Почему Азербайджан закрылся и оказался прав

В Азербайджане — новости культуры с оттенком войны. В Азгосфилармонии выступил российский Большой симфонический оркестр имени П. И. Чайковского — в благодарность за помощь в эвакуации из Ирана. Красивое человеческое «спасибо», которое могут сказать только большие музыканты. Знающие люди напоминают: каждая такая эвакуация через всё ещё закрытую границу требует солидных дипломатических усилий.

И, может быть, именно сейчас, на фоне драматичных сообщений и с Ближнего Востока, и из Украины, и из России, было бы нелишне заново оценить тот факт, что азербайджанские границы остаются закрытыми с 2020 года — начала пандемии коронавируса. Авиасообщение уже восстановлено, а вот сухопутные границы остаются закрытыми.

Сегодня достаточно одного взгляда на карту и даже самого беглого анализа новостных лент, чтобы понять всю сложность и неоднозначность ситуации, в которой оказался Азербайджан.

Мировая аудитория продолжает с понятной тревогой наблюдать за ракетными ударами Израиля и Ирана. Жители Тегерана в панике покидают город — Израиль предупреждает, что мирным гражданам надо держаться подальше от военных объектов, но с иранской любовью к секретности военные объекты часто никак не обозначены, а бомбоубежищ в Тегеране просто нет. Новости с войны на Ближнем Востоке на время даже успели заслонить украинскую войну — до российского удара по жилым кварталам Киева минувшей ночью, с десятками погибших и пострадавших.

А теперь — немного азербайджанской конкретики. Наша страна, по сути дела, зажата между Россией и Ираном. И Россия, и Иран — подберём самую мягкую формулировку — вовлечены в масштабные конфликты. Сопредельные с РФ страны уже пережили один «миграционный вал» осенью 2022 года, когда в России была объявлена «частичная мобилизация», и на пограничных КПП выстраивались многокилометровые очереди тех, кого потом назовут «релокантами». Сейчас темпы миграции из РФ снизились. Но ситуация может измениться в любой момент. Во-первых, власти РФ в любой момент могут ужесточить мобилизационную политику. Во-вторых, Украина атакует дронами российские военные объекты, устраивает операции типа «Паутина», и в любой момент это может спровоцировать массовый выезд из РФ. Ну и ещё множество «в-третьих», «в-пятых» и «в-десятых». Но самое главное — миграционные риски создаёт Иран.

Ещё задолго до начала нынешнего конфликта многие эксперты и политики прогнозировали «миграционный вал» из Ирана. Небезызвестный Владимир Жириновский, как уже рассказывал Minval, ещё лет шесть назад стращал: «Нам в чём проблема? Это обязательно появятся миллионы беженцев. И куда они хлынут? Только на север. Ибо на юг — это суннитская часть мусульманского мира, там их будут уничтожать. Вынуждены будут двигаться на север. На севере — Азербайджан, Армения, Грузия. Они будут смяты. И уже беженцы не только из Ирана, но из Азербайджана, Армении, Грузии попрут на наш Северный Кавказ. И там взрывоопасная обстановка. Там они найдут своих друзей, сторонников, противников. Всё это подойдёт к Астрахани, Волгограду и Ростову. Вот здесь мы должны будем их остановить». Как именно — не уточнил. Но при помощи похожих аргументов Россия «обосновывала» необходимость держать на бывших внешних границах СССР своих пограничников — дескать, новые границы ещё не обустроены, и если российские «зелёные фуражки» уйдут, то в Россию всенепременно хлынет поток «мигрантов», террористов и т. д. Жириновский, конечно, был политиком эпатажным, но в том, что миграция действительно создаёт большие риски, спорить не приходится. Достаточно вспомнить, что прибытие миллиона беженцев в полумиллиардную Европу спровоцировало кризис, который обсуждали на саммитах ЕС.

При этом излишне напоминать, что 90-миллионный Иран может создать для 10-миллионного Азербайджана куда большие миграционные риски. И да, среди беженцев тоже могут оказаться разные люди — опыт сирийских беженцев в Турции здесь даёт изрядную пищу для размышлений.

И на этом фоне остаётся только ещё раз вспомнить слова президента Азербайджана Ильхама Алиева на первом заседании нынешнего созыва Милли Меджлиса 23 сентября 2024 года:

«Наши сухопутные границы всё ещё закрыты, то есть для поездок граждан. Мы понимаем, что это создаёт определённые трудности, но и сегодняшняя геополитическая ситуация тоже у всех на виду. Для обеспечения внутренней безопасности это единственный правильный шаг. В связи с внутренней безопасностью принимаются все необходимые меры. Есть и угрозы — реальные и потенциальные. Соответствующие структуры активно работают для устранения этих угроз. Общественность также в нужном объёме ставится в известность по этому вопросу, информируется. Но поскольку эта область является очень чувствительной, считаю, что граждане Азербайджана понимают, что много говорить об этом было бы неуместным и вредным. Но я с полной уверенностью могу сказать: то, что последние годы наши сухопутные границы остаются закрытыми, спасло нас от очень больших катастроф. Даже сегодня, когда границы остаются закрытыми, предпринимаются опасные действия, и они пресекаются. Поэтому охрана границ защитит нас от внешних рисков».

С того дня прошло меньше года, а риски, как видим, существенно возросли. И закрытые сухопутные границы по-прежнему страхуют нас от реальных и потенциальных угроз.