Вашингтонская декларация и ревность Москвы: о чем умолчал Лавров?

Сергей Лавров, выступая в МГИМО, заявил, что «восторженные возгласы» после подписания мирной декларации в Вашингтоне быстро сменились скепсисом, когда документ был опубликован и оказалось, что «далеко не всё согласовано». Российский министр попытался поставить новый документ в один ряд с договоренностями 2020 года.

Но такое сравнение некорректно по сути.

В 2020 году речь шла о капитуляции Армении и прекращении войны, где главным пунктом была разблокировка транспортных коммуникаций. С тех пор прошло пять лет, и на практике ничего реализовано не было. Ни один из обещанных коридоров так и не заработал. И именно эта «незавершенность» стала причиной того, что сегодня возникла необходимость новой рамочной декларации.

Вашингтонский документ, подписанный 8 августа лидерами Азербайджана, Армении и США, имеет совершенно иную природу. Он не о прекращении огня, а о закреплении послевоенной реальности и формировании новых правил отношений. В нём зафиксированы парафирование текста мирного договора, ликвидация Минского процесса ОБСЕ, усилия по обеспечению сообщения между Азербайджаном и Нахичеванью через территорию Армении, а также сотрудничество с США и другими странами по реализации «Маршрута Трампа для международного мира и процветания».

Принципиальное отличие нынешнего этапа в том, что за декларацией стоит политическая и дипломатическая гарантия США. Если в 2020 году стороны формально зафиксировали обязательства, которые остались на бумаге, то теперь у Еревана и Баку есть внешние гарантии, что процесс не будет заморожен и намерения реализуются в обозримом будущем.

Поэтому сравнивать соглашение 2020 года с декларацией 2025-го — это всё равно что сравнивать исход войны с послевоенным мирным договором. Логика разная, цели разные, и самое главное — сейчас есть шанс, что обещания наконец перестанут быть пустыми словами.