Между мостом и Конституцией: Анкара раскрывает карты, Баку следит за каждым ходом Еревана

Автор: Эльчин Алыоглу,
директор Baku Network, специально для Day.Az

"Это даже не переговоры, это процесс укрепления доверия" - эта на первый взгляд спокойная, почти дипломатически выверенная фраза спецпредставителя Турции Сэрдара Кылыча в интервью CivilNet обрушилась в эпицентр южнокавказской дипломатии как камень в гладь давно взволнованного озера. Не переговоры - значит, нет ещё базы. Но уже доверие - значит, путь начат. За этой формулировкой - десятилетия исторической боли, геополитических парадоксов и попыток примирения, всегда заканчивавшихся на обрыве: то в тени "цехов памяти", то в шорохе реваншистских лозунгов, то под нажимом сверхдержав, для которых Южный Кавказ - не более чем пешка на шахматной доске великой игры.

Сегодняшняя дипломатическая сцена - не просто попытка примирения двух стран, разделённых историей и амбициями. Это тончайший акт балансировки интересов - от Москвы до Вашингтона, от Тегерана до Брюсселя. И в этом хоре голосов особое значение приобретает роль Азербайджана - не как стороннего наблюдателя, а как страны, добившейся кардинальной трансформации регионального статус-кво, как гаранта стабильности, и как субъекта, без которого любые армяно-турецкие диалоги обречены на формальность.

Заявления Кылыча о восстановлении символического моста Ани, обсуждения о возможном открытии границ, технические консультации и - особенно - осторожные намёки на необходимость переосмысления армянской Конституции - всё это не просто дипломатические детали. Это - лакмусовая бумага готовности Еревана к реальной трансформации, не на словах, а в структуре и логике государства. И именно с этой позиции - позиции Азербайджана, позиции прагматизма и реализма - стоит взглянуть на армяно-турецкий диалог, который слишком часто пытались интерпретировать в изоляции от всего остального Южного Кавказа.

Ибо это даже не переговоры - это экзамен на искренность.

В этом интервью Кылыч делает несколько принципиальных заявлений, каждое из которых - не просто дипломатическое высказывание, но и отражение фундаментальных разломов в региональной политике.

На первый взгляд, высказывания Сэрдара Кылыча звучат оптимистично. Он говорит о восстановлении исторического моста Ани как символического шага, о технической подготовке к открытию границы для граждан третьих стран, о доверительных отношениях с армянским спецпредставителем Рубеном Рубиняном.

"Мы делаем все возможное, чтобы ускорить процесс урегулирования, поскольку это выгодно обеим странам и обоим народам", - заявил Кылыч, напоминая, что дипломатия может и должна преодолевать травмы прошлого.

Но если прислушаться к подтексте, становится ясно, что этот процесс - не урегулирование, не мирный договор, и даже не "переговоры" в классическом смысле слова. Сам Кылыч настаивает: "Это не переговоры, это процесс укрепления доверия".

Подобное определение указывает на отсутствие жесткой повестки, формализованных дорожных карт и обязательств. Турция, по сути, сохраняет позицию наблюдателя и посредника, не вмешиваясь в переговоры между Баку и Ереваном, но ожидая от Армении выполнения определённых условий - в том числе пересмотра собственной конституционной базы.

Самая примечательная часть интервью касается именно Основного закона Армении. Как известно, Азербайджан настаивает на том, что для полноценного мира Армения должна официально отказаться от территориальных притязаний - прежде всего, от положений, в которых зафиксирована идея объединения с Нагорным Карабахом.

Кылыч, в свою очередь, занимает дипломатично-нейтральную позицию:
"Это важный вопрос, и, как известно, Азербайджан требует внесения поправок в Конституцию Армении... Но это внутреннее дело Армении".

Это высказывание может трактоваться как легитимизиция ожидания, что Армения в конце концов сама примет "разумное" решение, устраняющее правовые основания для конфликта.

Фраза "Армянский народ и институты Армении решат, как и когда будет реализован этот процесс" одновременно подтверждает принцип невмешательства и намекает на то, что изменения - неизбежны.

Один из важнейших практических вопросов - когда будет открыт сухопутный коридор между двумя странами, который с 1993 года остается закрытым. Кылыч напомнил, что в 2022 году было принято решение об открытии границы для граждан третьих стран и владельцев дипломатических паспортов.

"Сейчас мы работаем над техническими деталями... Надеюсь, мы сможем завершить этот процесс как можно скорее", - заявил он.

Это может быть воспринято как шаг к открытию границы в гуманитарном и экономическом измерении. Однако пока открытие ограничивается "пилотной работой" и не означает автоматического признания полной дипломатической нормализации.

Таким образом, сухопутная граница - не просто элемент логистики, а стратегический рычаг. Турция демонстрирует готовность к постепенным уступкам, но лишь в том случае, если Армения будет двигаться в русле тех ожиданий, которые сформированы в Анкаре и Баку.

Несмотря на всю осторожность, в интервью прозвучала и нота личной симпатии, которая, как надеется Кылыч, может стать катализатором политических изменений:
"Я думаю, у нас с Рубеном хорошие отношения. Мы понимаем друг друга и делаем все возможное, чтобы продвинуть процесс".

Личностный фактор в восточной дипломатии имеет значение. Однако одного доверия между двумя спецпредставителями недостаточно. Нормализация требует наличия системных решений, в том числе законодательных и инфраструктурных.

Заявление Кылыча о конституционном процессе в Армении можно рассматривать как сигнал:

- Турция ожидает, что Армения устранит юридические претензии на "Карабах",
- но сделает это "сама",
- в нужное время,
- в нужной форме,
- под давлением "внутренней логики", а не внешней диктовки.

Таким образом, процесс нормализации между Турцией и Арменией превращается в сложную партию, где каждый шаг - одновременно символ, сигнал и инструмент. И в этой партии изменения в Конституции Армении - не просто внутриполитическая реформа, а пробный камень для всей системы регионального мироустройства.

... Армяно-турецкие отношения на протяжении столетия остаются заложниками исторических нарративов, национальных мифов и политизированной памяти. Турция закрыла границу с Арменией в 1993 году в знак протеста против оккупации армянскими силами территорий Азербайджана, включая стратегически важную Кяльбаджарскую зону. Попытки нормализации предпринимались дважды - в 2009 году (Цюрихские протоколы) и после окончания Второй Карабахской войны в 2020 году.

Ни одна из этих попыток не достигла устойчивого результата, во многом из-за отказа Армении отказаться от территориальных претензий, в том числе зафиксированных в её Конституции и правовых документах. Таким образом, любой устойчивый диалог между Анкарой и Ереваном неминуемо сопряжён с более широким геополитическим уравнением - и ролью Азербайджана в этом процессе.

Турция подходит к нормализации с Арменией как к проекту многоуровневому: он одновременно касается исторического примирения, экономической интеграции региона и разблокировки транспортных коммуникаций. Для Анкары это также часть более широкой концепции "нулевых проблем с соседями" и восстановления исторических связей в Закавказье.

Однако, как неоднократно подчёркивал Президент Реджеп Тайип Эрдоган, процесс нормализации с Арменией невозможен без учета интересов Азербайджана. Именно этот принцип определяет границы политического маневра для Турции: каждый шаг вперёд в диалоге с Ереваном должен быть согласован с Баку и увязан с реальными изменениями армянской политики.

Восстановление средневекового моста Ани через Аракс - это жест, несущий историко-культурную нагрузку, но не имеющий самостоятельного значения без полноценного пересмотра армянской политики. Баку воспринимает этот шаг скорее как тест на искренность намерений, нежели как стратегическое достижение.

Что касается открытия границы для третьих стран, то здесь у Азербайджана нет формальных возражений - если речь идёт о сугубо техническом и контролируемом процессе. Однако Баку будет тщательно следить, чтобы открытие границ не обернулось легитимизацией политических претензий Армении или попыткой обойти более важные договоренности по коридору Зангезур и региональной логистике.

А что касается вопроса Конституции Армении, то это ключевой элемент, вызывающий у Баку серьёзную озабоченность. Статья 13 Конституции Армении гласит: "Республика Армения поддерживает усилия, направленные на международное признание геноцида армян в Османской империи и в Восточной Армении." А преамбула Конституции опирается на Декларацию о независимости от 1990 года, в которой прямо утверждается: "Республика Армения стремится к международному признанию геноцида армян и объединению армянского народа в исторических границах."

Подобные положения прямо противоречат духу и букве трёхстороннего заявления от 10 ноября 2020 года, а также подрывают принцип территориальной целостности Азербайджана.

Баку настаивает на том, что устойчивый мир невозможен, пока одна из сторон сохраняет в своей Конституции территориальные притязания. Армения, ссылаясь на "внутренний суверенитет", стремится представить этот вопрос как исключительно юридическую формальность. Однако с точки зрения международного права, внутренние нормативные акты не могут противоречить международным обязательствам государства.

Таким образом, для Азербайджана изменение Конституции Армении - не вмешательство во внутренние дела, а гарантия того, что любой подписанный мирный договор не будет девальвирован внутренним законодательством противоположной стороны.

Сближение между Ереваном и Анкарой не может рассматриваться вне контекста трёхсторонних отношений. Любой сдвиг на турецко-армянском треке, игнорирующий позицию Баку, будет обречён на провал. Турция ясно дала понять, что будет координировать свои действия с Азербайджаном, а попытки обойти Баку приведут лишь к разрушению хрупкого доверия и усилению турецко-азербайджанского альянса против ревизионистских тенденций в регионе.

Политическая нестабильность в Армении, сопротивление оппозиции любым конституционным реформам и активная роль Запада - всё это усложняет реализацию даже технических шагов. ЕС и Франция в частности стремятся использовать армяно-турецкое сближение как инструмент "европеизации региона", часто в ущерб интересам Турции и Азербайджана.

... Азербайджан поддерживает нормализацию армяно-турецких отношений, но при условии их взаимосвязи с армяно-азербайджанским треком. Только синхронное продвижение по обоим направлениям - включая обязательные конституционные изменения в Армении, демаркацию границ, отказ от территориальных притязаний - может заложить фундамент для долгосрочной стабильности.

В этом контексте Азербайджан продолжит внимательно отслеживать заявления и шаги Армении, оставаясь сторонником мира - но мира с гарантированной стабильностью, а не иллюзиями дипломатии без обязательств.