Канада получает выгоду от Китая, США внимательно наблюдают

БАКУ /Trend/ - В то время как мир только начинает оправляться после ряда глобальных торговых потрясений, новая торговая инициатива между Канадой и Китаем привлекла внимание политиков и аналитиков по обе стороны Тихого океана. 16 января 2026 года Оттава и Пекин подписали соглашение, которое на первый взгляд кажется прагматичным и ограниченным, но уже породило волну спекуляций о том, как оно повлияет на экономику и внешнюю политику США.

Суть сделки проста: Канада ослабляет тарифы на китайские электромобили, введенные вместе с США в 2024 году, а Китай снижает пошлины на ключевую канадскую агропродукцию. В рамках соглашения Канада разрешает ежегодный импорт до 49 000 китайских электромобилей по сниженной ставке пошлины 6,1% вместо прежних 100%. Планируется постепенное расширение квоты до 70 000 автомобилей в течение пяти лет. По прогнозам, через пять лет более половины китайских электромобилей, попадающих на льготную квоту, будут стоить менее $35 000, что расширит выбор для канадских потребителей и стимулирует внутренний рынок.

В свою очередь Китай с 1 марта 2026 года снижает тарифы на канадскую канолу с 84% до примерно 15%, а также отменяет пошлины на лобстеров, крабов, муку и горох. Канадские власти оценивают разблокирование экспортных заказов в размере около $3 миллиардов.

Премьер-министр Марк Карни назвал соглашение “прагматичным шагом”, направленным на диверсификацию торговли и снижение зависимости от нестабильных отношений с США. Для фермеров и рыбаков, которые в последние годы сталкивались с непредсказуемыми торговыми барьерами, снижение пошлин обещает долгожданную стабильность.

Однако шаг Канады сразу вызвал резкую реакцию США. 24 января Президент Дональд Трамп через социальную сеть Truth Social предупредил: если Канада станет “портом для китайских товаров”, США могут ввести 100% пошлину на все канадские поставки. Соединенные Штаты подчеркивают, что любые торговые преференции для Китая могут быть восприняты как попытка обойти действующие тарифные меры.

На следующий день правительство Канады официально опровергло слухи о подготовке полноценного соглашения о свободной торговле с Китаем. Марк Карни заявил, что недавние договоренности направлены исключительно на решение конкретных проблем, связанных с сельским хозяйством и морепродуктами, а не на налаживание масштабного сотрудничества. Канада подчеркнула, что ограничения по квотам на электромобили делают соглашение строго целевым и не угрожают интересам США напрямую.

Китайская сторона, в свою очередь, подчеркнула, что сделки не носят “антиамериканского” характера. Представители министерства иностранных дел КНР заявили, что сотрудничество строится на принципе взаимной выгоды и открытости, а также служит укреплению стабильности и развития обеих стран. Экономическая статистика последних лет при этом дает повод для оптимизма: в 2025 году китайско-канадский товарооборот составил $89,6 миллиарда. Из них экспорт Китая в Канаду достиг $47,9 миллиарда (+ 3,2%), а импорт из Канады сократился до $41,7 миллиарда (- 10,4%). Общий объем торговли между двумя странами снизился на 3,6% по сравнению с 2024 годом, что подчеркивает уязвимость традиционных потоков и необходимость поиска новых возможностей.

На этом фоне Канада явно пытается балансировать между экономическим прагматизмом и политическим риском. Ограниченные льготы для китайских электромобилей и агропродукции создают пространство для маневра: ни одна из сторон пока не идёт на полномасштабное соглашение, которое могло бы спровоцировать санкции со стороны США. В то же время укрепление связей с Китаем может стать фактором долгосрочного давления, учитывая сокращение двусторонней торговли США и Китая в 2025 году на 18,7% до $559,7 миллиарда. Экспорт Китая в США за год упал на 20%, а импорт из США – на 14,6%, что уменьшило положительное сальдо КНР до $280,3 миллиарда.

Новая глава в отношениях Канады и Китая носит двойственный характер: с одной стороны, это прагматичный шаг для стабилизации торговли и защиты национальных интересов; с другой – потенциальный источник трений с США, для которых любая “брешь” в тарифной политике воспринимается как стратегический риск. Позиции сторон ясны: Канада подчеркивает ограниченность и целенаправленность мер, Китай акцентирует взаимовыгодный характер сотрудничества, а США угрожают жесткими санкциями, если ситуация выйдет из-под контроля.

Пока остается неизвестным, как будут развиваться события дальше: удастся ли Оттаве сохранить баланс между экономической выгодой и политической безопасностью, и какие последствия это может иметь для глобальных торговых потоков. Вопрос открытый, и от его ответа будет зависеть не только экономическая динамика Канады и Китая, но и стратегия США в Азиатско-Тихоокеанском регионе.