Тысяча манатов на бумаге

Реальный доход или статистическая иллюзия

Государственный комитет статистики выступил с традиционным заявлением о росте средней номинальной зарплаты. По данным ведомства, усредненные оклады, начисляемые работникам до вычета налогов, остаются выше психологической отметки в тысячу манатов.

Итак, средняя зарплата по республике в январе - октябре составила 1086 манатов, а значит, выросла еще на 9,4% по сравнению с прошлым годом. На первый взгляд, официальные доходы населения растут усредненными темпами и даже превышают инфляцию. Например, по данным Центрального банка, годовая инфляция у нас движется по прогнозируемой траектории и находится в пределах целевого показателя. Так, в октябре темпы прироста цен уложились в 5,9%, а больше всего дорожали продовольственные товары, алкоголь и табачные изделия.

Динамика повышения в сегменте непродовольственных товаров была ожидаемо высокой, и меньше всего цены росли в непродовольственной части рынка. Согласно базовому сценарию, прогноз того, что годовая инфляция будет находиться в пределах целевого показателя к концу нынешнего и в следующем году остается неизменным. «При этом анализ текущих тенденций указывает на вероятность пересмотра инфляционного прогноза на следующий год в сторону понижения», - говорится в сообщении главного банка.

В целом такая тенденция на руку нашим труженикам, поскольку выходит, что цены не поспевают за средними окладами, однако на практике ситуация вызывает немало вопросов. Кроме того, ЦБА отмечает, анализ изменений в балансе инфляционных рисков со времени предыдущего заседания по учетной ставке свидетельствует об относительном снижении проинфляционных факторов.

Тем не менее геополитическая напряженность и нестабильность в глобальной торговой среде продолжают поддерживать высокий уровень неопределенности на товарных и финансовых рынках. Ключевой внешний риск связан с передаточным эффектом импортных цен на внутреннюю инфляцию. Его масштаб будет зависеть от инфляционных процессов в странах - торговых партнерах и динамики номинального эффективного обменного курса.

Иначе говоря, судя по сводкам статистического ведомства и Центробанка, цены в стране подрастают медленнее, зарплаты растут быстрее, а значит, реальные доходы жителей республики повышаются. Однако ситуация вызывает вопросы в плоскости достоверности данных статистики. Как отмечает экономист Натиг Джафарли, Статистика по ценам, инфляции, безработице и уровню жизни в стране всегда оставалась политизированной. Дополнительные сомнения вызывает и сама методика подсчетов Госкомстата - от расчета инфляции до формирования продовольственной корзины, говорит экономист: «Немногие сегодня доверяют официальным данным, особенно когда речь идет о реальной, повседневно ощущаемой продуктовой инфляции. Проблема усугубляется отсутствием альтернативных источников: именно Госкомстат остается единственной структурой, уполномоченной вести такие подсчеты.

Раньше, по крайней мере, неправительственные организации проводили собственные мониторинги и публиковали ориентировочные данные, что давало возможность сравнить цифры и сделать более взвешенные выводы. Сейчас же этой независимой проверки нет, и общество остается один на один с официальной статистикой, вызывающей все больше вопросов».

И потом, как это обычно водится, официальные сводки о темпах прироста цен не всегда созвучны инфляционным настроениям рядовых покупателей. Считается, что виной этому предыдущее достаточно резкое повышение. Мол, граждане еще не привыкли к новым ценовым реалиям, и поэтому не ощущают всех благ, связанных с нынешней стабилизацией цен. Однако на деле, говорит экономист Пярвиз Гейдаров, повышение ощущается в этом году сильнее. Скажем, годом раньше инфляция составила 4,9%, а в позапрошлом году темпы роста цен были почти вдвое ниже - всего 2,1%.

На взгляд независимых аналитиков, в нынешнем финансовом цикле фактические темпы прироста цен однозначно сильнее, а потому заработки граждан не поспевают за их ростом. И все это происходит при отсутствии точных сведений о медианных зарплатах на рынке занятости. Одним из наиболее точных инструментов оценки реального уровня жизни в стране является медианный доход - показатель, показывающий, сколько зарабатывает «средний» человек. В отличие от средней зарплаты, искаженной высокими доходами в нефтегазовом и финансовом секторах, медианный доход позволяет увидеть положение большинства граждан, особенно тех, кто не относится к высокооплачиваемым категориям.

Однако целевые структуры не публикуют данные о медианном доходе, ограничиваясь средней и минимальной зарплатой, а также показателем дохода на душу населения. Так что цифры дают лишь общую картину и не позволяют оценить реальные социальные контрасты. Тем временем по расчетам Бакинского исследовательского института, в ноябре позапрошлого года медианная зарплата лишь чуть превысила 570 манатов.

Кстати напомнить, вместе со средней номинальной зарплатой в этом году подросла и стартовая оплата труда, составившая 400 манатов, однако этого по-прежнему мало, а главное, уровень самой маленькой зарплаты практически не вписывается в обязательства нашей страны в рамках Европейской социальной хартии. Азербайджан, присоединившись к этому европейскому договору, взял на себя обязательство устанавливать минимальную зарплату на уровне 60% от средней по стране. Если опираться на независимые расчеты, нынешние 400 манатов до этого стандарта не дотягивают, а «минималка» должна быть заметно выше. Получается, что при нынешнем значении средней номинальной зарплаты, утверждаемый минимальный оклад не может быть меньше 600 - 650 AZN.

На фоне продолжающегося роста цен стартовая зарплата не покрывают базовых расходов многих семей. Поэтому предложения поднять минимальную зарплату выше 600 манатов опираются не на пожелания, а на расчеты, а также стремление привести доходы граждан в соответствие с международными обязательствами и реальной стоимостью жизни.