Утомленная дипломатия Трамп сокращает сроки

Российско-украинская война сегодня породила новое событие. Президент США Дональд Трамп заявил, что разочарован российским лидером Владимиром Путиным. Нет, это, конечно, само по себе не новость, однако американский президент добавил, что сократит 50-дневный срок, который дал президенту РФ для урегулирования конфликта. «Я установлю новый срок в 10-12 дней, начиная с 28 июля. Нет смысла ждать», – сказал американский президент после встречи с премьером Великобритании Киром Стармером. А вот это уже, конечно, новость.

Самое первое, что приходит в голову, это связать данную корректировку, точнее анонс таковой, с продвижением российских войск: они окружают Мирноград и штурмуют Покровск – главную стратегическую цель в течение вот уже около полутора лет, и взятие которого грозит выходом россиян на оперативный простор. В таком случае скорое введение санкций призвано снизить скорость продвижения российских войск.

Российские эксперты еще по объявлении Трампом первого ультиматума говорили, что угрозы Трампа, включая санкции против торговых партнеров России и продажу оружия Европе, вряд ли будут реализованы или окажут реальное воздействие. США, мол, не захотят портить отношения с Индией, жизненно важной для антикитайской стратегии, а европейцы не готовы массово закупать американское вооружение. Следуя этой логике, ультиматум – это всего лишь пиар-маневр, призванный показать американским ястребам, а также электорату, поддерживающему Украину, что Трамп поддерживает эту страну.

Если это действительно так, то сокращение сроков ультиматума — это, скорее, еще один экивок в сторону Украины и ее европейских партнеров, дескать, я стараюсь сделать все, что в моих силах.

Другая возможная причина для подобного маневра — желание снять предыдущую временную привязку окончания срока ультиматума к празднованию 80-летия окончания Второй мировой войны в Пекине 3 сентября. Скорее всего, Трамп все-таки решил ехать на мероприятие и думает к этой дате уже поставить всех перед свершившимся фактом и, таким образом, присутствовать на параде как сторона, диктующая условия, а не в позе ожидания.

Ну и конечно, нельзя исключать, что нетерпение и раздражение Трампа увеличилось после недавнего третьего раунда переговоров между Россией и Украиной, прошедшего в Стамбуле, который показал, что стороны по-прежнему далеки от согласия.

Киев отказался от коротких временных прекращений огня, настаивая при этом на встрече президентов и 30-дневной паузе в боевых действиях. В свою очередь, Москва пока не видит оснований для саммита на высшем уровне, считая, что он возможен только после достижения конкретных договоренностей, читай, для разрешения «причин» войны, одним словом, односторонних уступок Украины требованиям России. 

Зачем же тогда было встречаться, очевидно, вопросил Трамп в этих обстоятельствах.

Москва, вероятно, просто показывает Вашингтону, что она не против переговоров. В этом, конечно, есть нечто садистическое, поскольку все это выглядит как формальность, которая, вместо того чтобы успокоить Трампа, призвана была еще больше его разозлить.

Готовность Путина провести встречу с Зеленским (чего раньше не допускалось) таким образом напоминает присказку «когда рак на горе свистнет», так как ясно, что действующий украинский президент не пойдет на встречу, на которой ему предложат подписать акт капитуляции.

Тем временем и сам Вашингтон, кажется, пребывает в пессимистичном настроении относительно сроков наступления перемирия. Спецпосланник президента США на Ближнем Востоке и в Украине Стивен Уиткофф на днях заявил о «гравитации надежды» после деэскалации на Ближнем Востоке, которая, как он надеется, притянет к себе и Украину, чтобы и этот конфликт разрешился. Уиткофф отметил, что был бы рад, если бы оба конфликта удалось разрешить до конца президентского срока Дональда Трампа.

Ситуация все еще патовая для дипломатии, а значит, война будет продолжаться. Впрочем, изменения накапливаются постепенно, но происходят внезапно. Кто знает, не произойдет ли это «внезапно» в течение теперь уже урезанного трамповского ультиматума? Причем, справедливо это для обеих воюющих сторон.