Израильская разведка работает через охранников и водителей сенсационные факты

Журналистское расследование, опубликованное в The New York Times, проливает свет на то, как израильская разведка использовала слабое звено в системе охраны иранских руководителей.

Высокопоставленные чиновники в Тегеране давно отказались от мобильных телефонов, понимая их уязвимость. Но именно их личные охранники и водители, носившие при себе мобильные устройства и активно пользовавшиеся социальными сетями, стали каналом, который позволил Израилю обнаружить и поразить цели в ходе 12-дневной войны.

Через три дня после массированных ударов Израиля по объектам в Иране состоялось заседание Высшего совета национальной безопасности Исламской Республики. Оно проходило в глубоком бункере под горой на западе Тегерана, и даже его участники узнали о встрече в последний момент. Президент Масуд Пезешкиан, руководители Министерства разведки, военные командиры и представители судебной системы прибыли на разных автомобилях, без телефонов и внешних средств связи. Но вскоре после начала совещания израильская авиация нанесла удар шестью бомбами по входу и выходу в бункер. Никто из чиновников не погиб, но покидая бункер они обнаружили тела своих телохранителей, оставшихся на поверхности.

Высшие чиновники оказываются мишенью не потому, что нарушают правила, а потому что их ближайшее окружение привыкло жить в цифровом мире, который Израиль научился полностью контролировать

Именно телефоны охраны, ожидавшей своих боссов наверху, позволили Израилю вычислить местоположение. После атаки иранское контрразведывательное сообщество признало уязвимость, а в Тегеране заговорили о «смертельной оплошности». Один из иранских экспертов, Сасан Карими, бывший заместитель вице-президента ИРИ по стратегическим вопросам, отметил: «Чиновники были без телефонов, но охранники и водители, сопровождавшие их, не приняли мер предосторожности. И именно через них велось наблюдение».

NYT и газета Haaretz со ссылкой на израильские источники подтверждают, что речь идёт не о единичном эпизоде, а о целой системе слежки, развернутой против иранского руководства. Израиль в течение двух лет отслеживал атомщиков и высокопоставленных военных, отбирая кандидатов для ликвидации. Первоначальный список включал 400 имён, затем его сократили до сотни, опираясь, в том числе, на документы из «ядерного архива», вывезенного агентами «Моссада» из Тегерана в 2018 году. В итоге израильтяне сосредоточились на тринадцати ключевых фигурах.

Иранские власти после серии ударов провели массовые аресты. По данным иранских СМИ, десятки офицеров, разведчиков и госслужащих были обвинены в шпионаже в пользу Израиля. Несколько человек, включая учёного-атомщика Розаве Вади, были казнены.

Именно телефоны охраны, ожидавшей своих боссов наверху, позволили Израилю вычислить местоположение. После атаки иранское контрразведывательное сообщество признало уязвимость, а в Тегеране заговорили о «смертельной оплошности»

Новый глава КСИР Ахмад Вахиди признал: «Противник получает большую часть данных через технологии — спутники, электронные системы. Это позволяет ему не только фиксировать перемещения, но и прослушивать голоса, перехватывать изображения и точно определять местоположение».

Показательно, что после этих инцидентов Верховный лидер Али Хаменеи распорядился полностью запретить охранникам пользоваться мобильными телефонами и социальными сетями. Но даже это решение оказалось палкой о двух концах. Увеличение числа телохранителей, призванное повысить безопасность, фактически создало новую уязвимость. Один из израильских источников заявляет: «Мы сами навязали им эту слабость — и воспользовались ею».

Опыт последних лет подтверждает: Израиль научился использовать вражеские технологии против самого противника. Если ранее основное внимание уделялось кибероперациям и ударам по инфраструктуре, то сегодня ставка делается на уязвимость в поведении людей — их привычку к смартфонам, привязанность к соцсетям и беспечность, проявляемую даже в условиях войны.

Такое развитие событий подрывает саму основу иранской системы безопасности: высшие чиновники оказываются мишенью не потому, что нарушают правила, а потому что их ближайшее окружение привыкло жить в цифровом мире, который Израиль научился полностью контролировать.