Новое единство Мерца под тенью ГДР и ФРГ Обзор Теймура Атаева

3 октября немцы отметили День германского единства. В этот день в 1990 году произошло объединение Западной и Восточной Германии (ФРГ и ГДР) после 40-летнего периода раскола страны.

Весьма симптоматично, что в преддверии этой даты ряд информационных ресурсов, ссылаясь на результаты опроса, проведённого институтом Infratest dimap по заказу телеканала ARD, сообщил: каждый третий гражданин Германии (34%) «менее доволен или недоволен вовсе» итогами объединения. 61% немцев очень или в целом довольны положением после воссоединения. Тонкость заключается в том, что основная масса недовольных проживает на территории бывшей Германской Демократической Республики (46% респондентов). Среди населения западной части страны — то есть бывшей Федеративной Республики Германии — отрицательно высказываются о факте объединения чуть менее трети жителей.

Судя по всему, приведённые цифры, пусть и с небольшим отклонением, отражают реальное положение дел. Это, в общем-то, подтвердилось в выступлении канцлера Германии Фридриха Мерца, приуроченном к годовщине объединения.

Так, заявив, что при всех проблемах он всегда считал возможным говорить об успехе воссоединения Германии, Мерц отметил, что и спустя 35 лет жители восточных земель «ощущают себя ущемлёнными в своём жизненном опыте». Кроме того, они реже занимают руководящие должности.

В связи с этим канцлер призвал граждан страны преодолевать существующие проблемы совместными усилиями, подчеркнув, что лишь такой подход способен обеспечить «новое единство» Германии.

Не совсем, конечно, ясно, что именно подразумевал Мерц под «новым единством» — тем более спустя 35 лет после исторического объединения разделённой страны, — но это, так сказать, внутреннее дело Германии. Мы, со своей стороны, можем лишь констатировать, что «нестыковки» между западными и восточными немцами отчётливо проявляются во время местных выборов, когда электоральные предпочтения разделяются по географическому признаку.

Подтверждением служат итоги региональных выборов, где заметна высокая поддержка правой «Альтернативы для Германии» (АдГ) в восточных землях. Кандидаты от этой партии нередко апеллируют к данным, демонстрирующим различия в доходах между восточными и западными немцами при выполнении аналогичной работы.

Ряд источников отмечает, что зарплата в Восточной Германии почти на 30% ниже, чем на западе страны. По данным Федерального ведомства статистики, в 2024 году штатные сотрудники на Востоке заработали в среднем на 13 300 евро меньше, чем на Западе.

Именно поэтому ряд экспертов, комментируя выступление Мерца, скептически отнёсся к его заявлениям о «новом единстве». Хотя тема объединения действительно стала лейтмотивом торжественно-праздничных мероприятий 3 октября, основная часть которых прошла в Саарбрюккене — столице федеральной земли Саар, в нынешнем году председательствующей в Бундесрате.

Основу церемонии составило экуменическое (объединительное) богослужение в церкви Людвигскирхе, где присутствовали ведущие политики Германии. В основе выступлений представителей католической и евангелической церквей звучал лозунг: «Желаемые перемены открывают путь в будущее».

В целом в празднестве приняли участие президент Германии Франк-Вальтер Штайнмайер, председатели Бундестага и Бундесрата, а также президент Франции Эмманюэль Макрон. Однако именно выступление канцлера Мерца задало основной политический тон мероприятию.

Примечательно, что тему единства граждан он связал с внешнеполитическим контекстом. По словам канцлера, происходящее в стране во многом обусловлено серьёзным внешним давлением — не только на Германию, но и на весь европейский континент. Он не конкретизировал, какие силы имеет в виду, однако, как отмечали наблюдатели, для аудитории и так было очевидно, кого подразумевает глава правительства.

С одной стороны, по словам Мерца, Германия и другие страны Евросоюза подвергаются атакам со стороны вновь формирующихся «союзов автократий, выступающих против либеральной демократии как образа жизни». С другой стороны, современный этап характеризуется формированием нового мирового экономического порядка, разрушающего прежние нормы и правила, когда всё чаще доминируют торговые барьеры и эгоистические тенденции.

Конкретизации, действительно, и не требовалось — всем было ясно, о каких государствах идёт речь. Однако канцлер уверенно преподнёс эту тенденцию как одну из причин экономического ослабления Германии. Параллельно он осудил многолетнюю «нерегулируемую» и неконтролируемую миграцию, которая, по его словам, также способствует поляризации общества.

Аналитики отметили, что Мерц вновь попытался перехватить инициативу у АдГ, сделав акцент на антимиграционной теме. Впрочем, именно этот фактор — столкновение позиций с АдГ на всех политических площадках — и остаётся одним из двигателей современной общественно-политической жизни Германии.

Таким образом, даже спустя 35 лет после объединения тема внутреннего единства Германии остаётся актуальной. Как отмечают отдельные германские источники, «внутреннее единство считается приблизительно достигнутым, но незавершённым».