План Б для мира между Азербайджаном и Арменией наш обзор

Когда 8 августа прошлого года в Белом доме при участии президента США Дональда Трампа был парафирован текст мирного договора между Азербайджаном и Арменией, немало скептиков поспешили заявить, что до реального мира еще далеко, а достигнутые в Вашингтоне договоренности рискуют так и остаться на бумаге.

Аргументация пессимистов строилась вокруг одного ключевого обстоятельства: парафирование текста само по себе не означает завершения конфликта. Для этого Армения должна выполнить принципиальное условие, выдвинутое Баку - исключить из своей Конституции положения, содержащие территориальные претензии на Карабах. Сделать это возможно только путем общенационального референдума, а его проведение в Армении юридически и политически привязано к парламентским выборам. В такой конфигурации исход выборов приобретает решающее значение: приход к власти сил, ориентированных на Москву, практически гарантировал бы отказ от требуемых изменений и, как следствие, блокирование всего мирного процесса.

Аргументация пессимистов строилась вокруг одного ключевого обстоятельства: парафирование текста само по себе не означает завершения конфликта. Для этого Армения должна выполнить принципиальное условие, выдвинутое Баку...

Однако последующие месяцы показали, что вашингтонские договоренности оказались куда более устойчивыми, чем предсказывали критики. Процесс, пусть и без громких деклараций, начал наполняться практическим содержанием. Уже сегодня осуществляются транзитные грузоперевозки между Азербайджаном и Арменией, формируются прямые торговые связи, а азербайджанское топливо заняло заметную и устойчивую нишу на армянском рынке.

Дополнительным сигналом необратимости сдвигов стало подписание в последние дни рамочного юридического соглашения между Арменией и Соединенными Штатами по реализации проекта TRIPP - так называемого «маршрута Трампа», предусматривающего беспрепятственное сообщение между Азербайджаном и его Нахчыванским регионом.

На этом фоне Международная кризисная группа, много лет внимательно отслеживающая динамику конфликтов по всему миру, впервые за длительный период не включила азербайджано-армянское противостояние в перечень десяти наиболее опасных конфликтных зон на 2026 год.

И все же говорить о полном устранении рисков на армяно-азербайджанском треке было бы преждевременно. Они сохраняются и могут в любой момент затормозить или даже сорвать движение к окончательному миру.

Именно этим угрозам и возможным мерам их нейтрализации посвящен анализ Уильяма Данбара, сотрудника европейского подразделения одного из наиболее влиятельных американских аналитических центров RAND Corporation.

Марко Рубио и Арарат Мирзоян: еще один большой шаг вперед

Автор подчеркивает, что теоретически августовские договоренности в Вашингтоне способны поставить точку в одном из самых затяжных и сложных конфликтов на постсоветском пространстве и одновременно открыть новые торгово-транспортные маршруты между Европой и Азией, минующие Россию и Иран. Однако этот потенциальный прорыв остается уязвимым из-за сочетания внутренних конституционных ограничений и внешнего геополитического давления.

По оценке Данбара, если Запад действительно рассчитывает на редкую дипломатическую победу в регионе Южного Кавказа, то 2026 год потребует от него не эпизодического внимания, а постоянного и целенаправленного политического участия. Баку, по словам аналитика, не пойдет на подписание окончательного соглашения до тех пор, пока в Конституции Армении сохраняются формулировки, интерпретируемые как территориальные претензии. В Ереване, в свою очередь, ведется подготовка соответствующих изменений, однако их утверждение возможно лишь через референдум, запланированный на 2027 год.

«С учетом того, что премьер-министру Армении Николу Пашиняну может оказаться непросто переизбраться на парламентских выборах 2026 года, вопрос о внесении конституционных поправок, а вместе с ним и судьба мирного соглашения, остаются открытыми», - констатирует Данбар.

Выкладка аналитиков RAND Corporation: каковы ожидания?

Ключевым дестабилизирующим фактором европейский аналитик называет возможное вмешательство России в избирательный процесс в Армении. По его оценке, Москва стремится восстановить утраченные позиции как в Ереване, так и в Баку. Хотя в настоящее время напряженность между Азербайджаном и Россией после инцидента с самолетом AZAL заметно снизилась, характер двусторонних отношений изменился: они выстраиваются уже не в логике асимметричной зависимости, а на основе более равноправного партнерства.

В Армении же, пишет Данбар, Россия открыто или скрыто поддерживает противников Пашиняна, часть которых продвигает идею создания союзного государства с Москвой «по белорусской модели». В этом контексте упоминается и Самвел Карапетян - миллиардер с российским и армянским гражданством, арестованный в июне за призывы к свержению правительства, которого некоторые круги рассматривают как потенциального пророссийского кандидата на предстоящих парламентских выборах.

Показательно, что, пытаясь одновременно восстановить рабочие отношения с Баку и ослабить прозападное правительство Пашиняна в Ереване, Москва стремится вновь утвердить себя в роли ключевого регионального арбитра. Мирное соглашение, достигнутое при посредничестве президента Трампа, напрямую подрывает эту роль. А значит, вероятность того, что Россия будет искать способы затормозить или осложнить переговорный процесс, по оценке автора, возрастает.

В условиях столь хрупкой и многослойной дипломатической конфигурации Данбар считает критически важным усиление вовлечения Запада в диалог с обеими столицами. Потенциальные выгоды от мирного соглашения - экономические, логистические и политические - могут быть реализованы лишь при условии активной и последовательной поддержки этого процесса извне.

Выстрелит ли Самвел Карапетян?

При этом аналитик прямо указывает на внутреннюю уязвимость армянского премьера: рейтинг Пашиняна остается низким, и нет никаких гарантий его успеха ни на парламентских выборах, ни на последующем конституционном референдуме. В результате мирное соглашение оказалось в парадоксальном положении - оно уже согласовано, но еще не подписано; оно служит ориентиром на будущее, но одновременно остается источником напряжения в настоящем.

В этой ситуации, делает вывод Данбар, Запад мог бы содействовать выработке альтернативного сценария - условного плана Б. В частности, рассмотреть возможность подписания соглашения без его немедленной ратификации, а также оказать помощь Еревану и Баку в разъяснении и продвижении мирной повестки внутри собственных обществ.

Именно работа с внутренней аудиторией, а не только дипломатические формулы, может стать тем фактором, который превратит хрупкое соглашение в устойчивый мир.