От сигналов к практическим договоренностям

Баку - Тегеран: управляемый диалог лучше, чем взаимные подозрения

На днях в Баку прошло 17-е заседания Совместной межправительственной комиссии по экономическому, торговому и гуманитарному сотрудничеству между Азербайджаном и Ираном, по итогам которого был подписан меморандум о сотрудничестве. Документ предусматривает укрепление и продолжение сотрудничества в области транспорта, транзита, промышленности, культуры, торговли, туризма и других областях.

Делегацию во главе с министром дорог и городского развития Исламской Республики Иран, сопредседателем Азербайджано-иранской совместной межправительственной комиссии по экономическому сотрудничеству Фарзане Садег принял Президент Ильхам Алиев. С удовлетворением отметив расширение двусторонней повестки, глава государства подчеркнул, что совместно реализуемые Азербайджаном и Ираном проекты откроют широкие возможности как для наших стран, так и для региона.
Свою оценку азербайджано-иранским отношениям в интервью газете «Бакинский рабочий» дал депутат Милли Меджлиса Рази Нуруллаев.

- Как вы расцениваете отношения между Азербайджаном и Ираном в настоящее время?
- Отношения Азербайджана и Ирана в последние годы нельзя назвать ровными и безоблачными - были серьезные проблемы, которые мы не должны ни игнорировать, ни замалчивать. Речь шла и о резких заявлениях отдельных иранских официальных лиц в адрес Азербайджана, и о подозрительной активности вокруг нашего посольства, и о попытках вмешательства во внутренние процессы, в том числе через религиозные и информационные каналы. Это создавало атмосферу недоверия.
Но важно другое: сегодня мы видим начало процесса нормализации. Возобновились контакты на высоком уровне, работают межправительственные комиссии, идут взаимные визиты. Однако это вовсе не означает, что все проблемы исчезли. Это означает, что стороны осознали: конфронтация невыгодна никому, а управляемый диалог лучше, чем взаимные подозрения.
- Есть мнение, что после визита в Азербайджан Президента Ирана Масуда Пезешкиана две страны открыли новые горизонты в отношениях во всех сферах. Насколько это мнение соответствует действительности?
- Я бы сказал так: говорить о «новых горизонтах во всех сферах» пока рано, но уже есть конкретные, осязаемые результаты, которые нельзя игнорировать. Отношения начали выходить из фазы политических сигналов в плоскость практических договоренностей.
В качестве примеров можно привести договоренности по запуску автомобильного моста Агбенд-Калала, который имеет важное значение для транспортной связки с Нахчываном через иранскую территорию, а также продвижение по проекту железнодорожного участка Решт-Астара, который является ключевым элементом международного транспортного коридора «Север-Юг». Это уже не дипломатические жесты, а инфраструктурные решения, влияющие на экономику и транзитную роль региона.
В то же время важно сохранять трезвую оценку: эти шаги - начало процесса, а не его завершение. Устойчивое улучшение отношений возможно только в том случае, если достигнутые договоренности будут последовательно реализовываться на практике и не станут разменной монетой в более широких геополитических торгах.
- Судя по новостям, Аразский коридор имеет все шансы достаточно скоро вступить в строй. Как это может отразиться на реализации проекта Зангезурского коридора?
- Важно понимать принципиальную вещь: Аразский маршрут и Зангезурский коридор - это не конкуренты, а разные логистические инструменты. Азербайджану нужна не одна дорога, а сеть устойчивых коммуникаций. Аразский маршрут через Иран - это рабочий, прагматичный вариант, который снижает транзитные риски и диверсифицирует связи с Нахчываном. Зангезурский коридор - это стратегический проект, связанный не только с экономикой, но и с формированием новой региональной архитектуры после войны.
Если кто-то думает, что запуск маршрута через Иран «похоронит» Зангезурский коридор - это ошибочная логика. Напротив, наличие альтернативных маршрутов усиливает переговорные позиции Азербайджана и делает регион менее уязвимым к политическому шантажу со стороны любых третьих сил.
- Какие сферы азербайджано-иранского сотрудничества вы считаете наиболее перспективными?
- Наиболее перспективным направлением я считаю транзит и логистику. Географическое положение Азербайджана и Ирана объективно делает нас важными звеньями международных транспортных маршрутов. Развитие коридора «Север-Юг», автомобильных и железнодорожных соединений, а также приграничной логистической инфраструктуры может принести ощутимую экономическую выгоду обеим сторонам и укрепить практическую взаимозависимость, которая снижает риски политической напряженности.
Второе важное направление - энергетика и совместные инфраструктурные проекты на приграничных территориях, включая водно-энергетическое сотрудничество. Речь идет о прагматичных схемах взаимодействия, где каждая сторона получает конкретную выгоду. Такие проекты имеют долгосрочный эффект и создают основу для более устойчивых и предсказуемых отношений.
Третья сфера - приграничная торговля и поддержка малого и среднего бизнеса. Для жителей приграничных районов это реальный источник доходов и занятости. Упрощение процедур, развитие легальной торговли и создание совместных экономических зон могли бы сократить теневой оборот и придать сотрудничеству социальное измерение, а не только межгосударственный характер.
Наконец, перспективным, но чувствительным направлением остается взаимодействие по вопросам безопасности границ и борьбы с трансграничными угрозами - контрабандой, наркотрафиком, нелегальной миграцией. При этом в идеологической плоскости иллюзий быть не должно: у нас разные модели государства и разные ценностные ориентиры, поэтому здесь важно четко выстраивать границы допустимого взаимодействия, не подменяя прагматичное сотрудничество политическим влиянием.
- В последнее время много пишут и говорят о скором ударе США по Ирану, в доказательство чего приводят скопление американской авианосной группировки в районе Персидского залива. С другой стороны, Вашингтон продолжает вести переговоры с Тегераном. Решится ли в итоге Трамп на военный удар по ИРИ? 
- Я скептически отношусь к апокалиптическим сценариям, которые регулярно появляются в медиа. Усиление авианосных группировок в регионе Персидского залива - это, в первую очередь, инструмент давления и торга, а не предвестник неминуемой войны. Политика США в отношении Ирана традиционно строится на комбинации жесткого давления и переговоров. Трамп действует прагматично: для него важен эффект и результат, а не сама война как цель.
При этом нельзя игнорировать и другую сторону реальности. Если Иран не откажется от курса на обладание ядерным оружием и не пойдет на реальные, проверяемые ограничения своей ядерной программы, риск военного сценария будет нарастать. В определенный момент война может стать не желаемым, но, с точки зрения США и их союзников, «вынужденным» вариантом. То есть военный конфликт в таком случае нельзя исключать как неизбежный итог провала дипломатии.
Отдельный фактор - позиция Израиля. Для Тель-Авива ядерный Иран рассматривается как экзистенциальная угроза, и Израиль последовательно добивается более жесткой линии в отношении Тегерана, включая давление на Вашингтон с целью перехода от сдерживания к силовому сценарию. Это влияние не стоит недооценивать: израильский фактор является одним из ключевых элементов, подталкивающих США к более радикальным решениям.
В итоге многое будет зависеть от того, сохранится ли пространство для переговоров и компромиссов. Если дипломатический канал окончательно закроется, а ядерная программа Ирана продолжит развиваться без реальных ограничений, вероятность силового сценария резко возрастет - независимо от того, кто будет находиться в Белом доме.
- Как возможный удар может отразиться на соседях Ирана, в том числе на Азербайджане?
- Любая крупная военная эскалация вокруг Ирана автоматически ударит по всему региону - даже по тем странам, которые не вовлечены в конфликт. Для Азербайджана это риски по нескольким направлениям:
Во-первых, безопасность границ и возможные потоки беженцев.
Во-вторых, дестабилизация торгово-транзитных маршрутов через Иран.
В-третьих, рост геополитического давления со стороны разных центров силы, которые будут пытаться втянуть соседние страны в свои сценарии.
Именно поэтому для Баку принципиально важно сохранять взвешенную, прагматичную позицию: не быть инструментом в чужих конфликтах, не играть в геополитические авантюры, но при этом четко отстаивать свои национальные интересы и безопасность. Азербайджан не должен быть чьей-то «буферной зоной» - он должен оставаться самостоятельным региональным игроком, который строит отношения со всеми, но не за счет собственного суверенитета.