Школьная форма в Азербайджане: исламский Иран оказался сдержаннее светской Турции

Автор: Али Гасымов, заместитель главного редактора Day.Az

Тема вокруг новых правил школьной формы в Азербайджане показала неожиданную разницу в подходах двух наших соседей. Иран, официально являющийся исламской республикой, призвал уважать право азербайджанского народа самостоятельно решать внутренние вопросы. В то же время из Турции, которую Азербайджан считает ближайшим союзником и братской страной, прозвучали резкие заявления в адрес Баку. Некоторые турецкие политики позволили себе требовать пересмотреть принятое решение, а часть СМИ превратить эту тему в повод для громких обвинений и политических спекуляций.

Такое развитие событий вызывает  недоумение. От ближайшего союзника ожидаешь прежде всего понимания и уважения к решениям партнера. Однако в нынешней ситуации официальная риторика Тегерана оказалась сдержаннее заявлений некоторых политических кругов Анкары.

Получилось, что Иран публично подчеркнул принцип, который должен быть естественным в отношениях между братскими странами: Азербайджан самостоятельно определяет правила организации собственной системы образования.

Напомню, что 21 сентября Кабинет министров Азербайджана внес изменения в правила школьной формы. Они устанавливают требования к внешнему виду учащихся и предусматривают единый порядок в общеобразовательных учреждениях. При этом в тексте решения нет отдельного упоминания хиджаба, вопреки утверждениям, распространяемым в турецком информационном пространстве.

Школьная форма предназначена для школы. Она обеспечивает единый подход к внешнему виду учащихся и является частью организации учебного процесса. Азербайджан уважает все религии, а светский характер государства и образования относится к основополагающим принципам его устройства.

Поэтому попытки представить новые правила как направленные против мусульман и ислама искажают смысл принятого решения. Общие требования к школьной одежде не означают отрицания религиозных убеждений граждан. Они устанавливаются в рамках национального законодательства и относятся к организации образования.

Азербайджан самостоятельно определяет порядок работы собственных школ. Это компетенция государственных институтов страны, и никакие заявления из-за рубежа не дают иностранным политикам права диктовать Баку, как следует организовывать образовательный процесс.

Особое недоумение вызывает то, как часть турецких политиков и СМИ преподносит ситуацию. Советник президента Турции Октай Сарал призвал Баку как можно скорее пересмотреть принятое решение. Ряд депутатов правящей Партии справедливости и развития также выступил с критикой новых правил. В турецком информационном пространстве развернулось обсуждение, в котором школьная форма стала поводом для обвинений в адрес Азербайджана.

Публичные комментарии иностранных политиков сами по себе не являются чем-то необычным. Однако в данном случае обращает на себя внимание стремление части турецкого политического пространства представить внутреннее решение Азербайджана исключительно через религиозную составляющую.

У подобной риторики есть очевидная политическая привлекательность. Чувствительные религиозные темы быстро привлекают внимание аудитории. Громкие заявления позволяют публичным деятелям демонстрировать принципиальность, укреплять позиции среди сторонников и продвигать собственную повестку. Часть СМИ получает повод для эмоциональных публикаций и заголовков, рассчитанных на активное обсуждение в социальных сетях.

В результате конкретный вопрос организации школьного процесса превращается в масштабный политический спор. Аудитории предлагают искаженную картину, в которой Азербайджан представляют противником религии. 

Правящая партия "Ени Азербайджан" уже обратила внимание на публикации турецких СМИ и сообщения в социальных сетях, которые, по ее оценке, распространяют недостоверную информацию об Азербайджане и используют религиозную тему для политических спекуляций.

Особенно странно наблюдать подобное в отношениях двух стран, которые постоянно подчеркивают свое братство. Формула "одна нация, два государства" предполагает не только общность истории, языка и культуры, но и взаимное уважение. Близкие отношения не дают права одной из стран вмешиваться во внутренние дела второй.

Распространение заведомо недостоверных сведений, призывы к насилию, разжигание религиозной вражды и попытки насильственного изменения государственного строя требуют принципиальной правовой оценки. Использование религиозной тематики для провокаций не дает никому права нарушать законодательство Азербайджана. 

Именно в связи с этим Генеральная прокуратура Азербайджана уже объявила в международный розыск ряд граждан Турции, которые призывали к насильственному захвату власти и пытались разжечь религиозную вражду. 16 октября стало известно о деле в отношении турецкого журналиста и колумниста Джелала Чифтчи. 19 октября азербайджанская сторона объявила в международный розыск еще семерых человек, проживающих и работающих в Турции. Среди них - журналисты, авторы, общественные деятели, исследователи и другие лица.

По данным Генеральной прокуратуры Азербайджана, расследование касается публикаций и выступлений, в которых содержались призывы к насильственному захвату государственной власти, изменению конституционного строя и разжиганию религиозной вражды. Ведомство также сообщило о выступлениях на акциях у азербайджанских дипломатических представительств в Стамбуле и Анкаре.

Принципиально важно понимать, что свобода выражения мнений не означает права призывать к насилию, разжигать вражду или посягать на конституционный строй государства. Критика и противоправные действия - разные вещи, и каждому конкретному случаю должна даваться правовая оценка. Они должны понести предусмотренное законом наказание.

Азербайджан последовательно защищает свой суверенитет, конституционный строй и общественное согласие. Ни религиозная риторика, ни политические взгляды, ни нахождение за пределами страны не должны становиться оправданием для противоправных действий. Закон должен применяться ко всем, а ответственность за доказанные нарушения должна быть неизбежной.

И на этом фоне особенно показательной стала официальная позиция Тегерана. 20 октября представитель МИД Ирана Исмаил Багаи заявил, что азербайджанский народ достаточно мудр, чтобы самостоятельно решать подобные вопросы с учетом национальных интересов. Он выразил надежду на урегулирование ситуации на основе взаимопонимания, уважения фундаментальных прав граждан и общих ценностей.

Багаи также подчеркнул исторические связи и братские отношения между народами Ирана и Азербайджана. В центре его заявления оказался принцип самостоятельного решения внутренних вопросов азербайджанским обществом.

Отношения Тегерана и Баку включают как направления сотрудничества, так и серьезные разногласия. Тем не менее в данном случае официальное заявление было достаточно ясным: Азербайджан вправе самостоятельно искать решение внутренней ситуации.

Здесь проявился наиболее заметный контраст.

Иран, где религия занимает центральное место в государственном устройстве, публично подчеркнул право Азербайджана самостоятельно решать вопрос. Турция, которая согласно своей Конституции является светским государством, выступила в этой ситуации как жесткое теократическое государство.

Это не означает, что Иран и Турция поменяли свои государственные принципы. Однако ситуация показывает, что формальный характер политической системы сам по себе не определяет тон публичных заявлений. Важны уважение к самостоятельности соседей и ответственность.

Заявление Тегерана также противоречит попыткам автоматически связывать школьную форму с борьбой против ислама. Даже представитель исламской республики сделал акцент на праве азербайджанского народа самостоятельно решать этот вопрос. Представление новых правил как антирелигиозной меры не отражает их содержания.

Нынешняя история заставляет задуматься о том, что на практике означают особые отношения между Азербайджаном и Турцией.

Две страны связывают многолетнее сотрудничество, общая история, языковая и культурная близость. Азербайджан последовательно рассматривает Турцию как стратегического партнера, а формула "одна нация, два государства" занимает особое место в двусторонних отношениях.

Именно поэтому реакция части турецких политиков и СМИ вызывает такое недоумение. От близкого союзника ожидаешь уважения к внутренним решениям государства. Когда же союзник использует внутреннее решение твоей страны для громких заявлений и односторонних обвинений, это неизбежно вызывает вопросы к ответственности подобной риторики.

Разногласия возможны между любыми государствами. Но уважение к суверенитету партнера предполагает признание его права самостоятельно определять внутреннюю политику в рамках собственного законодательства. Ни общая история, ни язык, ни религиозная близость, ни политический союз не дают одной стране особых прав на решения другой.

Для Турции нынешняя ситуация должна стать поводом задуматься о том, как ее публичные деятели говорят о ближайшем союзнике. Громкие заявления могут привлечь внимание и принести политические дивиденды, но одновременно они способны усиливать противоречия и подрывать доверие между обществами.

Настоящее братство проявляется не только в заявлениях об общей истории и близости народов. Оно проявляется в уважении к самостоятельности друг друга, особенно когда речь касается внутренних вопросов.

Азербайджан самостоятельно определяет правила своей системы образования, придерживается принципов светского государства и уважает религиозные убеждения граждан. Это суверенное право страны, которое не зависит от реакции иностранных политиков или информационных кампаний. Уважение к этому праву должно лежать в основе отношений с любым государством, включая самого близкого союзника.