Следующая цель свержение Хаменеи наша аналитика

Спустя всего несколько часов после начала масштабной военной операции Израиля против Ирана, канцелярия премьер-министра Биньямина Нетаньяху распространила официальное обращение к иранскому народу, призвав граждан Ирана воспользоваться возникшей возможностью, чтобы восстать и свергнуть правящий режим.

Практически сразу после этого с аналогичным заявлением на фарси выступил и иранский наследный принц в изгнании Реза Пехлеви. В своих социальных сетях он резко осудил верховного лидера Исламской Республики Али Хаменеи, публично призвав армию и силовые структуры страны встать на сторону народа.

За последние годы Реза Пехлеви неоднократно демонстрировал стремление сотрудничать с Израилем в борьбе против существующей власти в Иране. Он несколько раз посещал еврейское государство, где был принят на высоком уровне и регулярно участвовал в мероприятиях, организуемых влиятельными еврейскими организациями США.

Маловероятно, что протесты в Иране могут спровоцировать призывы таких одиозных фигур, как Реза Пехлеви, или заявления канцелярии премьер-министра Израиля

Очевидно, что синхронные обращения Израиля и Пехлеви к иранскому народу именно в момент начала боевых действий — не случайность, а часть широкой стратегии. В Иерусалиме осознают, что только ударами по ядерной и военной инфраструктуре устранить иранскую угрозу невозможно. Ключевая цель, по сути, — это смена политического режима в Тегеране.

Неудивительно, что еще в декабре прошлого года, после падения в Сирии пророссийского и проиранского режима Башара Асада, эксперты стали обсуждать возможность аналогичного сценария и в Иране.

Режим аятолл на грани?

Разрушительные удары по ключевым объектам Ирана и ликвидация значительной части военной элиты, несомненно, подрывают внутренние позиции правящего режима. Иранское общество может прийти к выводу о беспомощности властей перед военной мощью Израиля. Но и делать окончательные выводы о реакции общества пока преждевременно. Главным образом, из-за отсутствия достоверной информации изнутри страны.

Судя по отдельным сообщениям, ситуация в Иране охарактеризуется массовыми хаосом и растерянностью. Так, жители Тегерана, с которыми удалось связаться корреспондентам телеканала CNN, рассказали, что почувствовали отчаяние, узнав о гибели в собственных домах командиров Корпуса стражей исламской революции. Многие задавались вопросом: если боевые генералы не в состоянии защитить даже собственную жизнь, кто тогда защитит простых иранцев?

Возможность свержения Али Хаменеи может появиться лишь в случае, если станет очевидным военное бессилие режима аятолл

Впрочем, текущее психологическое состояние общества еще не означает, что Иран стоит на пороге массовых протестов. Особенно маловероятно, что их могут спровоцировать призывы таких одиозных фигур, как Реза Пехлеви, или заявления канцелярии премьер-министра Израиля.

Несмотря на высокую степень недовольства режимом, большая часть иранского общества сохраняет настороженность к попыткам вмешательства извне. Тем не менее, как отмечает иранский аналитик в изгнании Реза Талиби, именно ненависть к властям нередко облегчает работу иностранным спецслужбам. Талиби утверждает, что немало иранцев добровольно выходит на связь с израильской разведкой, безвозмездно, исключительно из ненависти к теократическому режиму, предлагая свои услуги.

Эскалация как шанс, или ловушка?

Тем не менее надежды на быструю смену режима по призыву извне выглядят не слишком обоснованными. По мнению ряда аналитиков, военные удары по Ирану, напротив, могут усилить консолидацию вокруг власти, сплотив иранское общество перед лицом внешней угрозы.

Возможность свержения Али Хаменеи может появиться лишь в случае, если станет очевидным военное бессилие режима аятолл. Масштабное поражение могло бы нанести серьезный удар по авторитету властей и стать катализатором глубинных перемен. Осознавая эту угрозу, иранское руководство активно формирует в обществе образ «неминуемой и жестокой мести».

Согласно аналитическому обзору редакции BBC World, Израиль стремится дестабилизировать режим, уничтожая его военный и управленческий центр, рассчитывая таким образом вызвать цепную реакцию, ведущую к восстанию. Но, как подчеркивают эксперты, это — крупная авантюра. Поскольку нет никаких гарантий, что восстание начнется, и тем более, что оно приведет к власти умеренную или дружественную Израилю силу.

Разрушительные удары по ключевым объектам Ирана и ликвидация значительной части военной элиты, несомненно, подрывают внутренние позиции правящего режима

«Даже если волнения начнутся, власть в Иране все равно остается в руках жесткой элиты — прежде всего, Корпуса стражей исламской революции, контролирующего и армию, и экономику. Им нет нужды устраивать государственный переворот, они уже у власти», — отмечают аналитики BBC.

А кто альтернатива Хаменеи?

Главная проблема для всех, кто надеется на падение режима, это отсутствие внятной и объединенной оппозиции. После протестов 2022 года, проходивших под лозунгом «Женщины, жизнь, свобода», некоторые группы пытались сформировать коалицию антиисламского фронта. Однако разногласия, касающиеся лидерства и будущего устройства Ирана, привели к застою.

Среди возможных альтернативных сил — организация «Моджахедин-э Хальк» (МЭХ), находящаяся в изгнании и выступающая за свержение Исламской Республики, но против восстановления монархии. Хотя МЭХ пользуется поддержкой некоторых западных кругов, в частности, бывших сторонников администрации Трампа, её репутация в Иране крайне неоднозначна — особенно из-за участия в иракской войне на стороне Саддама Хусейна.

КСИР возьмет власть? Но власть и так в их руках

Также существуют светские демократические движения и сторонники парламентской монархии, но они остаются фрагментированными и не представляют серьезной силы внутри страны.

Что дальше?

По оценкам экспертов, на данный момент у режима Хаменеи остаётся крайне ограниченное пространство для манёвра. Ответный ракетный удар Ирана по отдельным целям на территории Израиля оказался, по признанию даже союзников Тегерана, символическим. Он не смог убедить общество в способности власти обеспечить должный отпор.

Одним из теоретических выходов могло бы стать возвращение к переговорам с США и заключение новой ядерной сделки, как это предлагает администрация Трампа. Однако этот шаг крайне нежелателен для властей в Тегеране, ибо может быть расценен, как капитуляция.

В результате остаётся только продолжение конфронтации. Именно на этот курс, судя по заявлениям иранских лидеров, и сделана ставка. Но такая эскалация может привести к новым разрушениям и ещё более глубокому международному кризису.

А каковы шансы Моджахедин-э Хальк?

Несмотря на частые угрозы атаковать базы и интересы США в регионе, реализовать такие планы на практике Ирану будет крайне сложно. Прямое нападение на американские цели, скорее всего, вызовет немедленный и масштабный ответ США, чего Иран всячески пытается избежать.

В свою очередь, Израиль делает ставку на внутренний крах Исламской Республики, как способ устранения угрозы со стороны Ирана. Однако иранский режим по-прежнему контролирует силовой и экономический аппарат страны при полностью дезорганизованном протестном движении.

В то же время, огромный масштаб разрушений, вызванных израильскими ударами, и ощущение беспомощности, охватившее иранское общество, могут стать началом тех социально-политических сдвигов, которые ещё вчера казались невозможными.