Не сила права, а право сильного

Венесуэла «должна вернуть» американскую нефть

Президент США Дональд Трамп объявил о введении полной блокады всех подсанкционных нефтяных танкеров, которые заходят в Венесуэлу или покидают ее порты. Он заявил, что отныне Венесуэла «полностью окружена» крупнейшей армадой в истории Южной Америки и давление на Каракас будет только расти.

«Она будет только расти, и удар по ним будет таким, какого они еще никогда не видели - до тех пор, пока они не вернут США всю нефть, землю и другие активы, которые они ранее украли у нас», - написал Трамп в Truth Social, комментируя новые шаги своей администрации в отношении венесуэльской нефти и руководства страны.

По его словам, незаконный режим Мадуро использует нефть из этих украденных нефтяных месторождений для финансирования себя, наркотерроризма, торговли людьми, убийств и похищений.

«За кражу наших активов и по многим другим причинам, включая терроризм, контрабанду наркотиков и торговлю людьми, венесуэльский режим был признан иностранной террористической организацией. Поэтому сегодня я объявляю полную и преимущественную блокаду всех санкционированных нефтяных танкеров, заходящих в Венесуэлу и выходящих из неё. Америка не позволит преступникам, террористам или другим странам грабить, угрожать или причинять вред нашей нации и, точно так же, не позволит враждебному режиму захватить нашу нефть, землю или любые другие активы, все из которых должны быть немедленно возвращены Соединенным Штатам, немедленно», - подчеркнул Трамп.

Тут важно отметить, что из всех американских президентов, правивших в этой стране за последние несколько десятилетий, Трамп по факту оказывается самым честным. Он прямо говорит, что его в Венесуэле в первую очередь интересует не демократия, а нефть, которой в данной стране немерено.

На сегодня Венесуэла обладает самыми большими доказанными запасами нефти в мире, опережая даже «всемирную бензоколонку» (Саудовскую Аравию). При этом, в отличие от саудовской нефти и нефти других монархий Персидского залива, только российская, иранская и венесуэльская нефть остается вне контроля США и американских компаний. Против всех трех стран сегодня действуют мощные санкции, но они пока не покорились. Потому остается провести военную операцию.

Однако если против России - ядерной державы - проводить такую операцию будет себе же дороже, а против Ирана летняя война закончилась вничью, правящий там режим устоял, несмотря на все ракетно-бомбовые удары, как Израиля, так и США, то остается Венесуэла.

Ранее там уже пытались сменить режим путем внутригосударственного переворота силами оппозиции, но не получилось. Теперь в ход идет козырная карта Трампа - военно-морской флот. Битва за венесуэльскую нефть разворачивается на глазах. Первый акт этой драмы уже сыгран - Трамп объявил нефть суверенной страны американской, которую, как он считает, венесуэльцы не имеют права добывать. А потому он объявляет Венесуэле морскую блокаду и будет конфисковать всю «украденную» у США нефть Венесуэлы.

В Каракасе действия Вашингтона назвали попыткой захвата нефтяных резервов Венесуэлы, которые являются крупнейшими в мире. Венесуэльская экономика, по данным частных оценок местных экономистов, серьезно пострадала после ужесточения нефтяных ограничений. За первые десять месяцев 2025 года валютные поступления от экспорта нефти сократились примерно на 30%, а годовая инфляция, по прогнозам, может превысить 400% к концу года.

Итак, мир становится свидетелем драматического перелома прежнего международного порядка. Действия США в отношении Венесуэлы демонстрируют, что в глобальной политике вновь торжествует не сила права, а право сильного. Принципы суверенитета, уважения к международным договорам и национальной собственности оказываются второстепенными перед стратегическими и экономическими интересами сверхдержав.

Случай с Венесуэлой - яркое напоминание о том, насколько хрупка современная система международных отношений. В глазах мировой общественности эти события воспринимаются как вызов международному праву и попытка легитимизировать захват ресурсов чужой страны под предлогом борьбы с «терроризмом» или «незаконными режимами».

Возвращение к политике, где главенствует сила, а не закон, напоминает о временах Вестфальского миропорядка, когда международные нормы подчинялись интересам сильнейших. И хотя технологии и институты изменились, принципы власти остаются прежними: обладание ресурсами и военной мощью определяет глобальную игру.