С глаз долой из сердца вон: Илон Маск пакует чемоданы на Восток ВЗГЛЯД

«Илон Маск попросил убежище в Российской Федерации», - еще в январе этого года подобная новость казалось бы чем-то из мира фантастики, на основе которой Голливуд может снять комедийный фильм. Однако, на момент 20 июня, это не просто шутка или розыгрыш, это официальная информация, подтвержденная вице-спикером Государственной Думы РФ Вячеславом Даванковым. По его словам, в российский МИД действительно поступил запрос о предоставлении убежища Илону Маску. Ответ, как ожидается, будет дан в течение месяца.

Ситуация, в которую еще недавно трудно было поверить, теперь становится символом стремительного и глубинного кризиса в американской политике, где альянсы рушатся быстрее, чем стартапы меняют логотип. От кепок с лозунгом MAKE AMERICA GREAT AGAIN и $300 миллионов инвестиций в аффилированные проекты, до публичного конфликта и политической «эмиграции» — путь, который Маск прошел менее чем за полтора года.

Когда в 2024 году Дональд Трамп начал свою кампанию по возвращению в Белый дом, ему нужен был мощный партнер — не только финансовый, но и символический. Такой, кто сочетал бы влияние, медийность и репутацию «человека будущего». Илон Маск идеально вписался в эту роль. Несмотря на прежние разногласия (в 2016 году Маск называл Трампа «опасным»), к 2024-му они нашли общий язык: Трамп публично хвалил предпринимателя, называя его «гением», а Маск, в свою очередь, начал инвестировать в медийные и политические проекты, связанные с окружением тогда еще экс-президента.

Особое значение имела покупка Маском Twitter (ныне X), за $44 млрд. Этот шаг был воспринят как стратегический — в том числе для того, чтобы восстановить заблокированный аккаунт Трампа и предоставить ему платформу в предвыборный год. X стал неформальной агитплощадкой республиканского лагеря, а сам Маск - его главной технологической опорой.

Помимо информационной поддержки, Маск выделил до $300 млн на проекты, связанные с командой Трампа. Он также возглавил экспериментальную структуру «Department of Government Efficiency (DOGE)» (Департамент эффективности правительства) — орган, задачей которого было сокращение и цифровизация госрасходов. Илон Маск не только стал государственным работником, так еще и умудрился дать интервью в Овальном кабинете, пока его дети, сидя на коленях у президента США, нажимали кнопочки на столе главы ядерной державы. Но, всему приходит конец. И тут он наступил внезапно.

В марте-апреле 2025 года администрация Трампа представила масштабный налогово-бюджетный пакет под названием One Big Beautiful Bill Act (один большой прекрасный законопроект). Документ предусматривал существенное сокращение госрасходов, продление налоговых льгот, подписанных Трампом еще в 2017 году, а также повышение расходов на вооруженные силы и охрану границ. Маск резко выступил против проекта, назвав его «финансовым абсурдом» и «разрушением рыночной логики». В его оценке, законопроект предусматривал чрезмерные траты, усиление протекционизма и непрозрачное распределение субсидий — в том числе в ущерб компаниям вроде Tesla и SpaceX. 

«Простите, но я просто не могу больше этого выносить», — написал Маск в соцсети X, назвав законопроект «отвратительной мерзостью».

«Позор тем, кто голосовал за него: вы знаете, что поступили неправильно. Вы это знаете», — отметил он, при этом дав прогноз: инициатива увеличит и без того гигантский дефицит бюджета до $2,5 трлн.

Реакция Трампа была мгновенной и агрессивной. Он осудил Маска, заявив, что не знает, будут ли их отношения когда-либо вновь на хорошем уровне. По информации Politico и The Daily Beast, особенно обострились отношения между Маском и Сергио Гором — советником Трампа и одним из ключевых кураторов его политико-медийных активов. Маск в ответ назвал Гора «змеей» и обвинил в попытке выдавить его из структуры DOGE.

После этой ссоры Маск покинул все проектные и административные инициативы, связанные с Трампом. Его публичная риторика приобрела оппозиционный оттенок. Он начал критиковать Трампа не только за фискальную политику, но и за «приватизацию власти» и «идеологическую манию контроля». В X стали появляться намеки на личные слабости экс-президента и даже саркастические ссылки на его связи с одиозными фигурами.

Удар по альянсу имел и практические последствия. Акции Tesla обвалились на 15%, рыночная капитализация сократилась примерно на $150 млрд. Криптовалютный сегмент DOGE, ранее ассоциировавшийся с Маском и проектами его команды, пережил кризис доверия. Инвесторы начали массово уходить, а рейтинги Маска среди республиканского электората, по данным AP–NORC, упали с 38% до 26% — фактически за несколько недель.

The New Yorker назвал произошедшее «зомбификацией »: некогда перспективный технологический протокол превратился в символ административной импотенции и провала идеи «частного реформатора в государственной системе». И все это – в течение полугода.

На фоне этой бурной драмы запрос Илона Маска на убежище в России формально может выглядеть юридически бессмысленным, но символически он крайне значим. Сам факт, что один из самых известных предпринимателей мира рассматривает Россию как возможное политическое укрытие от давления в США, — яркий маркер глубокого кризиса американской политико-экономической модели. Хотя, возможно, Маск, как это часто бывало, решил просто «пошутить» — так, чтобы удивить не только Дональда Трампа, но, похоже, и самого себя.

Маск сегодня — фигура вне партий и вне институций, точка, в которой сошлись сразу несколько кризисов: доверия, власти, экономики и технологий. Будет ли у этой истории «веселый финал»? Вероятнее всего, нет. Трамп обозначил свою позицию по отношению к Маску, а сам Илон долго ждать не стал — и, судя по всему, уже собирает чемоданы на Восток.

Нам остается лишь наблюдать за этим шоу и задаваться одним-единственным вопросом: интересно, а Трампу уже снятся кошмары, в которых Маск позирует с российским паспортом?