Работа братьев Мустафаевых на сцене Русдрамы: что из этого получилось? Рецензия на

Первая премьера этого года в Государственном академическом русском драматическом театре, которую поклонники Мельпомены ждали с большим нетерпением, сопровождалась интригами, что вызывало неподдельный интерес.

Первая из них заключалась в том, что спектакль «Кармен. История Хосе» «вышел» на сцену уже в момент, когда официально и Русдрама, и все остальные отечественные театры лишились главных режиссеров. Если быть точнее, то они пока остались служить в театре, но уже без прилагательного «главный» и, соответственно, не могли приложить каких-либо усилий для содействия или противодействия премьере других режиссеров.

Возможно, по этой причине или просто потому, что с братом найти взаимопонимание гораздо легче, чем с кем-то другим, режиссер этого спектакля Турал Мустафаев привлек к работе в качестве художника-постановщика Мустафу Мустафаева. И сразу возникла интрига №2: что ожидает братьев в этом дебюте – триумф или фиаско? И тут скажем, что не произошло ни того, ни другого.

Режиссер угадал с актерами, и трио Мурад Мамедов – Хаджар Агаева – Фуад Османов отработало, что называется, на все сто. Триумф в этот вечер если и был, то это был триумф Хаджар Агаевой! Я бы назвал ее самой недооцененной актрисой отечественных театров. Яркая, эксцентричная, зажигательная, коварная, энергичная, сексапильная – она может быть такой и одновременно, и в разных ролях, что дано далеко не каждой актрисе. Можно найти немало азербайджанских артисток красивее и пластичнее Хаджар, но играть лучше и естественнее, чем она, сегодня вряд ли у кого-то получится.

Вот и ее Кармен неподражаема и абсолютно непредсказуема в разных выходах на сцену, то есть, такая, какой и должна быть и по пьесе, и по режиссерскому замыслу. Однако жаль, что у режиссера не получилось передать, что живой в трио лишь герой Мурада Мамедова (Хосе), а цыганка и Злой рок – это скорее мифические, чем реальные образы. Именно поэтому многие зрители не поняли концовку спектакля, когда Кармен сначала умирает, а потом оживает и исчезает. Это, конечно, дело режиссера, но в следующих показах можно как-то изменить финальную сцену, и тогда до триумфа будет совсем недалеко.

«Темным лесом» для меня осталась еще одна режиссерская фишка – вечная погоня одного из второстепенных героев в исполнении Илькина Мехтиева за мухой или пчелой. Как минимум, потому что говорилось о мухе, но звук все же больше был похож на пчелиный. Илькин, получающий абсолютно по праву, говоря спортивным языком, все больше игрового времени на сцене театра, был очень хорош. Но «ложка дегтя» в виде абсолютной неслышимости абсолютного большинства его слов мешала восприятию его игры, как та же муха, но уже «в супе».

В целом, спектакль посмотреть стоит, если руководство театра и режиссер разберутся с вышеназванными проблемами. А в остальном, прекрасная маркиза, все хорошо, все хорошо…

Вюгар Вюгарлы, специально для Caliber.Az