Скрипка в свободном полете

Следуя за мечтой, Камиль Мустафазаде понимал, что впереди его не ждут золотые горы

К ней часто применяют глаголы: «поет», «плачет». Наверное, ни один музыкальный инструмент не способен вызвать в душе человека большего волнения, чем скрипка.

В жизни каждого человека рано или поздно наступает такой момент, когда время встречается с судьбой, уверен Камиль Мустафазаде, скрипач из Шеки. И от того, как человек распорядится этим случаем, зависит его дальнейшая судьба.

Скрипач - профессия штучная. Следуя за мечтой, наш собеседник понимал, что впереди его не ждут золотые горы.

- А почему именно скрипка? - задала я вопрос Камиль муаллиму.

- В моей жизни музыка была всегда. Отец был музыкантом, играл на гармони. У нас в доме всегда звучала музыка и было много разных музыкальных инструментов. Естественно, и круг общения тоже в основном составляли музыканты, поэтому я рос в творческой атмосфере. В 5 лет я начал играть на барабане, затем отец купил пианино и у меня появился интерес играть на нем. Учился я сам. На скрипку пошел по желанию отца. В 1974 году поступил в Шекинскую музыкальную школу №1 и думал, что буду учиться играть на пианино. Когда отец принес мне скрипку, я очень удивился - оказалось, он определил меня в класс скрипки, сказав при этом, что скрипка - королева оркестра и самый распространенный струнный смычковый инструмент.

Первые годы учебы в музыкальной школе прошли у меня, как у всех мальчишек: меня больше привлекали игры во дворе, чем тренировка пальцев. Но к 11-12 годам у меня произошел перелом. Помню, предстояло разучить концерт ля минор Вивальди, как вдруг меня что-то захватило и повело к музыке. Забыв о сверстниках и играх, я с удовольствием начал работать над этим произведением. А потом пошли сочинения Баха, и уже без настояния отца я занимался каждый день, причем с огромным удовольствием. И, собственно, тогда я решил связать свою жизнь со скрипкой.

Мы учились классической музыке - играли этюды, концерты. Учился я неплохо, педагоги были хорошие. В 1978 году я занял первое место и удостоился диплома на республиканском фестивале. Мне было тогда 14 лет. В 1978-1979 годах стал учиться играть азербайджанскую музыку и классику. Выступал на различных мероприятиях. В 1981 году окончил школу и поступил в Шекинский музыкальный техникум. Потом была армия. С 1990 года работал в ансамблях «Умид» и «Нефтчи» в Баку, а также в ансамбле народной артистки СССР Зейнаб Ханларовой. Кстати, у меня два сольных диска.

Однако Камиль решил не идти по проторенному пути - быть оркестрантом, а, наоборот, выбрал творческую свободу, которая могла дать ему возможность исполнять произведения как любимых классиков, так и национальную музыку.

- Можно ли сразу распознать в ребенке способности - быть ему выдающимся музыкантом или даже не стоит тратить время на музыкальную школу?

- Конечно, можно. Бывает, что поначалу какие-то грани таланта скрыты, они проявляются позже. Например, Рихард Вагнер начал заниматься музыкой в возрасте 15 лет. Родители будущего композитора не были музыкантами и не могли даже представить, что их ребенок займет почетное место в истории музыки.

- А как учились вы? Неужели легко и непринужденно все детство?

- Вовсе нет, часто с неохотой и через силу. Может быть, во мне пропал хороший спортсмен. Ребенком я был крайне подвижен, непоседлив, меня все привлекало, я был очень азартный. Любые спортивные мероприятия вызывали во мне трепет. Мне хотелось все бросить и бежать играть в волейбол, футбол, баскетбол, во что угодно. Что касается музыкальных занятий, как я уже говорил, я ступил на эту стезю благодаря моему отцу. Отец был удивительным человеком. Он не стал музыкантом-профессионалом, но он так нежно и трепетно любил музыку, как, пожалуй, никто из тех людей, которых я встречал впоследствии. Отец говорил: «Если в тебе будет хотя бы один процент того желания, которое есть у меня, ты станешь настоящим музыкантом». Он сам никогда не отдыхал. Труд был его религией. Он все время что-то делал и многое умел, человек - золотые руки. И все, что я умею, по большей части взял от него.

- Как музыкант как вы передаете зрителю эмоции?

 - Я бы сказал, в первую очередь это сама музыка. Важно, какую музыку ты играешь, как ее чувствуешь. Если ты уверен в музыке, в том, что ты этим хочешь сказать публике, тогда это правильным образом передается залу. Гидон Кремер говорил: «Играйте только тогда, когда вам есть что сказать». Это очень правильно, потому что если ты будешь показывать, как ты справляешься с техникой, это никому не будет интересно. После такого исполнения, кстати, и говорят: «Классика - это скучно». А когда ты на сцене не исполняешь, а творишь, зритель все понимает. Никколо Паганини говорил: «Нужно сильно чувствовать, чтобы дать почувствовать». На сцене нельзя «вполголоса». Если нет ни эмоций, ни идеи - это мертвая музыка.

- Скажите, скрипка к любому музыкальному жанру подходит? Или есть такие жанровые пространства, где скрипке некомфортно?

- По выводам исследователей, амплитудно-частотные характеристики скрипок знаменитых мастеров и человеческих голосов совпадают. Смотрите, где расположен инструмент у музыканта. Прямо у голосовых связок. Везде, где допустим вокал, допустима и скрипка. В принципе, на любом инструменте можно играть любую музыку. Вопрос как она будет звучать? На скрипке же можно играть и азербайджанскую, и испанскую, и ирландскую, и японскую, и еврейскую, и русскую музыку… Она не просто так называется «королевой всех инструментов». Скрипка - это чудо!

- Как вы думаете, в чем феномен гениальности? Гениями рождаются или становятся?

- Думаю, гениями не становятся. Я бы так поставил вопрос: талант и гений - в чем разница? По степени одаренности талант и гений могут быть одинаковыми, талант может даже превосходить силу гения. Но разница в том, что талант может реализоваться, а может и не реализоваться. А гений не даст тебе покоя, он будет съедать тебя изнутри, жечь и заставлять полностью использовать все возможности, которые отпущены тебе Всевышним. Вот в этой непреодолимой тяге к совершенству, к реализации и состоит сущность гения.

- Скрипка - самый сложный инструмент. Почему так принято считать?

- Действительно, научиться играть на скрипке не просто. Гитару, саксофон и так далее держат двумя руками. В нашем случае две части: смычок и скрипка. Расположение рук не такое удобное, как на других инструментах, а свобода движений должна быть как в правой, так и в левой руке. То есть при игре на скрипке необходима более скоординированная работа рук. К тому же нет ладов, и маленькое продвижение пальца меняет тон. На других инструментах эта разница может быть неощутима. Рассчитывать можно только на музыкальный слух.

- Что важнее - талант или усердие?

- Все, что со мной происходит, я расцениваю как большую милость Всевышнего. События и обстоятельства складываются так, что я имею возможность их использовать, хвататься за шанс. Но это не отменяет ни титанического труда, ни таланта, который дается человеку от рождения. Одно без другого не приведет к успеху.

- Отличаются чем-либо скрипачи от других музыкантов? Какие полезные для жизни навыки развивает игра на скрипке?

- Скрипачи - это всегда очень интеллектуальные люди. Чтобы достичь определенного уровня игры на скрипке, нужно учиться много лет, и это обязательно музыкальная школа и специальные учебные заведения (училище, колледж, консерватория). К тому же у нас очень непростая техника, и очень активно работают оба полушария головного мозга. Ну, а полезные навыки, конечно, - слух, мелкая моторика.

- Кем вы хотели бы быть, если бы не стали скрипачом?

- Теперь я уже и не вижу ничего другого, чем заниматься еще чем-то, кроме музыки. Это невероятный простор для реализации творческих планов. На ней можно играть все что угодно, и это красиво. Скрипка - как человеческий голос. На ней можно говорить обо всем на свете, о чувствах и эмоциях, можно злиться, нервничать, успокаивать, убаюкивать. Это нечто безграничное, большое, необъятное. Смысл моей жизни в том, чтобы показать людям, что скрипка - это не скучно, и скрипка - это красиво и классно. Скрипка - это для всех, а не только для интеллигентного общества.

Совмещение классики, современных инструментальных произведений, эстрадных хитов, национальных мелодий всех времен легло в основу моих выступлений. Я всегда хотел приобщить к скрипичной музыке как можно больше людей, включив в свой репертуар не только классику, но и знакомые широкой публике мелодии, песни, которые красиво звучат на скрипке.