Польша и образ белорусской угрозы Аналитика Лиманского

Польша вновь обвинила Беларусь в «начале скоординированного массового вторжения мигрантов» на свою территорию. Эскалация между двумя странами продолжается, несмотря на неоднократные усилия Минска по снижению напряжённости. Возникает закономерный вопрос: кому и зачем нужна эта конфронтация?

Недружелюбные соседи

Недавно пресс-секретарь министра-координатора спецслужб Польши распространил заявление, в котором утверждается: «Нынешняя ситуация на белорусско-польской границе является результатом преднамеренной эскалации напряжённости со стороны Беларуси. К нашей границе вышли большие группы мигрантов, полностью контролируемые белорусскими службами безопасности и военными. Началась скоординированная попытка массового вторжения на польскую территорию с использованием мигрантов для осуществления гибридного нападения на Польшу».

Далее следуют уже привычные демагогические обвинения в адрес президента Беларуси Александра Лукашенко — якобы таким образом он «мстит» Польше, Литве и Латвии за поддержку белорусской националистической оппозиции и добивается снятия санкций ЕС. При этом польская сторона не утруждает себя конкретикой: не приводится ни фактов, ни дат, ни указаний на маршруты, по которым якобы передвигались «скоординированные большие группы мигрантов».

Несколько лет назад на белорусско-польской границе действительно фиксировались попытки нелегального пересечения границы мигрантами. Однако в последнее время подобной активности там не наблюдается. Зато всё чаще звучат недружественные выпады в адрес Беларуси со стороны отдельных политических кругов в Польше — как на уровне официальных лиц, так и в ряде польских СМИ.

При этом с момента обретения независимости в 1991 году Беларусь не допускала подобных шагов в отношении Польши. Минск никогда не выдвигал территориальных претензий, в отличие от отдельных польских шовинистических кругов, до сих пор рассматривающих западную Беларусь как часть исторической Речи Посполитой.

В то же время радикальные белорусские националисты в 1990-е годы заявляли, что, к примеру, польский Белосток якобы является «белорусским». В гимне военизированной организации «Белый легион» тогда звучали строки: «И от Смоленска до Белостока — посадим на кол холуёв…». По иронии политической судьбы именно эти националисты сегодня нашли убежище и поддержку в Варшаве и Вильнюсе, считая, к слову, и столицу Литвы «белорусской Вильней».

Белорусское государство никогда не финансировало на территории Польши политические партии, выступающие за выход страны из ЕС и НАТО или за присоединение к Союзному государству России и Беларуси и ОДКБ. Беларусь не поддерживала в Польше НПО и СМИ, не вмешивалась во внутреннюю политику и электоральные процессы, не навешивала ярлыков «демократов» и «авторитарных диктаторов». Зато все эти действия — с противоположным знаком — с самого начала активно осуществляла польская сторона.

И теперь правящая верхушка Польши, которая втрое наращивает численность армии и практически непрерывно проводит масштабные военные учения у белорусских границ, обвиняет Беларусь — где не создано ни одной новой воинской части — в «гибридной агрессии».

Война — как «спасительный» стимул для экономики

У происходящей на границе с Беларусью эскалации существует множество причин. Фундаментальная из них — глобальный экономический кризис на Западе на фоне стремительного роста мощи Китая. Победить КНР в пресловутой рыночной конкуренции западные корпорации оказались не в состоянии, что и обусловило беспрецедентную со времён Второй мировой войны агрессивность блока НАТО и общий рост международной напряжённости.

У локальной ситуации в Польше есть и своя специфика. Конфронтация с Беларусью давно превратилась в прибыльный бизнес для ряда польских компаний, политиков и деятелей так называемого «третьего сектора», поскольку она традиционно щедро финансировалась. Теперь же ставки выросли ещё больше: белорусская граница — это не только линия соприкосновения, но и важный участок китайского транзита. Масла в тлеющий костёр подлил и жестокий, затянувшийся конфликт между Россией и Украиной, заложницей которого во многом оказалась и Беларусь.

Нынешняя милитаризация Польши, приносящая определённым кругам баснословные прибыли, требует постоянной «тревожной» подпитки общественного сознания. В качестве удобного инструмента используются, например, пресловутые мигранты, борьба с которыми в рамках продолжающейся военной операции «Безопасное Подляшье» ведётся уже не только силами пограничников и полиции, но и с привлечением армии.

В этих целях из мирной страны, не вмешивающейся в дела соседей, формируется образ некоего «монстра», якобы ведущего против Польши «гибридную войну» и едва ли не готовящегося к прямому военному нападению. Для тех, кто хорошо знает ситуацию и настроения в Беларуси — как в обществе, так и в руководстве страны, — подобные утверждения иначе как абсурдом назвать невозможно. Однако значительная часть польских СМИ систематически транслирует именно такую картину, методично воздействуя на массовое сознание.

Военной истерией удобно прикрывать и нарастающие социальные проблемы, с которыми сталкиваются рядовые поляки.

О масштабах военных приготовлений Варшавы и их финансовой составляющей красноречиво свидетельствует хотя бы последняя сделка.

30 января премьер-министр Польши Дональд Туск подписал соглашение о создании польской антидроновой системы SAN.

«Это исторический момент; я никогда не злоупотребляю этой фразой, но сегодня мы действительно являемся свидетелями абсолютного прорыва в эффективной обороне восточной границы Польши, Европы и НАТО», — заявил Туск на церемонии подписания.

Речь идёт о крупнейшей системе противодроновой обороны в Европе. В Варшаве заявляют, что SAN будет задавать стандарты борьбы с БПЛА для всего НАТО. Первые элементы системы должны поступить в польскую армию уже в 2026 году.

В целом система SAN будет включать 18 батарей противодействия БПЛА, 52 огневых взвода, 18 командных взводов и 703 единицы транспортных средств. Производством и поставками вооружений и компонентов займётся консорциум с ведущей ролью польского оборонного бизнеса во главе с Polska Grupa Zbrojeniowa. В него также входят APS Advanced Protection Systems, PIT-RADWAR, Zakłady Mechaniczne Tarnów, Rosomak SA, Jelcz, Huta Stalowa Wola, Mesko, Transbit и норвежская Kongsberg Defence & Aerospace. Именно эти компании разделят между собой около 15 миллиардов злотых, которые в основном поступят из средств ЕС по программе SAFE.

Кроме того, 26 января в рамках программы SAFE в ЕС была одобрена заявка Польши на финансирование в размере 200 миллиардов злотых. При этом сама программа военных инвестиций во многом была запущена по инициативе Варшавы.

«Это знаковое событие. Программа SAFE частично была задумана и инициирована Польшей. С первого дня работы нашего правительства мы делали всё, чтобы вопрос восточной границы НАТО оставался важнейшей задачей для всей Европы», — заявил тогда премьер-министр Дональд Туск.

Польша является крупнейшим бенефициаром программы SAFE: около 80 процентов полученных средств достанутся именно польским компаниям. Не случайно в утверждённой 27 января программе внешней политики правительства Польши ключевой акцент сделан на сотрудничество с союзниками против государств, обозначенных в качестве «врагов».

По аналогичной схеме в стране реализуются и другие «успешные» проекты. Только в рамках программы «Восточный щит», связанной с восточной границей Польши, реализуется не менее 30 военных инициатив, подавляющее большинство которых направлено против Беларуси. В польском правительстве прямо заявляют, что программа SAFE должна стать движущей силой всей национальной экономики.

И в этом контексте вопрос о том, зачем нагнетать страх среди собственного населения и сознательно обострять отношения с соседями, выглядит скорее риторическим.