Пашинян переобулся на ходу

Армянский премьер меняет сроки мирного договора с Азербайджаном

Армянское руководство продолжает лавировать между обязательствами перед обществом, внутриполитическими рисками и требованиями окончательного урегулирования. Однако Баку нужны не удобные для Пашиняна даты, а реальные действия

Премьер-министр Армении Никол Пашинян давно превратил переобувание на ходу в привычный способ политического выживания, при котором вчерашние слова сегодня приходится спешно поправлять, снабжать оговорками и объяснять тем, кто, по несчастью для самого оратора, услышал их буквально. Сначала он говорит одно, затем другое, после чего уверяет публику, что ничего принципиально не поменялось, а его собственные слова просто нуждались в более точном толковании.

Для руководителя страны, потерпевшей сокрушительное поражение и вынужденной принять продиктованные итогами этой войны условия новой реальности, подобная словесная эквилибристика является свидетельством того, насколько трудно ему согласовать политические амбиции, страх перед внутриполитическими последствиями и необходимость выполнять реальные обязательства перед соседним государством-победителем.

Буквально неделю назад, 15 октября, выступая на заседании правительства, Пашинян сообщил, что поставил перед собой задачу и определил конкретный график, предусматривающий подписание и ратификацию мирного договора с Азербайджаном до 2031 года. Этот срок Пашинян преподнес как один из главных ориентиров своей политики, словно до 2031 года Армении предстоит совершить нечто требующее колоссальных усилий, а не выполнить конкретные условия, необходимые для подписания мирного договора с Азербайджаном, текст которого был парафирован еще в августе 2025 года в Вашингтоне.

Впрочем, долго выдерживать последствия собственного заявления Пашинян не стал. Уже 22 октября, общаясь с журналистами, он принялся уточнять сказанное, пояснив, что 2031 год является лишь предельным сроком, а подписать соглашение стороны должны значительно раньше. «Я говорил, что соглашение о мире с Азербайджаном может быть подписано до 2031 года. Если быть точным, то считаю, что мы должны подписать соглашение в 2027-2028 годах. Мы должны работать с Азербайджаном», - заявил армянский премьер, признав, что заключение договора до конца текущего года, скорее всего, не состоится.

За этой суетливой корректировкой сроков просматривается и вполне земная внутриполитическая арифметика: 2031 год совпадает с завершением нынешнего правительственного срока, и потому обещание заключить мир с Азербайджаном к этому времени позволяло Пашиняну преподнести договор как итог собственного многолетнего правления. Сроки 2027-2028 годов, напротив, дают возможность заявить о конкретном достижении уже в первой половине нового политического цикла, закрепив за собой образ руководителя, который не просто обещает мир, но и способен довести дело до конца. Согласитесь, разница существенная: в первом случае можно годами рассказывать о предстоящем историческом свершении, во втором придется отвечать за результат гораздо раньше.

Похоже, армянский премьер решил одновременно сохранить обе возможности, не замечая, что подобная гибкость больше смахивает на политическую непоследовательность. Для внутренней аудитории можно говорить о масштабных целях до 2031 года, перед международными партнерами демонстрировать готовность ускорить процесс, а в случае неудачи ссылаться на сложность переговоров и необходимость дополнительных процедур. Удобно, спору нет. Только Азербайджану от этой многоходовки ни холодно, ни жарко, поскольку пустые обещания сами по себе не устраняют препятствий, мешающих окончательному подписанию мирного договора.

Баку требует устранить положения армянского основного закона, которые через отсылку к декларации о независимости связаны с территориальными претензиями к Азербайджану. И хотя армянские власти предпочитают представлять вопрос как исключительно внутреннее дело, требующее самостоятельного решения, однако глава МИД Армении Арарат Мирзоян на днях сам внес в эту тему достаточно ясности. По его словам, Азербайджан не ведет с Иреваном переговоров о содержании армянской конституции, но прямо заявляет, что не готов подписать мирный договор, пока действующий основной закон остается без изменений. Иными словами, Баку не диктует армянскому обществу, каким должен быть его конституционный строй, однако не намерен ставить подпись под соглашением, оставляя без ответа принципиальные вопросы собственной территориальной целостности.

Мирзоян, разумеется, старается смягчить политические последствия этой позиции для своего правительства. Его объяснения призваны убедить армянскую общественность, что кабинет министров не действует по чужому указанию, а конституционная реформа необходима самой Армении ради долгосрочной жизнеспособности государства.

Впрочем, такая аргументация вполне понятна: признать, что без изменения основного закона путь к окончательному соглашению остается закрытым, значит лишить оппозицию удобного повода обвинять власти в уступках Баку. Поэтому Иреван пытается удержать сразу обе позиции, заявляя о суверенном характере конституционного процесса и одновременно признавая, что без его завершения мирный договор не будет подписан.

О том, насколько остро Пашинян воспринимает эту проблему, свидетельствует и его сегодняшнее заявление о возможности досрочных выборов, если убедить оппозицию поддержать конституционную реформу не удастся. Премьер пообещал вскоре опубликовать проект нового основного закона, провести общественные обсуждения и внести документ в парламент, напрямую связав конституционные поправки с подписанием и ратификацией мирного соглашения. Более того, он признал, что невыполнение данного обещания может означать окончание его политической миссии. Получается, что конституционный вопрос, который власти стараются представить исключительно как суверенное дело Армении, уже превратился для самого Пашиняна в испытание, от которого зависит не только заключение мира, но и его собственное политическое будущее.

Однако политическая упаковка проблемы не отменяет ее содержания. Министр иностранных дел Азербайджана Джейхун Байрамов неоднократно подчеркивал, что сроки принятия новой конституции относятся к внутренней компетенции Армении, но завершение этого процесса необходимо для подписания соглашения. Следовательно, Иреван вправе самостоятельно определять календарь конституционной реформы, однако не вправе рассчитывать, что Баку откажется от своих принципиальных требований только потому, что армянскому руководству неудобно выполнять их в обозначенные сроки. Если для подготовки новой конституции необходимы общественные обсуждения, разработка проекта и референдум, все эти процедуры следовало бы проводить без колебаний, а не превращать их в универсальное объяснение бесконечны задержек.

В этом смысле 2027-2028 годы могут оказаться для Пашиняна самым удобным сроком, позволяющим провести необходимые внутренние процедуры и одновременно получить политические дивиденды перед очередным этапом борьбы за власть. Но удобство для премьер-министра еще не означает, что такой календарь автоматически устроит Азербайджан. Баку не обязан подстраивать свои ожидания под избирательные расчеты армянского руководства.

К слову, Мирзоян заявил, что скорейшее подписание мирного соглашения с Азербайджаном является политическим обязательством армянского правительства. Выступая на заседании правительства, он подчеркнул: «Скорейшее подписание мирного соглашения - это политическое обязательство нашего правительства, и мы хотим, чтобы этот документ был подписан как можно скорее. Потому что, что вполне понятно, инфраструктура выполняет не только экономическую, но и миротворческую функцию и задачу».

Армянский министр также отметил, что накануне во время парламентских дискуссий депутаты проявляли большой интерес к мирному соглашению.

Что ж, признание правильное, но теперь хотелось бы увидеть, как оно будет воплощаться в жизнь. Если подписание договора действительно является политическим обязательством правительства, оно предполагает не только выступления перед журналистами, но и готовность принимать решения, способные приблизить конечный результат, даже когда они сопряжены с внутриполитическими издержками. Нельзя бесконечно уверять общество в стремлении к миру, одновременно оставляя нерешенными вопросы, без устранения которых этот мир не получит необходимого юридического закрепления.

Азербайджан свою позицию обозначил достаточно ясно. Парафированный текст соглашения существует, основные требования Баку известны, дальнейшие шаги определены. Теперь, как говорится, мяч на стороне Армении, которой следует наконец перестать играть календарными числами.

Армянским властям давно пора понять одну простую вещь: мир не заключается многократным повторением намерений, а обеспечивается решениями, которые устраняют причины противостояния и дают сторонам необходимые правовые гарантии. Азербайджан готов двигаться к окончательному урегулированию, но не собирается принимать бесконечные обещания вместо конкретных шагов. Пашиняну и его команде следует меньше упражняться в словесной эквилибристике и больше заниматься делом, поскольку политическая ловкость, позволяющая сегодня отступить от собственных слов, завтра может обернуться потерей доверия к очередному обещанию.

Время дипломатических маневров не бесконечно, и, если Иреван действительно намерен подписать мирный договор, ему пора доказывать это поступками, а не привычным для него пустословием.