным комплексам ему потребуется как минимум год, учитывая то, что постановка этих систем на боевое дежурство и сопряжение с общеиранской системой ПВО – дело не одного дня.

Никаких поставок средств ПВО, ракет, пусковых установок, комплексов РЛС в Иран из-за границы, из России или Китая, например, в последнее время не зафиксировано. Производственные мощности иранского ВПК не позволяют ему производить более 5 систем Bavar-373 и десяти Khordad-15 в год

Во-вторых, существенным – и до сих пор не преодоленным недостатком ПВО Ирана является то, что радары китайского, российского и иранского производства не сопряжены между собой. По сути – это отдельные системы, которые при отражении воздушной и ракетной атаки действуют как автономные – и оторванные друг от друга единицы, не имеющие координации как между собой, так и с командными пунктами.

Иными словами, иранское ПВО – это лоскутное одеяло, да еще и с дырками. И нас пытаются заверить, что внезапно все стало хорошо и теперь «небо на замке»? Даже если свершилось чудо, и иранские специалисты сумели из хранящихся на складах запасных комплектов собрать готовые комплексы – то в любом случае это восстановление понесенных потерь не более чем, от силы, на 15%. Остальное – фантазии и «персидские сказки».

У читателя этих строк неизбежно возникнет вопрос: зачем же иранцы же столь нагло, скажем так, бахвалятся, причем тем, чего нет? А здесь вступает в силу большая политика, и данное безудержное хвастовство просто необходимо рассматривать в международном контексте.

В минувшее воскресенье в Москве Владимир Путин принял Али Лариджани, старшего советника верховного лидера Ирана аятоллы Али Хаменеи. А на 25 июля намечена встреча заместителя министра иностранных дел Ирана с представителями Великобритании, Франции и Германии в Стамбуле. И там, и там – Тегерану нужно показать, что что он вовсе не проигравший в 12-дневной войне, не проситель, а еще ого-го, еще способен, случись что, показать зубы. Вот и вся подоплека, которая, впрочем, очевидна всем.