Реал политик в терминале

По итогам молниеносного визита Марко Рубио в Армению

Всего несколько лет назад никто и предположить не мог, что скрывается за интригующим словосочетанием «аэропортовая дипломатия». Любой политолог, описавший подобный сценарий, мгновенно получил бы клеймо фантаста или безумца.

Запад накануне выборов однозначно оказывает Пашиняну небывалую доселе поддержку. Об этом свидетельствуют сравнительно недавно проведенный в Иреване саммит Европейского политического сообщества, а в его рамках -государственный визит в Армению президента Франции Эмманюэля Макрона, в ходе которого был подписан масштабный пакет соглашений, главным из которых стала Совместная декларация об установлении стратегического партнерства между двумя странами. Документ официально закрепил вывод двусторонних отношений на новый уровень и углубление сотрудничества в сфере безопасности и обороны.

На днях в Армению «мимолетно» прибыл госсекретарь США Марко Рубио. Визит был очень коротким - Рубио даже не покинул здание иреванского аэропорта «Звартноц». Но именно там состоялась встреча с главой МИД Армении Араратом Мирзояном. То есть у госсекретаря было очень мало времени, но достаточно для того, чтобы обсудить важные вопросы. Всего за час госсекретарь США и глава МИД Армении успели подписать три фундаментальных документа: Хартию о всеобъемлющем стратегическом партнерстве, которая официально подняла планку дипломатических отношений между Вашингтоном и Иреваном на новый, более высокий уровень; Соглашение по проекту TRIPP («Маршрут Трампа во имя международного мира и процветания») - рамочную инициативу по созданию регулируемого транзитного и логистического коридора, который должен связать основную территорию Азербайджана с Нахчыванской Автономной Республикой через юг Армении, открывая Западу прямой доступ к рынкам Центральной Азии; Меморандум о критически важных минералах - еще одно соглашение о сотрудничестве и цепочках поставок редкоземельных металлов (таких как молибден, медь и цинк), необходимых для оборонной промышленности США и высокотехнологичных секторов. По итогам Рубио сразу же вернулся в США ввиду насыщенного графика.

Армянская оппозиция сейчас же «опечалилась» этим событием. Причиной небывалой грусти стало «ужасное невнимание» Рубио - как он мог так поступить с ними?! Возглавил процесс «недовольных» небезызвестный Артак Бегларян.

Бывший «госминистр», а по совместительству и «омбудсмен «арцаха» - несуществующей, вымышленной территориальной единицы, как и все его виды действия, Бегларян решил в очередной раз проявить себя и закатил антиазербайджанскую истерику. Похоже, заводские настройки дали сбой, и остался он в тех реалиях, когда мнил из себя «шишку на ровном месте», раздавая ненужные советы и предъявляя бесконечные претензии.

Вот и сейчас в мрачных тонах он преподнес очередную порцию недовольства. Почему, мол, во время подписания документов с армянским правительством Рубио даже не вспомнил о народе «арцаха», его правах, «нарушаемых» у всех на глазах, о «заложниках» в Баку? Не забыл пожаловаться и на действующего премьера Армении, который поддерживает-де авторитарную систему и не реагирует на разрушение культурного наследия на «родных территориях».

Добравшись до соцсетей в надежде на поддержку своих бредовых людей, Бегларян написал: «Соединенные Штаты не должны применять двойные стандарты к преступлениям массовых зверств и демократии, подрывая американские ценности и интересы».

Надо же, вспомнил про двойные стандарты уже после того, как США как раз отошли от абсурдной практики, так упорно внедряемой Джо Байденом на протяжении всего президентского срока. Находясь в прямой зависимости и под давлением армянского лобби, Госдепартамент делал упор на «гуманитарную» повестку, включающую статус Карабаха, защиту прав перемещенных лиц, активно продвигал западные правозащитные нарративы под соусом «исключительности» армянских претензий и на протяжении многих лет упорно не хотел видеть правду перед глазами.

Нынешнее положение вещей подразумевает наступившую наконец внятную позицию с адекватным подходом к выполнению взятых на себя обязательств. «Молниеносная» встреча в «Звартноце» имела основную цель: зафиксировать документы, важные для американской политики на Южном Кавказе. Стратегическое партнерство, TRIPP, критические минералы и редкоземельные металлы - вот три кита, на которых Вашингтон строит свое новое присутствие в регионе.

Стратегическое партнерство - не просто декларация о намерениях, а юридическое закрепление геополитического разворота Иревана. Для правительства Пашиняна это реальная попытка получить новые гарантии безопасности взамен утраченных.

Транзитный коридор TRIPP решает важнейшую глобальную задачу США - создание сквозного, безопасного и независимого от России и Ирана логистического маршрута из Центральной Азии в Европу.

Критические минералы и редкоземельные металлы - это чистая коммерция и безопасность американского ВПК. США страхуют свои технологические цепочки от дефицита, получая прямой доступ к армянским месторождениям молибдена, меди и цинка, что переводит двусторонние отношения в плоскость конкретных сырьевых контрактов.

А те силы, которые до сих пор в надеже обращаются к абстрактным «статусам» или гуманитарным нарративам прошлых лет, просто упускают из виду одну вещь: мировая политика стала прагматичной. В этой реал-политик нет места разговорам о «продвижении демократии», «правах человека», «свободе слова» или «гуманитарных ценностях». Лозунгом ее стало определение: у нас нет неизменных союзников, у нас нет вечных врагов. Лишь наши интересы вечны и неизменны, и наш долг - следовать им. В этой сухой и расчетливой «политике сделок» побеждает тот, кто предлагает осязаемую выгоду, а сантименты и абстрактные гарантии остались в прошлом.

 Вашингтон больше не инвестирует в мифические исторические обиды - он инвестирует в инфраструктуру, ресурсы и логистику. Так что придется вечным жалобщикам, постоянно требующим и привлекающим внимание даже там, где их уже не помнят, приспосабливаться к новым условиям. Бегларян может и дальше писать посты во всех сетях подряд, жаловаться на такие им самим любимые «двойные стандарты». Но возврата к прошлому нет и уже не будет.