Средняя зарплата и реальная жизнь

Государственная статистика фиксирует рост доходов населения

В последнее время доходы населения демонстрируют рост: увеличиваются заработки, общий объем денежных поступлений и их номинальные показатели. Однако за сухими цифрами статистики неизбежно возникает главный вопрос - насколько этот номинальный прирост действительно отражается на качестве и уровне жизни людей. Поскольку реальное увеличение покупательной способности доходов, а не формальное улучшение статистических показателей, остается ключевым критерием благосостояния населения.

Судя по последним данным Госкомстата, среднегодовые номинальные доходы населения в январе - июле текущего года достигли 55 млрд 631,8 млн манатов, увеличившись на 9,8% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Среднемесячная номинальная заработная плата наемных работников по итогам первого полугодия составила 1 174,4 маната, прибавив 7%.

Однако номинальный рост нельзя рассматривать отдельно от цен. За тот же период среднегодовая инфляция в стране составила 5,7%. И если сопоставить два показателя, становится ясно, что реальное увеличение заработка гораздо скромнее: при заявленном росте номинальной зарплаты покупательная способность наших граждан увеличилась примерно на 1,3%.

Иными словами, денег стало больше, но пространство для дополнительных покупок расширилось незначительно. При этом средняя инфляция далеко не всегда совпадает с тем, что ощущает конкретная семья. Официальный показатель рассчитывается исходя из усредненной потребительской корзины, включающей сотни товаров и услуг. В ней есть и непродовольственные товары, цены на которые могут оставаться стабильными.

А вот продукты питания, напитки и табачные изделия за этот период подорожали на 6,7%. Для домохозяйств, значительная часть расходов которых приходится именно на продукты, такая динамика означает более высокую личную инфляцию. В результате прибавка к зарплате на практике может ощущаться гораздо слабее, чем показывает статистика.

Есть и другой нюанс, касающийся непосредственно средней зарплаты. По экспертным оценкам, подросший номинальный показатель представляет собой лишь среднее арифметическое, ведь при его подсчете общий фонд оплаты труда делится на количество официальных тружеников. И хотя такой расчет объективно удобен для макроэкономической статистики, финансовое положение большинства работающих остается под вопросом.

Высокие доходы в нефтегазовом секторе, финансовой сфере и IT заметно поднимают среднее значение. В то же время заработки в сельском хозяйстве, розничной торговле и сфере услуг значительно ниже. Потому для оценки реального положения работников экономисты предлагают смотреть и на медианную зарплату, поскольку в этой плоскости и начинается подробный анализ состояния экономики и рынка труда.

Доктор экономических наук, профессор Салех Мамедовобращает внимание на международные сопоставления. По приведенным им официальным данным, среднегодовая зарплата сотрудников в Швейцарии составляет €106 840, в Люксембурге - €83 000, в Исландии - €81 943. Даже Болгария, замыкающая европейский рейтинг в приведенном сравнении, показывает €14 000 в год.

На этом фоне показатели Южного Кавказа выглядят значительно скромнее, сообщил ученый корреспонденту «Бакинского рабочего».

Расчеты, как отмечает профессор, сделаны исходя из среднемесячной номинальной зарплаты: показатель умножался на 12, после чего сумма переводилась в евро по официальному курсу.

В Грузии среднегодовая зарплата в таком расчете составляет €9 060, в Армении - €8 695, тогда как в Азербайджане она равна €6 620. Иными словами, по номинальным заработкам наша страна замыкает тройку государств Южного Кавказа. Разница заметна уже на уровне региона: грузинский показатель выше азербайджанского примерно на 37%, армянский - более чем на 31%. При этом и Грузии, которая занимает первое место на Южном Кавказе, до европейского уровня еще далеко: ее показатель примерно на 35% ниже болгарского, составляющего €14 000 в год.

Дальше разница становится гораздо существеннее. В Швейцарии среднегодовая зарплата достигает €106 840, в Люксембурге - €83 000, в Исландии - €81 943. На этом фоне уровень местных зарплат в €6 620 выглядит особенно скромно: швейцарский уровень выше его примерно в 16 раз.

«Статистика фиксирует движение капитала, но не должна скрывать структурные диспропорции», - отмечает ученый.

При этом структура экономики во многом объясняет, почему высокие доходы нефтегазового сектора не превращаются автоматически в высокие зарплаты для большинства. В нефтегазовой отрасли средняя зарплата превышает 4 500 манатов, но занята там лишь небольшая часть работников.

Основная масса наемных тружеников - более 80% приходится на торговлю, образование, сферу услуг, сельское хозяйство и другие отрасли, где заработки значительно ниже. В ряде этих сфер базовая зарплата находится в пределах 370-800 манатов.

Получается резкий контраст: рядом с отраслями, где производительность и оплата труда очень высоки, существует огромный сегмент экономики с гораздо более скромными доходами. Вследствие этого одного роста средней зарплаты недостаточно, чтобы судить об изменении благосостояния большинства. Важно, где именно создаются новые доходы, сколько людей получают от них реальную прибавку и насколько широко экономический рост распространяется за пределами сырьевого сектора.

«Преодоление кратного отставания задача не на один год, но системные реформы нужно начинать уже сегодня», - убежден профессор. Одним из ключевых направлений аналитик называет развитие малого и среднего бизнеса, особенно в регионах. Снижение регуляторной и налоговой нагрузки, по его мнению, способно расширить легальную занятость, увеличить фонд оплаты труда и вывести часть доходов из тени.