Революция по расписанию репортаж из Абсурдистана

Сегодняшняя грузинская история достойна того, чтобы ее сразу отправили в архив мировой трагикомедии. «Траги» – потому что все это связано с человеческими жизнями и с тем кошмаром, в котором Грузия живет последние полтора года. А «комедия» – потому что иначе все происходящее описать просто невозможно.

Началось все еще пару месяцев назад, когда Леван Хабеишвили, один из лидеров оппозиционного «Национального движения», решив стать первым в Грузии смельчаком, вслух произнес табуированное слово «революция». До него подобными фантазиями грешили, в основном, фейсбучные грузинские эмигранты из Лондона и Берлина, каждый второй из которых мнит себя стратегом, видя бой издалека. Но Хабеишвили решился озвучить революционную перспективу, находясь на грузинской земле.

Леван Хабеишвили, один из лидеров оппозиционного «Национального движения», решив стать первым в Грузии смельчаком, вслух произнес табуированное слово «революция»

Сначала его не восприняли всерьез: человек не слишком популярный, да и умом особым не блещет. Но вот к нему присоединился Паата Бурчуладзе – знаменитый оперный певец, и публика сразу напряглась. Уж если бас мирового уровня говорит про революцию, это звучит куда солиднее, чем болтовня политика второго ряда. Так и родился миф о «мирной революции 4 октября», которая, как обещалось, соберет 300 тысяч человек, выберет какой-то представительный орган и заставит силовиков перейти на сторону народа.

И все это, конечно, выглядело бы забавно, если бы не было так грустно. Потому что в стране, где на улицы никогда не выходили больше 50 тысяч человек, а силовикам исправно платят премии за каждый день разгона протестов, ожидать мгновенной смены власти – все равно что надеяться пробить булыжником броню танка. Ленин, конечно, называл камни «оружием пролетариата», но сам шел на Зимний дворец при поддержке пушек «Авроры», а не с голыми руками.

Но вот что действительно превращает эту историю в чистую комедию, так это арест Хабеишвили, произведенный 11 сентября. Можно было ожидать в качестве обвинений драматические видеозаписи конспиративных встреч, тайники с оружием, записи разговоров о планах захвата административных зданий. Но нет, Хабеишвили обвинили в том, что после смены власти он пообещал силовикам…  большие премии. Все. Никакой взрывчатки, никаких боевиков, одна лишь надежда на то, что у Бидзины Иванишвили сдадут нервы, если только народ выйдет на улицы.

Протесты в Грузии давно существуют параллельно политическим процессам, живут они на горизонтальных связях, а политики в них - лишь эпизодические участники

Комичность ситуации трудно переоценить: что смешнее – всерьез рассчитывать на слабую нервную систему человека, контролирующего последние тринадцать лет полстраны, или сажать оппозиционера за обещание премий силовикам? Тут уже даже не фарс, а какой-то театр абсурда.

И что особенно важно, этот арест ровным счетом ничего не изменит. Протесты в Грузии давно существуют параллельно политическим процессам, живут они на горизонтальных связях, а политики в них - лишь эпизодические участники. Даже если 4 октября окажется самым большим разочарованием за полтора года, костяк активистов никуда не денется. Есть тысячи людей, готовых протестовать хоть годами. Не говоря уже о том, что сами оппозиционные партии весьма сдержанно относятся к «революции по расписанию». Поскольку никто не верит в возможность свержения власти за сутки. Но все обещают выйти 4 октября, потому что такова логика игры: если получится – прекрасно, если нет – протест продолжится.

Так что это далеко не финал, а всего лишь очередной акт в бесконечном грузинском спектакле, в котором жанры трагедии и комедии неизменно переплетаются. Ну а покой в этой пьесе нам, похоже, даже не снится.