Нэнси Пелоси: цена политической преданности

Влиятельная демократка покидает Капитолий с сомнительным багажом

Почти четыре десятилетия конгрессвумен находилась в самом центре американской политики, оставаясь одним из главных защитников Иревана в Вашингтоне. Теперь к ее политическому наследию добавились скандалы вокруг многомиллионных биржевых афер и тесных связей с армянским лобби

Накануне на республиканском съезде в Далласе конгрессвумен-республиканка Анна Паулина Луна устроила одной из самых влиятельных демократок Вашингтона и бывшему спикеру Палаты представителей Нэнси Пелоси публичную политическую порку. Для республиканцев Пелоси давно стала не просто представительницей враждебного политического лагеря, а одним из символов ангажированности, лоббизма и скандалов вокруг финансовых афер власть имущих.

Луна, в частности, заявила, что Пелоси и другие американские законодатели за годы работы в Конгрессе многократно увеличили свои состояния, используя доступ к непубличной информации. После упоминания фамилии Пелоси зал ответил свистом и неодобрением.

Дело в том, что в США торговля акциями членами Конгресса давно стала одной из наиболее токсичных политических тем, поскольку возникает вопрос не только о том, нарушил ли законодатель закон, но и о том, насколько вообще допустимо совмещать доступ к закрытой государственной информации с личными инвестициями.

Пелоси уже много лет является главным символом этой проблемы. Формально значительная часть громких операций проходит через ее мужа Пола Пелоси, профессионального инвестора, а в декларациях сделки отражаются как операции супругов. Однако огромные суммы и удачно выбранные моменты покупок породили устойчивые подозрения в том, что семья политика пользуется преимуществом, которого нет у рядовых инвесторов.

К слову, очередной скандальный повод появился летом этого года. Семья Пелоси приобрела акции и опционы Bloom Energy, причем в раскрытиях фигурировали покупки на сумму от $1 млн до $5 млн. Сделки состоялись 24 и 28 июля, а опубликованы 21 августа. Затем акции компании резко выросли, а после включения Bloom Energy в индекс S&P 500 прибавили за несколько дней около 40%.

Для обычного биржевого игрока такая сделка могла бы считаться просто удачной, но когда речь идет о семье действующего конгрессмена, располагающего доступом к огромному объему государственной информации, вопрос звучит иначе: насколько справедливо, что человек с таким доступом одновременно может распоряжаться многомиллионными инвестициями?

И это далеко не первый скандал вокруг биржевых сделок Пелоси. В 2020 году ее с мужем обвинили в том, что они получили миллионы благодаря секретной информации о готовившихся мерах властей по борьбе с пандемией. Поводом стали сделки с акциями компаний, которые могли выиграть от масштабных государственных расходов и изменений в экономике из-за коронавируса.

Конгрессмену ведь необязательно совершать юридически доказанную инсайдерскую торговлю, чтобы возник конфликт интересов. Члены Конгресса имеют доступ к информации о будущих государственных расходах, оборонных контрактах, санкциях, субсидиях, закупках, технологической политике и налоговых изменениях. А затем могут направлять собственные деньги в ценные бумаги компаний, чья стоимость напрямую зависит от решений, о которых они узнают раньше других.

Эта проблема, впрочем, и стала причиной требований полностью запретить членам Конгресса и их ближайшим родственникам торговать акциями, лишив политиков возможности превращать служебный доступ к важной информации в семейный инвестиционный ресурс.

Ирония в том, что с жесткой критикой Пелоси выступила именно Анна Паулина Луна, республиканка из Флориды, для которой одна из самых скандальных демократок Вашингтона находится по другую сторону политического баррикад. При этом Луна не просто рядовая конгрессвумен, она давно занимает позицию, которую в Баку, безусловно, воспринимают как дружественную. В частности, она всегда выступала за отмену ограничений, связанных с 907-й поправкой, которая ограничивает предоставление американской государственной помощи Азербайджану.

Что касается Пелоси, то в Азербайджане ее имя давно прочно связано с проармянской политикой, поддержкой армянского лобби и фактическим потворством армянскому сепаратизму. Причем речь идет о линии, которой она придерживалась десятилетиями.

Еще в 2007 году, будучи спикером Палаты представителей, она поддерживала продвижение резолюции о признании событий 1915 года в Османской империи «геноцидом армян». Тогда администрация Джорджа Буша-младшего опасалась ухудшения отношений с Турцией, и голосование было отложено.

В 2019 году Палата представителей уже приняла соответствующую резолюцию подавляющим большинством, 405 голосами против 11. Пелоси, вновь занимавшая пост спикера, всячески продвигала ее прохождение.

Кульминацией стала ее поездка в Иреван в сентябре 2022 года.

17 сентября Пелоси прибыла в Армению во главе делегации Конгресса, всего через несколько дней после масштабной вооруженной провокации на азербайджано-армянской границе, в ходе которой армянские подразделения обстреляли позиции Азербайджана, после чего последовали ответные действия азербайджанской армии. В тот момент она была спикером Палаты представителей США и одним из самых влиятельных политиков страны.

Она открыто заявила о твердой поддержке Армении, а действия Азербайджана назвала «незаконными и смертоносными атаками», фактически выступив с наглыми и беспочвенными обвинениями в адрес Баку.

Пелоси также посетила мемориал жертвам так называемого «геноцида армян». Вместе с ней в Армению приехали Фрэнк Паллоне, Анна Эшу и Джеки Спейер - нескрываемые сторонники Иревана, годами продвигавшие в Конгрессе интересы армянской стороны и тесно взаимодействовавшие с американским армянским лобби.

В те же дни администрация президента Джо Байдена призывала стороны прекратить боевые действия и вернуться к переговорам, а Пелоси пошла значительно дальше осторожной формулы «обе стороны должны прекратить огонь». Она публично осудила именно Азербайджан и подчеркнула необходимость поддержать Армению.

В Баку заявления Пелоси восприняли не иначе как прямую политическую поддержку Армении и фактическое оправдание ее оккупационной политики. Ведь речь шла о территориях, которые международное сообщество признавало частью Азербайджана, но которые десятилетиями контролировались армянскими бандформированиями. Игнорируя этот факт и обвиняя исключительно Баку, Пелоси фактически выступила на стороне государства, чьи силы продолжали удерживать азербайджанские земли.

При этом связь Пелоси с армянским лобби нельзя рассматривать отдельно от ее электоральной базы. Она десятилетиями представляла 11-й округ Калифорнии, включающий Сан-Франциско, где существует крупная и политически активная армянская община. Армянские организации годами поддерживали Пелоси, в том числе финансово, а она последовательно отстаивала в Вашингтоне вопросы, имевшие для диаспоры принципиальное значение. Это была явно не случайная политическая близость: влиятельное армянское лобби помогало Пелоси сохранять позиции в Конгрессе, а она, в свою очередь, продвигала его интересы на американской политической сцене.

Теперь к этому наследию добавились биржевые аферы.

Пелоси могла бы завершить карьеру одной из самых влиятельных фигур американской политики. Но теперь ее имя все чаще звучит в связи с многомиллионными биржевыми сделками, конфликтом интересов и годами тесного сотрудничества с армянским лобби. Она уже объявила, что не будет добиваться переизбрания в Палату представителей. И, пожалуй, это к лучшему. Человеку, десятилетиями находившемуся в самом центре американской власти, пора оставить после себя ответы на неприятные вопросы. Почему семья политика, имеющего доступ к важнейшей государственной информации, так удачно торгует акциями? Почему позиция Пелоси по армянскому вопросу годами совпадала с требованиями армянского лобби? И почему американская система до сих пор позволяет законодателям принимать решения, способные двигать целые отрасли, а затем вкладывать собственные деньги в компании, которые от этих решений выигрывают?

Так что уход Пелоси из Конгресса вполне можно считать своевременным. Политик с таким послужным списком, таким влиянием и таким количеством вопросов вокруг собственного имени вполне может закрыть за собой дверь Капитолия. И на этот раз - уже окончательно.