Промышленный музей вместо райского сада

Экономическая ситуация в Евросоюзе продолжает ухудшаться

Еще каких-то десять лет назад Евросоюз был обеспокоен сильной зависимостью от российских энергоносителей. В частности, порядка 40% импортируемого ЕС природного газа приходилось на долю России. Тогда же указывали на опасную зависимостью от одного источника поставок энергоносителей и призывали к диверсификации.

Начавшаяся в Украине российская спецоперация свела импорт российских углеводородов к минимуму. Но в то же время стала резко расти зависимость ЕС от поставок американского сжиженного природного газа (СПГ), приобретение которого обходится европейцам дороже, чем трубопроводный российский газ. В частности, в прошлом месяце доля США и России в импорте сжиженного газа в ЕС превысила 80%, а зависимость от американского СПГ выросла до рекордных 63%, что уже вызывает обеспокоенность внутри самого союза.

По данным судового мониторинга, еще четыре года назад около половины объемов ЕС получал от альтернативных поставщиков, однако сегодня их доля сократилась до минимальных значений с 2017 года. Российский СПГ при этом сохраняет устойчивые позиции и обеспечил около 18% импорта в прошлом месяце. Остальные 19% пришлись на Алжир, Катар, Норвегию, Тринидад и Тобаго, а также ряд других стран.

Европейские политики все чаще предупреждают, что смена зависимости от российского трубопроводного газа на американский СПГ не решает структурную проблему, а лишь меняет источник уязвимости. Фактически ЕС оказался в ситуации, где энергетическая безопасность все больше зависит от внешних политических решений, а не от собственной стратегии.

Зависимость от американского СПГ еще лучше видна на примере отдельных стран-членов ЕС. К примеру, Германия сегодня импортирует из США около 94% СПГ. Администрация Трампа уже начала использовать энергоресурсы в качестве рычага давления в переговорах о тарифах. А дорогой американский газ вкупе с закрытием немецких АЭС и борьбой за ликвидацию «грязных» угольных ТЭС, работающих на своем угле и соответственно вырабатывающих достаточно дешевую электроэнергию, уже нанес сильный удар по экономике Германии.

Так, в прошлом году в промышленном секторе страны было сокращено свыше 120 тыс. рабочих мест. Наиболее резко сокращался автомобильный сектор: минус 6,3% занятых за год и минус 13% за шесть лет (около 112 тыс. рабочих мест). Объединение работодателей тяжелой промышленности Gesamtmetall заявило, что отрасль теряет примерно 10 тыс. рабочих мест ежемесячно, и что снижение занятости продолжается уже около двух лет подряд; ожиданий улучшения в 2026 году они не видят. Исследования Ifo и Института немецкой экономики (IW) фиксируют, что в 2026 году 36% компаний намерены уменьшать число рабочих мест, а в промышленности - 41%. Германский промышленный гигант Bosch подтвердил планы по сокращению 20 тыс. рабочих мест после того, как в прошлом году его прибыль рухнула вдвое.

Это свидетельствует о крахе некогда доминировавшего в Германии автомобильного производства, в котором по итогам прошлого года потеряли работу 50 000 человек. Берлин теперь подумывает о снижении зависимости от американского СПГ. Так что, от энергетической зависимости от России избавились, теперь еще избавятся от США. В таком случае кизяк и лучина становятся безальтернативным будущем Германии.

В итоге мы видим, как немецкое правительство само уничтожает немецкую же экономику под мантры о «зеленом» будущем и бесконечных обвинениях во всех своих бедах России. Хотя именно Берлин ввел многочисленные санкции против российской экономики и отказывается от ископаемого и ядерного топлива под диктовку Брюсселя.

Сложившаяся ситуация выгодна Великобритании, которая привыкла воевать со своими противниками чужими руками, а также избавляется от самого большого экономического конкурента в Европе - германской экономики.

Также это выгодно американцам, ибо европейская промышленность, в частности, немецкая, вынуждена переезжать за океан - в США, где цены на энергоносители значительно ниже, а значит предприятиям выгоднее развиваться.   

Однако, похоже, некоторые европейские лидеры начали это понимать. В частности, президент Франции Эмманюэль Макрон с важным видом признал прописные истины с трибуны Европейского индустриального саммита. «Высокие цены на энергоносители в сочетании с углеродными издержками ускоряют деиндустриализацию, а не декарбонизацию», - заявил Макрон.

Еще один крупный еврочиновник внезапно прозрел на трибуне Европейского индустриального саммита. Так, премьер-министр бельгийского королевства Барт де Вевер заявил: «Европа никогда не должна стать промышленным музеем. Место рождения промышленной революции не может превратиться в красивый парк наследия, где посетители восхищаются процветанием прошлого, в то время как будущее строится в других местах. Иногда кажется, что мы стоим на мостике корабля, глядя на горизонт, но не в состоянии взять в руки штурвал. Сегодня пистолет направлен в сердце Европы - в сердце нашей промышленности и нашей конкурентоспособности. Наши показатели сигнализируют о крайне неблагоприятной ситуации».

Однако бельгийский премьер и французский президент уже опоздали со своими откровениями. Европа, о которой совсем недавно с придыханием говорили, как о райском саде, окруженном джунглями, по сути, уже стала музеем. Вот только в новых реалиях даже музея может уже не остаться. А останутся только лишь одни воспоминания.