Тогрул Исмаил: Анкара центр силы, а не иранский сценарий МНЕНИЕ ЭКСПЕРТА

Бывший премьер-министр Израиля Нафтали Беннет сделал в своем выступлении одно из самых резких заявлений последнего времени: «Турция — это новый Иран». По его словам, под руководством президента Реджепа Тайипа Эрдогана Анкара превращается в «изощренного и опасного противника», который стремится «окружить Израиль» и создать враждебный региональный блок.

Беннет прямо предупредил: «Нельзя снова закрывать глаза». Он призвал Израиль вести борьбу одновременно на двух направлениях — против Ирана и против нарастающей враждебности со стороны Турции.

По его оценке, Турция вместе с Катаром уже усиливает свое влияние в Сирии, Газе и других частях региона, пытаясь сформировать «враждебную суннитскую ось», которая, по его мнению, может оказаться даже мощнее шиитской оси Ирана. В эту конструкцию Беннет включил и ядерный потенциал Пакистана, утверждая, что Турция выстраивает альянс, направленный против Израиля, включая попытки повлиять на Саудовскую Аравию.

Ключевая мысль Беннета заключается в следующем: Турция отличается от Ирана сочетанием прагматизма и идеологии, что делает ее одновременно и рациональным, и непредсказуемым игроком. В отличие от Ирана, Турция, будучи членом НАТО, обладает развитой экономикой, глобальными амбициями и значительными военными возможностями. Это, по мнению Беннета, делает исходящую от нее угрозу более комплексной и потенциально более опасной в долгосрочной перспективе.

Заявление Беннета отражает растущую тревогу в израильских стратегических кругах.

Пока основной фокус Тель-Авива остается на Иране, Турция все чаще воспринимается как «второй фронт». Эрдоган открыто осуждает действия Израиля в Газе, поддерживает палестинскую сторону, укрепляет связи с Египтом, Саудовской Аравией и другими арабскими странами, что в Израиле воспринимается как попытка усилить региональное давление.

Беннет подчеркивает, что угроза, по его мнению, заключается не столько в самой Турции, сколько в турецко-катарском тандеме, который, как он утверждает, «питает монстра Братьев-мусульман», идеологическую силу, сопоставимую, по его оценке, с иранской поддержкой шиитских фундаменталистов.

Беннет, который, по сообщениям СМИ, готовится к возвращению в большую политику, очевидно использует эту риторику для мобилизации поддержки внутри страны и среди американских союзников. Его слова — это не просто критика Эрдогана, а попытка переосмыслить израильскую стратегию в условиях, когда традиционный «иранский» нарратив, по его мнению, уже не охватывает всех вызовов. Турция, как член НАТО с ядерным союзником в лице Пакистана, действительно представляет иной тип вызова — более экономически устойчивый, дипломатически гибкий и потенциально менее изолированный, чем Иран.

В итоге Беннет формулирует новую концепцию: Израиль должен готовиться к многополярной конфигурации угроз, где «старый враг» дополняется «новым». Вопрос в том, станет ли это официальной линией Тель-Авива или останется жесткой оппозиционной риторикой.

Турецкий политолог Тогрул Исмаил в своем комментарии для Vesti.az заявил, что заявление Нафтали Беннета о том, что Турция якобы становится «новым Ираном» для Израиля, — это не просто эмоциональная реплика, а маркер изменения восприятия Анкары в израильской стратегической мысли.

«Давайте разберемся спокойно и без дипломатических реверансов. Во-первых, сравнение Турции с Ираном концептуально ошибочно. Иран строит региональную стратегию на идеологической экспансии и прокси-структурах. Турция — член НАТО, интегрирована в западную систему безопасности и глобальную экономику», — сказал он.

По его словам, Анкара не декларирует уничтожение Израиля, не формирует шиитскую ось и не ведет системную прокси-войну.

Во-вторых, продолжил аналитик, необходимо задаться вопросом: в чем реальный нерв израильской обеспокоенности?

У политолога есть на это свой ответ: Турция усилилась по ряду направлений — Сирия, Южный Кавказ, Восточное Средиземноморье, оборонная промышленность, стратегический союз с Азербайджаном.

Все это, по словам эксперта, вызывает обеспокоенность у Израиля и его сторонников. Однако, добавил он, в действительности речь идет не об идеологической угрозе Израилю, а о конкуренции региональных центров силы.

«Именно это раздражает часть израильского политического спектра. Турция перестала быть периферийным игроком и действует как самостоятельная держава», — пояснил Тогрул Исмаил.

Говоря о реакции в Турции, эксперт отметил, что в Анкаре подобные заявления воспринимаются жестко, но без истерики.

«Политический класс — от националистов до умеренных — видит в этом попытку демонизации Анкары и оправдания собственной региональной линии Тель-Авива. Важно понимать: подобная риторика выгодна израильским политикам во внутреннем контексте. Она мобилизует общество, создает образ нового «стратегического вызова»», — сказал эксперт.

При этом, отмечает аналитик, стратегически это рискованная игра. По его словам, если Израиль начнет воспринимать Турцию как экзистенциального противника, он сам будет подталкивать Анкару к более жесткому позиционированию.

«Такой расклад можно расценивать как путь к долгосрочной поляризации Восточного Средиземноморья. Вывод простой: Турция — не «новый Иран», а самостоятельный центр силы, с которым можно конкурировать, можно спорить, но невозможно игнорировать. И если Израиль выбирает язык сравнений с Ираном, это скорее отражение его тревог, чем объективной реальности», — подытожил Тогрул Исмаил.