Кошелек государства наполнится налогами: чего ждать гражданам и бизнесу в новом году? ИНТЕРВЬЮ

Минфин раскрыл предварительные показатели бюджета на следующий финансовый год. Дальнейшие цифры обещают быть интересными, а особое внимание в этом году привлекает прогноз по налоговым поступлениям.

Мы обсудили это с юристом и финансистом Акрамом Гасновым:

– В целом как можно охарактеризовать бюджет следующего года?
– Я бы сказал, что бюджет следующего года кардинально не отличается от нынешнего, хотя, конечно, есть некоторые важные моменты. В первую очередь стоит обратить внимание на цену нефти, которая заложена в расчетах. Если в текущем году прогнозировалась стоимость в 70 долларов за баррель, то в следующем году цифра снижена до 65 долларов. Я считаю это вполне разумным шагом. Вероятность того, что в ближайшее время геополитическая ситуация в мире стабилизируется, достаточно велика, и поэтому ожидать роста цен на нефть не стоит. Рынок и так уже достиг своего предела.

– То есть мировая ситуация напрямую влияет на прогнозы?
– Если посмотреть на ситуацию в Украине и на Ближнем Востоке, становится ясно: дальнейшая эскалация событий может привести к катастрофическим последствиям, фактически к третьей мировой войне. И такая война, без сомнений, будет ядерной. Именно по этой причине сегодня заметно, что мировые лидеры стараются искать компромиссы и точки соприкосновения. Но, конечно, полностью исключать сценарий, при котором компромисс не будет найден, нельзя.

– В таком случае цена на нефть скорее резко повысится?
– Для Азербайджана это уже не имеет прежнего значения. Добыча нефти у нас снижается, и даже если цена на мировых рынках вырастет, страна не получит тех преимуществ, что раньше. Поэтому заложенный в бюджете уровень в 65 долларов за баррель выглядит вполне обоснованным. Хотя я допускаю, что нефть может стоить и меньше этой суммы. Но даже если так, у нас достаточно валютных резервов, чтобы компенсировать возможные колебания и удержать финансовую стабильность. Таким образом, можно сказать, что с точки зрения денежной политики все, скорее всего, будет развиваться так, как и прогнозируется.

– Что можно сказать о бюджетном дефиците?
– Бюджетный дефицит, то есть превышение расходов над доходами, в новом проекте остается практически на уровне нынешних прогнозов, разница минимальна. Если смотреть в целом, то уже не первый год государственный бюджет формируется с дефицитом. И это объяснимо: экономика переживает сложности переломного времени, которые сохраняются и постепенно усиливаются. Хотя важно подчеркнуть, что нынешний уровень дефицита нельзя назвать критическим — с учетом соотношения к ВВП и имеющихся валютных резервов Азербайджан пока справляется с этой ситуацией.

– Особое внимание привлекает рост поступлений по подоходному налогу с физических лиц…
– Причина понятна: с 1 января заканчивается срок семилетних налоговых каникул по этому налогу для работников негосударственного ненефтяного сектора. В течение этого времени их зарплаты не облагались подоходным налогом. Напомню, что ставки составляют 14% для доходов до 2500 манатов и 25% для сумм выше. Сейчас мы видим лишь общие показатели бюджета, без полного пакета документов и окончательных изменений в Налоговый кодекс. Но уже очевидно: либо каникулы вовсе не будут продлены, либо, в лучшем случае, их продлят частично. В противном случае рост поступлений по этому налогу объяснить невозможно.

– То есть это было предсказуемо?
– На самом деле да. Семь лет назад этот мораторий ввели, чтобы вывести зарплаты из «тени», заставить работодателей и работников показывать реальные доходы. Когда все эти данные стали прозрачными, налоговая система получила возможность снова начать удержания. Если никаких поправок в Налоговый кодекс не внесут, налоговые каникулы автоматически прекращаются. И здесь цель абсолютно понятна и типична для любой налоговой службы. По сути, это была своего рода приманка: сначала дали льготу, чтобы все показали реальные зарплаты, а теперь начнут с них удерживать налоги.

– Насколько реально удастся собрать прогнозируемую сумму?
– У частного сектора сейчас есть свои сложности, и поэтому нельзя исключать, что часть рабочих мест будет закрыта — либо формально, либо фактически. В такой ситуации не факт, что ожидаемые налоговые поступления будут обеспечены в полном объеме. Если налоговые каникулы прекратятся, нагрузка распределится между гражданами и бизнесом. С работников начнут удерживать подоходный налог, а компании, чтобы компенсировать, в каких-то случаях могут поднять зарплаты, чтобы сотрудники не ощутили снижение дохода. Но есть и риск, что часть предприятий предпочтет оптимизировать расходы и сократит рабочие места.

Таким образом, остается элемент неопределенности для государства и правительства — насколько оправдаются эти планы. В стадии устойчивого роста экономики такая ситуация была бы более предсказуемой. Сейчас же, учитывая непростое положение бизнеса, нельзя исключать, что к делу подойдут мягче. Поэтому вполне возможно, что в итоговом пакете документов мы увидим корректировки — например, сохранение налоговых каникул в ограниченном виде или введение дополнительных оговорок.

– В проекте бюджета также отмечается рост поступлений по НДС. Как это объяснить?
– Здесь присутствует несколько причин. Безусловно, инфляция играет свою роль. В целом на НДС приходится значительная часть собираемых налогов — как на внутренние продажи, так и на товары, ввозимые из-за рубежа. Помимо удорожания, рост поступлений объясняется тем, что государство из года в год усиливает администрирование, чтобы торговые точки не уклонялись от официальной продажи товаров и услуг. Ведь НДС — это налог с продаж. Многие предприниматели пытаются реализовывать товары неофициально и не выдавать чеки.

Чтобы стимулировать законопослушное поведение, власти внедрили систему возврата части НДС. При этом нельзя исключать, что механизм возмещения в будущем может поменяться или его отменят, и тогда часть ожидаемого роста поступлений налога будет напрямую связана с этим решением. Тем не менее из года в год усиливается администрирование, чтобы субъекты предпринимательства не могли уклоняться от уплаты налога. На мой взгляд, именно ужесточение контроля и «обеление» бизнеса будет ключевым фактором, влияющим на прогнозы по росту собираемости НДС.

– Но как же тогда прогноз Минфина: снижение инфляции и рост сборов по НДС? Нет ли противоречия?
– Противоречия здесь нет. Рост НДС обусловлен не столько темпами роста цен, сколько именно усилением администрирования: более строгий контроль и меры, заставляющие предпринимателей строго следовать букве закона. Можно сказать, что это отражение не столько роста экономики, сколько результата более последовательного соблюдения правил.

– Ужесточение администрирования не приведет к росту цен для потребителей?
– В некоторой степени да, но не полностью. Дело в том, что бизнес и так продает товары населению, просто часть операций оставалась «в тени» — без выдачи чеков и уплаты налогов. Сейчас налоговая служба усиливает контроль, чтобы заставить предпринимателей соблюдать закон. Однако напрямую повысить цены из-за уплаты НДС бизнес не может. Те же товары продаются и в других магазинах, где налог уже выплачивается. Если предприниматель поднимет цену, покупатели просто пойдут к конкурентам, где товар дешевле. То есть на массовом рынке цены остаются примерно на том же уровне, а предприниматели вынуждены платить налоги, чтобы работать легально.