Награда находит героя

9 октября был объявлен лауреат Нобелевской премии по литературе. И на этот раз можно вздохнуть с облегчением — награда досталась действительно достойному писателю.

После череды сомнительных решений последних лет, когда премии вручались фигурам, вызывавшим недоумение, вроде Боба Дилана, Луизы Глюк, Хан Ган и других, лауреатом наконец стал живой классик, венгерский писатель Ласло Краснахоркаи. Это событие можно считать частичным восстановлением репутации премии, заметно поблекшей в последние годы и утратившей былой авторитет.

В последние годы репутация Нобелевки заметно поблекла и утратила былой авторитет

Имя семидесятилетнего Краснахоркаи известно прежде всего киноманам, а не широкой читательской публике. По его произведениям венгерский режиссер Бела Тарр снял пять фильмов, ставших шедеврами авторского кино, среди которых — «Туринская лошадь» и «Танго Сатаны». Сам Краснахоркаи ведет уединенный образ жизни, далекий от эпатажа и публичной суеты, не дает интервью, избегает внимания прессы. В этом он чем-то напоминает Патрика Зюскинда или Виктора Пелевина — тех редких современных авторов, для которых важнее текст, чем авторская персона.

Некоторые критики считают фильм Белы Тарра «Туринская лошадь», созданный по сценарию Краснахоркаи, главным кинопроизведением первого десятилетия XXI века. Даже те, кто не видел его, наверняка слышали о знаменитом эпизоде: в январе 1889 года в Турине Фридрих Ницше становится свидетелем сцены, в которой извозчик избивает лошадь. Потрясенный философ бросается к животному, обнимает его и после этого погружается в безмолвие, в котором проведет оставшиеся одиннадцать лет жизни. Этот эпизод служит прологом к фильму, хотя он посвящен вовсе не философу, а самой лошади и ее владельцам — бедному крестьянину и его дочери. Действие разворачивается на протяжении шести дней, и в этом нет случайности: именно за шесть дней, по преданию, Бог сотворил мир. Фильм длится два с половиной часа, в нем почти нет диалогов. Как говорил сам Бела Тарр, «Туринская лошадь» — это фильм о смерти, рожденный из глубокой боли, которую чувствует каждый, кто обречён на гибель.

Роман Краснахоркаи «Танго Сатаны», вышедший в 1985 году, стал настоящей сенсацией в венгерской литературе. Его одноименную экранизацию Сьюзан Зонтаг называла фильмом, «в котором каждая минута завораживает». Она говорила, что хочет смотреть его каждый год до конца жизни. Этот фильм длится семь часов.

Ласло Краснахоркаи часто называют летописцем распада. Он ищет признаки гниения, умирания и Апокалипсиса — и находит их повсюду

Вручая Нобелевскую премию, комитет отметил творчество Краснахоркаи как «подтверждение силы искусства в эпоху апокалиптического ужаса». Это определение, в отличие от многих других формулировок прошлых лет, звучит точно и оправданно. Сьюзан Зонтаг, кстати, еще задолго до премии называла Краснахоркаи «современным мастером Апокалипсиса». И действительно, его произведения пронизаны предчувствием конца, ощущением тотального разложения. Это особенно ярко проявляется в романе «Меланхолия сопротивления», написанном в 1989 году. В этом тексте автор как будто заранее предсказывает и социально-психологические ужасы позднего капитализма, и пандемию 2020-х годов, названную «коронакрацией». Роман лег в основу еще одного фильма Тарра — «Гармонии Верктмайстера», вышедшего в 2000 году. Город, в котором происходит действие, не имеет точной географии — это собирательный образ мира, который катится к хаосу.

В этот город, живущий размеренной и почти вялой жизнью, неожиданно приезжает странствующий цирк. Его единственное представление — «самый большой синий кит в мире». Но на деле это не живое животное, а чучело, и за повозкой, в которой его везут, идет возбужденная, словно загипнотизированная толпа. Здесь легко читается символика: цирк — это навязанная извне идеология, кит — ее мертвая, разрушительная сущность, а толпа — бездумная масса, воспринимающая за содержание внешние формы.

С появлением цирка в городе начинает происходить нечто необъяснимое. Прекращается движение транспорта, гаснут уличные фонари, нарушаются все установленные порядки, и город постепенно превращается в свалку. Люди, охваченные страхом, замыкаются в себе, закрываются в домах, стараются не смотреть в лицо реальности, не видеть надвигающейся катастрофы. Начинается погружение в апатию и пьянство, накапливаются раздражение и гнев, которые в конце концов выливаются в жестокие беспорядки.

Роман Краснахоркаи «Танго Сатаны» стал настоящей сенсацией в венгерской литературе. Его одноименную экранизацию Сьюзан Зонтаг называла фильмом, «в котором каждая минута завораживает»

Краснахоркаи словно описывает усталость, обнищание и люмпенизацию девяностых годов, пережитую многими странами Восточной Европы. В финале в город входит армия. Восстание подавляется, идеалисты проигрывают. Один из героев, Валушка, оказывается в психиатрической лечебнице, где его навещает старый доктор Эстер и пытается хоть как-то утешить. Пока философы продолжают искать ответы на вечные вопросы, власть в городе захватывает госпожа Эстер — прагматик, далекий от всякой философии. Так идеалисты уступают место победителям без идей и без убеждений — таков закономерный итог множества «антисоциалистических» революций конца XX века.

Ласло Краснахоркаи часто называют летописцем распада. Он ищет признаки гниения, умирания и Апокалипсиса — и находит их повсюду. И с каждым годом современная реальность только подтверждает его правоту. Возможно, именно поэтому выбор Нобелевского комитета в этом году выглядит как никогда своевременным и удивительно точным.