На выборах в США победил психолог Джордан Питерсон? Расклад Шерешевского

Профессиональный психолог и известный публицист Джордан Питерсон разгромил либералов и феминисток, открыв дорогу для победы Трампа.

Сегодня в американской и международной прессе можно обнаружить много аналитики, авторы которой пытаются понять причины и последствия победы Дональда Трампа на выборах в США. Говорят и о тех, кто создал условия для этой победы. Множество статей посвящены Илону Маску, ставшему, быть может, главным мотором избирательной кампании Трампа, а после выборов — его самым могущественным фаворитом. Теперь Маск в одном лице совмещает контроль над гигантской промышленной и финансовой технологической империей и одновременно в значительной мере руководит политикой США внутри и вовне страны, включая лоббирование мира и дружбы с Тегераном и Пекином. В Китае расположена часть его бизнеса — крупнейшая фабрика автомобилей «Тесла», а иранцы в обмен на снятие американских санкций могут предложить ему литиевые месторождения. 

После Илона Маска мы встречаем еще одного героя новой эры Трампа, интеллектуала Джорджа Питерсона, чьи акции могут высоко подняться или уже поднялись. Питерсон — человек иного рода. Он никак не связан с Трампом. Питерсон — клинический психолог, в недавнем прошлом профессор в университете Торонто. Одно из направлений его профессиональной деятельности — социальная психология. Он умеет зарабатывать деньги. Его книги по самопомощи разошлись миллионными тиражами, а его острые дискуссии с либеральными оппонентами и умение ясно и просто излагать свои идеи нашли поддержку у многочисленной аудитории. В эпоху торжества либералов и леволибералов он прославился как защитник свободы слова. В 2016 году Питерсон записал выступление с критикой канадского законопроекта, который предписывал использование особых местоимений по отношению к трансгендерам, т. е. этот закон вводил государственную цензуру, под угрозой наказания изменяя язык.

Питерсон дал отпор феминисткам во время публичных дискуссий. Его блестящие контр-атаки на торжествующий леволиберальный тренд оказались настолько успешны, что миллионы молодых людей прониклись к нему симпатией и уважением. 

В ответ на рассуждения о разнице положения мужчин и женщин в современном западном обществе (например, в Великобритании только 7 процентов женщин в руководстве крупнейших 100 компаний, а средняя зарплата женщин на 9 процентов ниже, чем у мужчин), Питерсон указал на то, что мы имеем дело со сложной многофакторной реальностью. Не отрицая факты дискриминации, он отметил, что в странах Скандинавии, где программы гендерного равенства и соответствующие законы достигли самого высокого на планете уровня, женщины абсолютно преобладают среди медработников, а мужчины — среди людей инженерных профессий. Мужчины и женщины до некоторой степени различаются (на уровне средних статистических показателей). Общество должно обеспечить равенство возможностей, а вот равенства результатов не будет никогда, просто потому, что между мужчинами и женщинами есть различия в психологии. Хотя в ряде случаев радикальные и либеральные течения феминизма справедливо указывают на факты дискриминации женщин, они часто преувеличивают масштабы дискриминации, игнорируют другие факторы и отказываются видеть те области, где мужчины страдают больше.

Феминистки постоянно говорят о патриархате, о господстве мужчин. Они игнорируют тот факт, что властью в западном обществе, включая США, обладают лишь крошечные группы мужчин, тогда как остальные вовсе не доминируют в политической и экономической системе. Патриархата, как власти мужчин в целом, не существует. Когда вы говорите о том, что большей частью капитала и богатства владеют мужчины, вы говорите о крошечном проценте людей. Большинство заключенных в тюрьмах — это тоже мужчины. Большинство бездомных людей — мужчины. Большинство жертв жестоких преступлений, людей, совершающих суицид и погибающих на войнах — мужчины. Где же здесь доминирование?. 

В чем-то мужчины страдают меньше, в чем-то больше. Феминистки вычленяют из сложной многомерной реальности отдельные явления, чтобы обрушиться на мужчин, как на некую владеющую властью корпорацию, которой, разумеется, не существует. Феминизм, как заметил один знакомый автора этих строк, есть национализм в гендерной форме. Это попытка опорочить другого и занять его место под солнцем.  

Впрочем, надо оговориться, что феминистки тоже бывают разными, и некоторые выступают за равенство полов, тогда как другие просто участвуют в борьбе за власть и привилегии.
С тех пор слава Петерсона росла. Ведь именно он дал аргументы некоторым молодым людям, мужчинам и женщинам, которые не смотрят на отношения полов конфронтационно. Но он также дал аргументы молодым мужчинам, чье положение в обществе было поколеблено леволибералами. 

Либеральное издание Economist вынуждено признать часть правды. У молодых мужчин есть проблемы, сообщает оно, ибо мир уже давно перешел к информационной экономике, в которой предпочтение отдается мозгам, а не мускулам. Женщины процветали. А мужчины? Не всегда. В Америке и Великобритании мальчики отстают от девочек в начальном, среднем и высшем образовании. По словам Фрэнсиса Фукуямы, профессора политологии Стэнфордского университета, привлекательность Петерсона и даже Трампа «на самом деле обусловлена большими... социально-экономическими сдвигами».

Обсуждение проблем мужчин может вызвать отпор в левых и либеральных кругах, но не у Питерсона. «Мальчики, — пишет он в книге «12 правил жизни», — страдают в современном мире». Как он написал в «12 правилах», книге, ставшей знаменитой: «Будь жестче!».

Но кое о чем издание умалчивает. Политика правящей в США (до недавнего времени) Демократической партии опиралась на определенные электоральные круги, прежде всего на женщин и различные меньшинства. Именно поэтому демократы и связанные с ними корпоративные круги (бобо — богемная буржуазия) продвигали различные социальные льготы для этих групп населения. Конечно, в условиях, когда за тебя голосуют 80 процентов черных, тебе выгодно защищать систему льгот, при которой у черных (по данным Минюста США) в 4 раза больше вероятность (при прочих равных) поступить в Йельский университет, чем у евреев, китайцев и белых. И когда большинство твоего электората — женщины, тебе выгодно поддерживать атаки MeToo (движения, начавшегося с адекватных утверждений и закончившегося охотой на ведьм — атаками на любого мужчину на основании лишь подозрений). За леволиберальной демагогией скрываются трайбализм и клиентализм — эти страшные слова означают всего лишь, что правящие группы опекают свои «племена», с тем, чтобы те поддерживали власть верхушки. Конечно, это не может не раздражать другие «племена», точнее социальные группы.

Но вечно так продолжаться не могло. Мужчины и белые (включая множество женщин) дали сдачи на выборах, где к ним присоединилось множество рассерженных мужчин-латиносов, и вот результат — победа Трампа. Питерсон был одним из тех, кто, может и сам того не желая, готовил ее. Он научил многих людей спорить с леволибералами и буквально разгромил феминисток в публичной дискуссии.

Но... конкуренция между желающими делать карьеру в корпорациях и кабинетах бюрократии будет продолжаться, одержимые жаждой денег и власти мужчины и женщины, черные и белые продолжат атаки друг на друга. История далеко не закончена и не будет закончена, пока в мире правят деньги. Сторонники Питерсона и Трампа выиграли сражение, но вряд ли в такой войне могут быть победители.

Леволиберальное безумие, как замечал Питерсон, способно вызвать острую правую реакцию. Под последней имеется в виду ксенофобия, мигрантофобия, удары цензуры, но уже другой. Сейчас оппоненты Трампа утверждают, что его программа-2025 способна превратить США в «авторитарное националистическое христианское государство». Оппоненты говорят в ответ, что всё это — просто домыслы.

В конце концов, заключает Питерсон, феминистки и близкие к ним левые и либералы игнорируют тот простой факт, что на протяжении тысячелетий «в условиях абсолютной катастрофы существования» — тяжелого труда, отсутствия современных благ и медицины, любящие друг друга мужчины и женщины помогали друг другу, и без этого человечество не выжило бы никогда. Отношения между полами не сводятся и никогда не сводились к конкуренции за место в иерархии. Такова, быть может, одна из наиболее интересных его идей.