От конфликта к транзиту: может ли Южный Кавказ стать единым пространством?

Южный Кавказ постепенно превращается в один из ключевых транспортно-логистических узлов Евразии. На фоне изменения глобальных торговых путей и роста значения Среднего коридора (Транскаспийский международный транспортный маршрут) всё большее внимание привлекают связи между Азербайджаном, Грузией и Арменией.

Регион, который долгие годы воспринимался прежде всего через призму конфликтов, сегодня всё чаще рассматривается как пространство транзита, торговли и транспортной связанности. Развитие железных дорог, автомагистралей и международных коридоров способно заметно усилить экономическую роль Южного Кавказа. В этом контексте взаимодействие Азербайджана, Грузии и Армении – как политическое, так и экономическое – приобретает особую актуальность, хотя и остается сопряженным с рядом ограничений и противоречий.

Наиболее устойчивый формат сотрудничества сложился между Баку и Тбилиси. Азербайджан и Грузия тесно взаимодействуют в энергетике, транспорте, торговле и логистике, выступая важным связующим звеном между Каспийским регионом и Европой. Обе страны участвуют в развитии Среднего коридора, а одним из символов этого партнерства стала железная дорога Баку – Тбилиси – Карс, соединившая «стальные артерии» Азербайджана, Грузии и Турции.

Азербайджан также активно инвестирует в грузинскую экономику – в частности, в энергетический, транспортный и банковский секторы. Политически Баку и Тбилиси традиционно поддерживают стабильный диалог и координацию по вопросам региональной безопасности и инфраструктуры. Сотрудничество между ними эксперты обычно характеризуют как прагматичное и устойчивое.

Однако азербайджано-армянские отношения такими не назовешь. Обе страны прошли через вооруженный конфликт, по итогам которого Азербайджан одержал победу и восстановил свою территориальную целостность. Вместе с тем необходимо отметить, что именно Баку после завершения конфликта выступил с мирной инициативой по сближению с Ереваном. Основное внимание сосредоточено на подготовке мирного соглашения, делимитации границы, открытии коммуникаций и снижении напряженности в регионе.

В частности, с конца 2025 года через территорию Азербайджана были запущены железнодорожные поставки российских и казахстанских грузов в Армению, включая зерно, удобрения и другие товары. Кроме того, начались и прямые поставки азербайджанского топлива на армянский рынок через грузинскую территорию.

Фактически речь идет о первых за долгие годы примерах ограниченного экономического взаимодействия между Баку и Ереваном, однако пока эти процессы носят осторожный и точечный характер. Эксперты рассматривают подобное взаимодействие как возможную основу для будущего расширения региональных транспортных и торговых связей и создания общей политической и экономической повестки на Южном Кавказе.

Экономика сближает

Политолог Ильгар Велизаде считает, что сегодня в отношениях между Баку, Тбилиси и Ереваном преобладает больше экономический прагматизм. По его словам, трехстороннее логистическое взаимодействие уже существует: через Грузию осуществляются поставки товаров между Азербайджаном и Арменией.

«С армянской стороны, судя по договоренностям национальных комиссий по разблокированию коммуникаций, также ожидаются такие поставки в Азербайджан. В этом плане Грузия выступает в качестве связующего звена. Такое трехстороннее логистическое взаимодействие уже существует», – подчеркнул специалист.

Он полагает, что подобные контакты со временем могут создать основу и для политического диалога. В качестве примера он привел проходящие в Грузии встречи в рамках проекта «Великого Шелкового пути», в которых участвуют премьер-министры трех стран Южного Кавказа.

Грузинский эксперт Гела Васадзе, напротив, считает, что полноценный политический формат Азербайджан – Грузия – Армения пока не имеет реальных перспектив из-за отсутствия устойчивого мира и доверия между Баку и Ереваном.

«Без этого любой «треугольник» на политическом уровне будет либо имитацией, либо внешне навязанной конструкцией, которая не работает», – пояснил специалист.

При этом Г.Васадзе считает, что в транспорте, логистике, туризме и частично энергетике региональная кооперация практически неизбежна. «Южный Кавказ слишком мал и транзитно зависим, чтобы позволить себе роскошь изоляции одного из участников. Уже сейчас регион де-факто функционирует как связанное пространство, пусть и с разрывами», – отметил он.

Вместе с тем эксперт полагает, что даже экономическая кооперация не будет развиваться линейно, так как жестко привязана к политической динамике. «Любое обострение ситуации моментально отбрасывает многие проекты назад. Поэтому говорить о «чисто экономическом расчете» без политической составляющей было бы ошибкой», – подчеркнул собеседник.

Мир на Южном Кавказе и роль Грузии

Г.Васадзе считает, что перспектива подписания мирного соглашения зависит от нескольких реперных точек: итогов выборов в Армении, изменения Конституции РА и реализации проекта TRIPP («Маршрут Трампа для международного мира и процветания»), который должен придать мирному процессу экономическое содержание.

По его мнению, поражение нынешнего премьер-министра Армении Никола Пашиняна на парламентских выборах способно сделать траекторию мирного процесса крайне неопределенной. «Не потому, что любой новый лидер автоматически сорвет переговоры, а потому что ревизия договоренностей почти неизбежно станет частью внутренней политической борьбы», – отметил собеседник.

Что касается изменения Конституции Армении, то специалист полагает, что для Баку это не формальность, а вопрос юридической фиксации отказа от территориальных претензий. «Без этого Азербайджан будет воспринимать мирное соглашение как документ с отложенным риском», – пояснил он.

Реализация проекта TRIPP, по словам эксперта, должна придать мирному процессу практическое экономическое содержание. В противном случае соглашение рискует остаться политической декларацией без инфраструктурной опоры.

Говоря о роли Грузии, Г.Васадзе отметил, что Тбилиси вряд ли может выступать полноценным посредником между Азербайджаном и Арменией. «У Тбилиси нет достаточного политического веса, чтобы гарантировать Баку и Еревану мир», – подчеркнул специалист. При этом, по его словам, Грузия способна играть роль нейтральной площадки, логистического узла и важной части региональной экономической архитектуры.

И.Велизаде, в свою очередь, напомнил, что Баку и Ереван пока находятся лишь в начале процесса нормализации отношений, а переговоры по делимитации и демаркации границ могут занять длительное время.

«Вопрос определения границ – это длительный процесс, который может растянуться на годы и даже десятилетия. Речь идет о поступательном развитии отношений. Главное, что стороны готовы к такой динамике», – сказал политолог.

По его словам, Грузия может стать важным примером для армяно-азербайджанского диалога, поскольку Тбилиси сумел выстроить рабочие отношения как с Баку, так и с Ереваном, несмотря на существующие пограничные вопросы. «Этот пример очень важен и показателен, он может быть взят за основу армяно-азербайджанского диалога в контексте делимитации и демаркации границ», – пояснил специалист.

Будущее трехстороннего формата

Говоря о крупных инфраструктурных проектах, которые могут связать все страны Южного Кавказ, Г.Васадзе подчеркнул, что основные векторы сотрудничества давно ясны, а предметом споров становятся не сами инициативы, а условия их воплощения.

«Первое направление – транспорт. Речь идет о разблокировании и институционализации сухопутных коммуникаций: железнодорожные связки Азербайджан – Армения через юг Армении, синхронизация с существующей инфраструктурой Баку – Тбилиси – Карс, а также расширение транзитной функции Грузии. Это не новые идеи, они обсуждаются с 2020 года, но их запуск упирается не в технику, а в вопрос контроля, безопасности и суверенитета маршрутов», – сказал эксперт.

Вторым элементом взаимодействия Г.Васадзе назвал энергетику, где уже есть работающие модели – экспорт азербайджанского газа в Европу через Южный газовый коридор и проекты «зеленой» энергетики с участием Грузии, включая обсуждаемый подводный кабель по дну Черного моря. Теоретически, считает эксперт, к этим цепочкам может быть подключена и Армения, но это возможно только при политической нормализации.

«Третье – транзит и логистика в более широком смысле. Средний коридор уже формируется как альтернатива северному маршруту через Россию. Включение Армении усилило бы устойчивость системы, но пока она остается вне этой архитектуры по политическим причинам», – указал Г.Васадзе.

Рассуждая о возможных рисках реализации крупных региональных проектов с участием Азербайджана, Грузии и Армении, собеседник подчеркнул, что ключевая ошибка заключается в том, чтобы считать эти угрозы исключительно внешними. В частности, он указал, что действительно Россия объективно заинтересована в сохранении рычагов контроля над региональными коммуникациями и выступает против проектов, которые обходят ее территорию, что подтверждается ее политикой в отношении транспортных коридоров на постсоветском пространстве.

«Но Россия – не единственный фактор. Внутри ЕС и США нет единой позиции: часть элит поддерживает развитие альтернативных маршрутов, а часть – опасается усиления отдельных региональных игроков или нестабильности в зоне реализации проектов. Это не публичная конфронтация, а конкуренция подходов», – заключил он.

В свою очередь И.Велизаде полагает, что некая региональная связка всё еще существует, в частности посредством железнодорожного транзитного сообщения. Транспортная связанность, на его взгляд, играет важную роль в реализации регионального трехстороннего формата.

«Считаю, что в будущем к этому может прибавиться энергетическое взаимодействие. Между Баку и Тбилиси уже существует опыт энергообмена, аналогичный формат действует между Грузией и Арменией. Поэтому, закольцевав наши энергетические проекты, в будущем мы можем получить форму единого энергетического пространства Южного Кавказа», – подчеркнул он.

При этом политолог указал на наличие политических рисков трехсторонних проектов, которые непосредственно связаны с реализацией в полном объеме мирного соглашения между Азербайджаном и Арменией.

«Если на пути реализации этого соглашения возникнут серьезные препятствия, то, к сожалению, говорить о полноценном многостороннем сотрудничестве на Южном Кавказе будет сложно. Всё зависит от мирной повестки и реализации вашингтонских договоренностей. Если они будут исполнены, то это откроет путь к полноценному трехстороннему взаимодействию между Баку, Тбилиси и Ереваном», – подытожил И.Велизаде.

Садиг Дадашлы