Проклятие девятки для Набиуллиной из Москвы

Что общего у экономики и мистики, экономики и рока? На первый обывательский взгляд, ничего. Однако глубинная связь этих категорий, внешне абсолютно несопоставимых, может порой приоткрыться самым неожиданным образом. «Какое музыкальное произведение лучше всего сегодня отражает ситуацию с инфляцией в России?» - спросили Эльвиру Набиуллину (известную любительницу оперы и классической музыки) на июньской пресс-конференции по ставке, которую Центробанк предсказуемо снизил с 21% до 20% годовых.  

«Может быть, «Патриотическая песня», или «Тоска», или даже «Реквием»? – конкретизировала журналистка. «Девятая симфония Бетховена», - мгновенно ответила глава ЦБ. Лучше бы она придумала что-то другое.

Знаменитая симфония № 9 ре минор — последнее симфоническое произведение Людвига ван Бетховена, завершенное в 1824 году. Его часто называют «Хоральной симфонией», поскольку в четвертой, финальной части задействованы хор и солисты, которые исполняют часть «Оды к Радости» (Ode an die Freude), поэмы Фридриха Шиллера. Считается, что симфония олицетворяет движение от мрака к свету; собственно, этого солнечного звучания и добивался её великий, напрочь утративший слух автор. И именно такой оптимистичный всепобеждающий подтекст читался в реакции Набиуллиной.

Экономика разваливается, и пока остается радоваться только одному - сохранению должности

Однако это лишь часть истории. Исследователи классической музыки выявили некую трагическую закономерность: каждый из тех композиторов, кто написал восемь симфоний и взялся за девятую (или успел закончить её), проживал после этого недолго. Состояние здоровья Бетховена стало резко ухудшаться в 1824-м, когда у него выявили цирроз печени. А в марте 1827-го немецкий гений скончался. «Проклятие Девятки» постигло австрийцев Антона Брукнера и Густава Малера (умерли, соответственно, в 1896-м и 1911 годах), советского и российского композитора Альфреда Шнитке (умер в 1998-м).

К числу творцов, попавших под влияние «проклятия», относят также чеха Антонина Дворжака и австрийца Франца Шуберта, у которых по девять симфоний.

Композитор Никита Богословский решил от греха подальше остановиться на восьми и прожил затем еще 20 лет. Можно ли считать простым совпадением все эти случаи? А главное – какая тут связь с секундной репликой Набиуллиной относительно «музыкально-исторического» образа российской инфляции? Ответ на поверхности: связь отнюдь не та, что подразумевала Эльвира Сахипзадовна. Нет никакой особой радости ни в ситуации с потребительскими ценами и ключевой ставкой, ни в том положении, в котором к лету 2025 года оказалась сама Набиуллина как руководитель Центрального банка. Мажорные нотки единичны и далеко неочевидны, а вот минорных и зловещих хватит на несколько симфоний.

Исследователи классической музыки выявили некую трагическую закономерность: каждый из тех композиторов, кто написал восемь симфоний и взялся за девятую (или успел закончить её), проживал после этого недолго

Материализация пожеланий

В последний раз ЦБ снизил ключевую ставку в сентябре 2022 года – с 8% до 7,5%. Показатель в 21% был установлен им на заседании 25 октября 2024-го, тогда Совет директоров повысил ее с 19%. И как минимум с лета прошлого года, когда начался цикл резкого ужесточения ДКП, регулятор находился под нарастающим давлением со стороны влиятельных чиновников и промышленников (таких как гендиректор «Ростеха» Сергей Чемезов и глава «Северстали» Алексей Мордашов), которые прозрачно намекали или прямо указывали на губительные последствия этих шагов для бизнеса. В декабре ЦБ впервые красноречиво уступил лоббистско-политическому нажиму, сохранив ставку на уровне 21%. Хотя макроэкономические реалии, в первую очередь, динамика инфляции и инфляционных ожиданий диктовали корректировку вверх сразу на два-три процентных пункта. Тогда Набиуллина увязала решение с малозначимым (на фоне остальных) фактором – замедлением кредитной активности.

И то, что произошло сейчас – всего лишь очередная итоговая материализация всевозможных «благих» пожеланий, адресованных регулятору в последние недели. В мае, в преддверии июньского заседания ЦБ, их набралось особенно много со стороны первых лиц. В частности, министр финансов Антон Силуанов (не заинтересованный в слишком крепком рубле) заявил, что «замедление инфляции в России расширяет для Центробанка пространство принятия решений по денежно-кредитной политике. В том числе, речь идет о снижении ключевой ставки». Глава ВТБ Андрей Костин вызвался поспорить, что ставка будет снижена, предложив своему первому зампреду Дмитрию Пьянову заключить «пари на десять щелчков».

Выступивший в Госдуме министр экономического развития Максим Решетников указал на риски переохлаждения экономики, которые, по его словам, ЦБ должен учитывать. А в середине мая на тему «мягкой посадки» высказался Владимир Путин, призвавший «придавить инфляцию так, чтобы не заморозить саму экономику».

Крайне сложно отрицать тот факт, что команда Набиуллиной, донельзя искушенная в аппаратных играх, сделала сейчас тактический реверанс в сторону этих неодолимых сил. Да, годовая инфляция, по оценке Росстата на 2 июня, замедлилась до 9,8%. Да, из-за охлаждения потребительского спроса «многие предметы бытовой техники, электроники, например, смартфоны, телевизоры, пылесосы, почти не изменились в цене либо даже подешевели». Однако, по словам председателя ЦБ, инфляционные ожидания населения по-прежнему колеблются в высоком диапазоне 13-14% для базовых продуктов питания, транспортных, бытовых услуг.

Картошка подорожает, а айфоны - нет. В чем парадокс?

Всё элементарно: для основной массы россиян цены на Айфоны ровным счетом ничего не значат, зато картошка по 120-150 рублей за килограмм и другие подорожавшие вдвое овощи «борщевого набора» неотделимы от их повседневной жизни. Как неотделимы от нее тарифы на жилищно-коммунальные услуги, которые с 1 июля повысятся в среднем по стране на 12%, а по Москве – на 15%. Под индексацию попадают электроэнергия, водоснабжение, отопление и вывоз мусора. Это приведет к росту бизнес-издержек, а значит, и инфляции, и, как предположил на пятничной пресс-конференции Набиуллиной один из журналистов, может стать поводом для дальнейшего ужесточения ДКП.

Соотношение политики и экономики

Глава ЦБ согласилась, что рост тарифов на ЖКУ обгоняет инфляцию, задавая инерцию высоких инфляционных ожиданий (что беспокоит регулятора). Однако, по словам Набиуллиной, поскольку показатели индексации были объявлены правительством заранее, Банк России уже учел их – и в своих решениях, и в прогнозах. По его оценке, в июле стоить ждать лишь разового ценового всплеска, но «далее месячные приросты цен продолжат замедляться», а значит, вмешательства ДКП не понадобится.

В целом, июньская встреча Набиуллиной с представителями СМИ, уложившаяся в 1 час 15 минут, прошла в привычной с 2022 года для этих мероприятий атмосфере недосказанности и подспудного напряжения, с обеих сторон смягчаемого в основном легкими улыбками. Все всё прекрасно понимали, но за красные флажки старались не заходить. Впрочем, пару раз вопросы достигли неудобной и даже неприемлемой для руководства ЦБ остроты. Например, Эльвиру Сахипзадовну спросили: «какова доля политики и какова – экономики» в нынешнем решении ЦБ по ставке? Ответ был предсказуемо категоричным и столь же предсказуемо (с учетом конъюнктурно-политической остроты момента) неубедительным: «мы исходим из собственного анализа и собственной оценки рисков... Если бы Банк России поддавался на так называемое давление, то ставка, наверное, была бы гораздо ниже». «В таком разрезе вопрос вообще никогда не возникает в ходе обсуждения на заседании Совета директоров», - с непроницаемым выражением лица добавил зампред ЦБ Алексей Заботкин.

Едва ли соответствует действительности и уверение Набиуллиной, согласно которому её ведомство никогда не обсуждает с Минфином никаких целевых уровней курса рубля. Поскольку, мол, курс плавающий и только в таком плавающем статусе он позволяет регулятору проводить независимую ДКП, работая «как встроенный стабилизатор для экономики». Его «формирование не диктуется потребностями бюджета (это правда лишь отчасти), а определяется балансом спроса и предложения валюты на внутреннем рынке».

Вердикт Игоря Липсица

Борьба с инфляцией принесена в жертву

«На ситуацию с ключевой ставкой в России влияют не только макроэкономические показатели, но и аппаратные игры, это обязательно надо учитывать, - говорит доктор экономических наук Игорь Липсиц. – Снизив ставку на косметическую величину, Набиуллина попыталась продемонстрировать свою договороспособность как госчиновника. А между тем, факторы, которые потенциально ускоряют инфляцию и исходят в том числе от правительства, проявляются буквально во всех сферах хозяйственной деятельности. На днях власти предложили в разы увеличить экологический сбор на все товары, ранее был повышен утилизационный сбор на автомобили и сельхозтехнику. Принято также решение индексировать цены на газ дважды в год».

Поскольку экономика пребывает сегодня в стагфляции (околонулевая динамика при сохранении высокой инфляции), выбор очевиден – либо ты стимулируешь рост ВВП, жертвуя борьбой с ценами, либо по-прежнему пытаешься подавить инфляцию и при этом загоняешь экономику в спад. Сейчас ЦБ четко дал понять, что остановился на первом из двух вариантов, соответственно, страна вступает в полосу ускорения инфляции. Свое кресло ближе к телу, рассуждает Липсиц: Набиуллина как опытная аппаратчица будет делать всё, чтобы выпустить политический пар и удержаться на позиции председателя Центробанка, которую она занимает 13 лет. Экономика РФ уже не вполне рыночная, а в значительной степени командная, а в такой модели настроения начальства играют куда более значимую роль, чем макроэкономические процессы и взаимосвязи.

К тому же, отмечает профессор, появился довольно интересный персонаж на замену Набиуллиной - председатель правления ПАО «Промсвязьбанк» Петр Фрадков. Потерять высокий пост в России смертельно опасно, поскольку тут же в отношении тебя начинаются проверки, и тут же обнаруживается куча спрятанных «под ковром» серьезных нарушений, как это произошло с топ-менеджерами «Роснано». А что касается упомянутой Набиуллиной «Девятой симфонии» Бетховена, это был политически грамотный, но далекий от реальности жест: экономика разваливается, и пока остается радоваться только одному - сохранению должности.