Под ружье: как в России загоняют на войну ВЗГЛЯД

Весенний призыв в России все меньше напоминает рутину военного учета и все больше — слаженную карательную операцию. Под прицелом — студенты, молодежь, те, кто еще вчера шел на пары или устраивался на подработку. Сегодня их ловят на выходе из метро, записывают на автоматные сборы, а завтра могут отправить на фронт. И все это — под лозунгом патриотизма и формальной «законности».

Как сообщает адвокат Калой Ахильгов, в Москве вновь начались точечные облавы на призывников. Юристы фиксируют случаи задержаний прямо в метро. Правда, по словам правозащитника, в осеннюю кампанию полиция действовала еще более агрессивно: молодых людей задерживали на улицах, в поликлиниках, МФЦ, даже в судах. Домой приходили под видом курьеров — в гражданской одежде. После этого задержанных доставляли в единый пункт приема на Угрешской улице и старались «оформить» в армию буквально за сутки, не давая возможности обжаловать, пройти полноценную медкомиссию или оформить отсрочку по учебе, даже если речь идет о студентах вузов или колледжей.

Параллельно в соцсетях и студенческих Telegram-каналах распространяются сообщения из Санкт-Петербурга, где учащихся колледжей якобы массово отправляют на военные сборы и обучают стрелять из автоматов. По формальному объяснению властей, это плановая допризывная подготовка, проводимая на основе приказа Минобороны и Минобрнауки от 2010 года. Но в нынешних условиях такие сборы все чаще воспринимаются как подготовка к отправке на фронт — пусть и с отсрочкой.

Пятидневный курс включает строевую, огневую, тактическую и военно-медицинскую подготовку. Освобождаются от него лишь те, у кого есть официальное освобождение по состоянию здоровья. По завершении сборов студентам выставляется оценка, как по обычной дисциплине.

Пока часть российской молодежи вынуждена прятаться от военкоматов, другая — в форме — осваивает автомат Калашникова на учебных полигонах. Все это сопровождается патриотической риторикой, внешне законными инструкциями и давлением, за которым — угроза реального участия в боевых действиях.

Молодые люди становятся мишенью — системно, массово, молча. Их ловят, запугивают и встраивают в военную машину еще до получения диплома. И никто не знает, где заканчивается учебный сбор — и начинается дорога на фронт.

А теперь все это еще и экспортируется.

В Казахстане журналист Лукпан Ахмедьяров рассказал о давлении, которому подверглась женщина, обратившаяся к нему за помощью по поводу брата, оказавшегося на войне в Украине. Через сутки после ее обращения женщину задержали, после чего насильно удерживали в отделении полиции более четырех часов, снимали на телефон, фотографировали, и под угрозой возбуждения уголовного дела заставили написать заявление против журналиста.

Также женщину обязали указать, что Лукпан Ахмедьяров «наврал», а сама она «ничего подобного не говорила».

Обратившая за помощью к представителям казахских СМИ позже призналась, что на нее давили, а ее брат действительно попал в зону боевых действий. Более того, Ахмедьяров ранее опубликовал расследование о том, как более 20 молодых казахстанцев были вывезены в Россию якобы на работу в мясной цех, где у них отобрали паспорта и принуждали подписать контракт с российской армией.

Как видим, мобилизационная (а заодно и репрессивная) машина вышла за пределы России. Теперь речь идет не просто о призыве — речь о системе: ловят на улицах, учат стрелять в колледжах, запугивают за границей. Юность в этой системе — не время становления, а возраст военной годности.

И если вчера ты был студентом, сегодня ты — дезертир, если убежал. Или предатель — если попал в плен. А если просто отказался — тебя поймают, заставят или подставят. На фронт можно попасть по расписанию, по ошибке, по принуждению. Главное — чтобы ты не успел сказать «нет».

Напомним, что не так давно в Москве обсуждали возможность отправки на украинский фронт военных контингентов стран ОДКБ. Во всяком случае, генсек ОДКБ Имангали Тасмагамбетов уже заявил, что отправка западных военных в Украину может создать опасную ситуацию в регионе, и при возникновении подобных рисков Организация будет готова предложить «разные варианты помощи».

Тема привлечения сил ОДКБ всплывает не впервые. Ещё в марте 2022 года Владимир Путин внес на ратификацию в Госдуму протокол к соглашению о миротворческой деятельности ОДКБ, предусматривающий создание «координирующего государства» — де-факто, передачи управления коллективными силами России. Тогда Москва рассчитывала на быструю победу, миротворческую операцию под своей эгидой и разделенную ответственность — как это было в 1968 году в Чехословакии.

Но «миротворцы» в Украину так и не пришли — ни после провала «парада на Крещатике», ни после контрнаступления ВСУ в Курскую область. Не появились они и сегодня. Хотя Россия явно делает новый подход.

Пока в Москве облавами заполняют армейские казармы, а в Казахстане полицейские заставляют лгать против журналистов, в Кремле вновь надеются, что кто-то из союзников согласится разделить с Россией ответственность за украинскую авантюру.

Время мобилизационного энтузиазма ушло. Все меньше желающих сражаться за чужие цели, все больше — тех, кто ищет способ уклониться, уехать, исчезнуть из поля зрения. Потому что все яснее: речь не о защите родины, а о втягивании в чужую и бессмысленную бойню. И чем дольше продолжается эта война, тем более одинокой становится власть, которая ее начала. Одинокой — и все более опасной. Особенно для молодых, чьи имена уже начали появляться в списках.