От Дуная до Сахеля Зачем Венгрия пришла в Африку?

После того как французские войска покинули Чад, в некоторых СМИ появились едва ли не сенсационные сообщения — их базу в городе Фая-Ларжо заняла венгерская армия. Так ли это? В чём интерес и какова стратегия Будапешта на Чёрном континенте?

В зоне гуманитарного кризиса

После окончательной деколонизации Буркина-Фасо, Нигера и Мали Чад оставался последним оплотом Франции в Сахеле. Чадская армия традиционно проходила обучение под руководством французских инструкторов и играла активную роль в операциях вооружённых сил Франции в Мали в 2012–2013 годах.

Летом 2023 года, после выдворения из Нигера, французские войска перебазировались в Чад. Однако власти Чада отказались поддержать планируемое под эгидой Парижа вторжение войск ЭКОВАС в Нигер. Вдобавок, в апреле того же года правительство Чада выслало посла Германии за недопустимое вмешательство во внутренние дела страны.

В настоящее время Чад находится в зоне жестокого социального и экологического кризиса. Вокруг бушуют вооружённые конфликты. В Чад из Судана, Камеруна, Центральноафриканской Республики, Дарфура и Нигерии прибыло уже свыше миллиона беженцев. На территории самого Чада также действуют повстанческие группировки, имеется около полумиллиона внутренне перемещённых лиц.

Ситуация усугубляется тем, что обеспечивающее водой весь регион озеро Чад стремительно высыхает. Из-за усиленной эксплуатации и изменений климата озеро с 1960-х годов сократилось на 90%.

Подавляющее большинство населения занято в сельском хозяйстве. Вследствие засух и недостаточного развития агротехники страна страдает от низкой урожайности. Города переполнены. Коммунальные службы, сбор мусора и системы канализации уже не справляются с такой нагрузкой.

Такая ситуация несёт за собой рост и риск инфекционных заболеваний. В конечном итоге Чад стал эпицентром одного из сильнейших в мире гуманитарных кризисов.

Чад также является важной частью стратегического коридора из глубины Африки в Ливию и далее в Европу, которым пользуется множество стремящихся в ЕС мигрантов.

«Французская стратегия, направленная в первую очередь на поддержку чадской армии, не учитывает экономическое развитие, которое является важнейшим условием долгосрочной стабильности, — отметил венгерский ресурс Magyar Nemzet в октябре 2023 года. - Венгрия обязалась оказать Чаду помощь в этой области, поскольку единственный способ обеспечить стабильность и устойчивость — это более сбалансированный подход к развитию».

Речь также шла об инвестициях в строительство школ, в том числе готовых принять и беженцев, поликлиник и больниц, в развитие сельского хозяйства.

Венгры вместо «Иностранного легиона»

2 марта 2025 года ресурс The Maltese Herald распространил информацию, что венгерский контингент сменил французскую армию на севере Чада. Эти сведения «подтверждены различными дипломатическими источниками и свидетельствами очевидцев».

Подразделения из Венгрии уже участвовали в совместных учениях армии Чада и «Ливийской национальной армии» (ЛНА) Халифы Хафтара (подчиняется Палате представителей Ливии), в демаркации и в патрулировании границы вместе с ЛНА.

Нестабильная граница между Чадом и Ливией используется для контрабанды наркотиков и работорговли. А в последнее время тут появились и наркокартели из Южной Америки, которые с помощью террористических организаций из Сахеля налаживают здесь транзит наркотиков в Европу.

И вот на оставленной французской базе Фая-Ларжо на севере Чада замечены европейцы в военной форме на «Тойотах» с национальными флагами Венгрии. МИД Венгрии пока что опроверг эти сообщения. Что же происходит на самом деле?

В сентябре 2023 года президент Чада официально пригласил венгерский миротворческий контингент в свою страну. И уже в ноябре венгерский парламент дал согласие на направление в Чад военной миссии численностью до 400 человек для оказания помощи местным властям в борьбе с терроризмом, охране объектов инфраструктуры и улучшении социальной ситуации в стране. Контингент получал право выполнять военные задачи и на территории сопредельных государств, но при наличии приглашения.

Предполагался и комплексный подход, при котором военное присутствие сопровождалось экономическим и социальным. Например, участие государственных и частных организаций Венгрии в сельском хозяйстве, в том числе — с такой важной для Чада технологией, как орошение, в добыче сырья, в перерабатывающей промышленности и в энергетике, в поставках оборонной продукции и товаров двойного назначения.

Также запланировано сотрудничество в социальной, образовательной и иной гуманитарной сферах, религиозная и гражданская дипломатия и т. д.

За «африканскую» резолюцию проголосовала правящая партия Виктора Орбана «Фидес» и даже несколько оппозиционеров. Но большая часть оппозиции выступила против. Венгерская социалистическая партия, в целом поддерживая миссию в Африке, голосовала против.

Либеральная «Демократическая коалиция» заявила, что не поддерживает эту инициативу, поскольку она реализуется вне рамок НАТО, ООН и ЕС. Венгерские солдаты в этом опасном регионе Африки будут служить интересам частного венгерского бизнеса.

Взаимодействие с французскими войсками, на тот момент ещё находившимися в Чаде, не предполагалось. Партия «зелёных» также выступила против, заявив, что они «пацифисты» и поддерживают только военные миссии в рамках НАТО.

Крайне правые из партии «Йоббик» выступили за отправку войск в Чад, считая это противодействием усилению влияния РФ и группы «Вагнер» в регионе. По словам представителей «Йоббик», это необходимо ещё и для того, чтобы Москва не «направила в Старый Свет миллионы африканских иммигрантов, включая бесчисленное множество террористов».

Вице-президент другой ультраправой партии «Движение за нашу родину» Элод Новак резко высказался против миссии Венгрии в Чаде, расценив её как помощь «поддерживаемому Израилем чадскому диктатору, который запрещает выборы и стреляет в протестующих». 

Он заявил, что нелегальную миграцию следует останавливать прежде всего на венгерской границе, поощряя солдат, которые несут там пограничную службу. А присутствие мадьярских военных в таких кризисных регионах, по его мнению, наоборот увеличивает террористическую угрозу для Венгрии.

Тем не менее, большинство венгерского парламента в две трети голосов миссию поддержало — «за» проголосовало 143 депутата, 30 — «против», двое воздержались.

Министр национальной обороны Кристоф Салай-Бобровницкий официально заявил, что контингент армии Венгрии будет направлен в Чад. Венгерские военные контингенты уже несли службу в Ираке, Афганистане и Косово.

В сердце Сахеля

С осени 2023 года в Чаде работали медицинская и гуманитарная миссии из Венгрии, затем был открыт гуманитарный и развивающий центр в рамках программы «Венгрия помогает».

В сентябре 2024 года состоялся визит президента Чада Махамата Идрисса Деби в Будапешт. Виктор Орбан в своём аккаунте в сети Х сообщил, что ключевая роль Чада в контроле над нелегальной миграцией в Европу является причиной сотрудничества Венгрии с этой страной.

Иные эксперты предполагают, что присутствие венгерских военных в Чаде укрепит и авторитет президента Чада в глазах собственной армии. Также развивающиеся отношения между Нджаменой и Будапештом являются крупным дипломатическим прорывом Чада на западном направлении.

В прошлом году президент Чада неожиданно потребовал быстрой эвакуации французских войск из своей страны. И по всему видно, что самостоятельная политика Венгрии, в том числе проводимая вне рамок НАТО военная миссия в Чаде, вызывает всё большее раздражение в Брюсселе.

Венгрия смотрит шире Чада

Чад не является единственной площадкой присутствия Венгрии в Африке. Планы у Будапешта более амбициозные. О них частично рассказал Ласло Мате, бывший посол в Кении, а ныне назначенный комиссаром венгерского МИД по Африке южнее Сахары. В ближайшее время ему предстоит от имени правительства Венгрии координировать несколько крупных государственных и частных проектов в этом регионе. Ласло Мате является также спецпосланником Венгрии по Сахелю.

В регион Сахеля в Будапеште включают весь ряд государств, простирающихся от Мавритании на западе Африки до Судана на востоке, от Атлантики до Индийского океана и Красного моря. Чад, находящийся в центре этого «сахельского пояса» и сохраняющий относительную стабильность, является стратегически важным пунктом.

А что, если предположить, что в будущем по этому маршруту пойдёт строительство Трансафриканской скоростной железнодорожной магистрали, соединяющей два океана и начинающейся, скажем, в Порт-Судане?

Это важно с учётом того, что Запад в целом всё больше утрачивает своё влияние в этом регионе. При этом в венгерском МИД в качестве одного из возможных сценариев видят «сомализацию» ряда государств Сахеля, где к власти в последнее время пришли прогрессивные военные режимы, решительно порвавшие с Францией.

Критики отправки миссии в Чад утверждают, что у Венгрии нет исторических связей с Чадом, как и опыта работы в Африке. Но в этом есть и плюс: Венгрия, в отличие от Франции, не имеет в глазах африканцев негативного колониального имиджа. Будапешт стоит и над традиционным франкоязычным и англосаксонским делением африканских стран.

Но, безусловно, главной движущей силой усиления присутствия Венгрии в Африке являются экономические интересы. Богатейший по природным ресурсам континент весьма перспективен, в том числе и для инвестиций.

Во времена Венгерской Народной Республики Будапешт имел в Африке к югу от Сахары 11 диппредставительств. В Анголе существовал завод по сборке знаменитых «Икарусов» (1000 автобусов в год), активно велось сотрудничество в оборонной сфере.

После переориентации на ЕС все эти посольства были закрыты. Несколько лет назад началось восстановление дипмиссий Венгрии, возобновилась работа департамента Африки в МИД. Венгры возвращаются на Чёрный континент.

До сих пор многие эксперты называют причину столь необычной активности Венгрии в Чаде тайной. Однако есть предположения, что после резкого ослабления позиций Франции и ЕС на континенте их место должны занять другие государства, не имеющие тягостного для африканцев колониального прошлого.

Это Китай, Турция, Россия и всё более следующая собственным курсом Венгрия. Как бы там ни было, подобная диверсификация внешнеполитического контура создаёт более благоприятные условия для молодых африканских государств в их стремлении к полной деколонизации и независимости…