Шпионский скандал между Турцией и ОАЭ. Что происходит? наши подробности

Как выясняется, скандал вокруг разоблачённой в Турции разведывательной сети, действовавшей в интересах Объединённых Арабских Эмиратов, оказался гораздо масштабнее, чем сообщалось в информационных выпусках.

По сути, Турция столкнулась с системой параллельной разведывательной активности, проникшей в ключевые структуры национальной обороны, внешней политики и частного военно-технологического сектора. Для Анкары это стало особенно болезненным ударом из-за неожиданного характера угрозы: агентурную сеть, по данным турецких спецслужб, курировали люди, которых президент Реджеп Тайип Эрдоган долгие годы считал ближайшими партнёрами.

В разразившемся скандале впечатляет качество и фокусировка разведывательного проникновения SSA. Турецкие источники утверждают, что Эмираты, прежде всего, собирали сведения не о заводах, технологиях или документах, а о людях

А ведь ничего не предвещало беды…

Операция в Стамбуле, проведенная агентами МİТ и Управления по борьбе с терроризмом (TEM) вскрыла наличие в Турции действующей разветвлённой структуры по сбору информации о персонале Министерства иностранных дел, Министерства оборонной промышленности и ведущих частных корпораций— прежде всего, Baykar, Aselsan и Turkish Aerospace Industries (TAI). Эти компании — лидеры турецкого оборонного прорыва, производящие от беспилотников Bayraktar до высокотехнологичных оптико-электронных и радарных систем, экспортируемых в десятки стран мира.

По данным следствия, агенты собирали персональные досье, телефонные номера, данные о членах семей, профессиональные связи, служебные маршруты и повседневные привычки сотрудников — то есть, классическую информацию для потенциального будущего давления, вербовки или подрыва.

Поражает, что всё это происходило на фоне самого тёплого периода в отношениях Турции и ОАЭ. В 2021 году, после долгих лет взаимного недоверия, лидеры двух стран, Реджеп Тайип Эрдоган и Мухаммед бин Заид, договорились о перезагрузке отношений. Эмираты объявили о намерении вложить 10 миллиардов долларов в турецкую экономику, включая промышленность, финансы, сферу высоких технологий и оборонный сектор. В 2023 году Анкара и Абу-Даби подписали соглашение о «взаимной защите секретной информации» — по сути, договор о закрытых каналах связи в сфере обороны, которых нет даже у ряда союзников Турции по НАТО. А в 2024 году взаимные инвестиции превысили исторический максимум.

Деятельность разведки ОАЭ не выглядит случайной и вписывается в контекст многолетнего скрытого соперничества монархии с Турцией. Здесь уместно напомнить, что с 2011 по 2020 годы практически во всех региональных конфликтах страны поддерживали противоположные стороны

Именно поэтому сообщение турецкого агентства ILKHA о разоблачённой сети вызвало столь мощный общественный резонанс. По данным следствия, в агентурную сеть были вовлечены граждане Турции и иностранцы, работающие под кураторством Государственного управления безопасности ОАЭ (State Security Apparatus, SSA). Один из главных подозреваемых является гражданин Турции, связанный с консалтинговыми структурами, которые получали контракты на обслуживание оборонных предприятий. Четвёртый фигурант успел покинуть страну незадолго до начала задержаний, и Турция уже инициировала через Интерпол его розыск.

Столкновение интересов

В разразившемся скандале впечатляет качество и фокусировка разведывательного проникновения SSA. Турецкие источники утверждают, что Эмираты, прежде всего, собирали сведения не о заводах, технологиях или документах, а о людях. Это – классическая «разведка влияния», в рамках которой создается база данных о тех, кто принимает решения или работает с критическими технологиями, чтобы в нужный момент предложить этим людям заманчивый контракт, «случайную» дружбу, партнёрство, визит, инвестицию — или же, напротив, создать рычаг давления на них. По сути, речь идёт о структуре, способной со временем трансформироваться в механизм влияния на турецкий военно-промышленный комплекс.

По мнению аналитиков, деятельность разведки ОАЭ не выглядит случайной и вписывается в контекст многолетнего скрытого соперничества монархии с Турцией. Здесь уместно напомнить, что с 2011 по 2020 годы практически во всех региональных конфликтах страны поддерживали противоположные стороны: в Египте (Абу-Даби поддерживали Абдель Фаттаха ас-Сиси, Турция — «Братьев-мусульман»), в Ливии (Эмираты вооружали Хафтара, Турция — правительство национального согласия), в отношении Израиля (ОАЭ подписали Авраамовы соглашения) в Сирии, в Судане, в Восточном Средиземноморье. Турция активно продвигала свои беспилотники, вытесняя эмиратские интересы в африканских странах. А в 2016 году в Анкаре прямо обвиняли Абу-Даби в финансировании сетей ФЕТО — структуры Фетхуллаха Гюлена, стоявшей за попыткой государственного переворота.

Абу-Даби поддерживали Абдель Фаттаха ас-Сиси, Турция — «Братьев-мусульман»

Эмираты, в свою очередь, опасались, что Турция формирует в разных странах Ближнего Востока сеть политического влияния посредством исламских движений и лоялистских элит. Поэтому конкуренция между двумя державами продолжалась даже после «примирения» 2021 года, поменяв лишь тональность открытой конфронтации на скрытую игру влияний.

Раскрытие шпионской сети SSA - первый за несколько лет случай, когда Анкара официально зафиксировала попытку ОАЭ вести подрывную деятельность внутри Турции. При этом никаких громких дипломатических заявлений ни из Анкары, ни из Абу-Даби пока не последовало. Каналы связи продолжают работать, что свидетельствует о стремлении обеих сторон избежать публичного кризиса, особенно на фоне миллиардных контрактов в энергетике, финансах и высоких технологиях.

В то же время история с шпионской сетью ОАЭ — далеко не единственный разведывательный эпизод в Турции за последнее время. В 2024 году МİТ разоблачила крупную российскую сеть влияния, связанную с кибершпионажем против структур НАТО. В том же году были обнаружены следы иранской программы слежения за турецкими диссидентами и активистами курдского происхождения. А после теракта в Стамбуле осенью 2023 года Турция задержала группу лиц, связанных с сирийскими и иракскими структурами, которые действовали в интересах иностранных разведок.

Таким образом, Турция сегодня стала ареной активной деятельности, как минимум, четырёх разведывательных центров — ОАЭ, Ирана, России и западных государств. Во многом это результат её стремительного подъёма: страна стала одним из ключевых центров производства беспилотников, оборонных систем, электроники, радаров, систем связи, превратилась в хаб газовых потоков, играет роль критически важного узла НАТО на Чёрном море, а также имеет сеть влияния в Азии, Африке и на Ближнем Востоке.

Раскрытие шпионской сети SSA - первый за несколько лет случай, когда Анкара официально зафиксировала попытку ОАЭ вести подрывную деятельность внутри Турции

Тем временем, расследование по агентурной сети сети SSA продолжается: изучаются электронные устройства, компьютеры, переписка, финансовые каналы. Турция проводит ревизию протоколов безопасности в Baykar, Aselsan и TAI — компаниях, чья продукция стала глобальным брендом. Вопрос не только в том, кому могли передаваться данные, но и какие уязвимости позволили сети SSA существовать внутри страны.

В сухом остатке очередной шпионский скандал высветил две ключевые тенденции. Первая — Турция стала настолько значимым игроком, что даже её партнёры не отказываются от параллельной разведывательной активности. Вторая — региональная политика перестала быть игрой открытых альянсов: сегодня партнёрские соглашения и миллиарды инвестиций могут идти параллельно с тайными операциями, направленными против этого же партнёра.

Таким образом, президент Эрдоган оказался в ситуации, когда демонстративная дружба с ОАЭ обернулась весьма неприятным напоминанием: на Ближнем Востоке нет и никогда не было вечных союзов, но есть вечные интересы. И разведка — всего лишь один из способов их отстаивать.