Выживание Ирана… И позиция Азербайджана по следам громкого доклада

Новый доклад Центра иранских исследований в Анкаре (IRAM) фиксирует тихий, но стратегически принципиально значимый сдвиг в государственной идеологии Исламской Республики Иран.

На фоне событий 12-дневной войны и серии ударов по узловым сегментам инфраструктуры Корпуса стражей исламской революции (КСИР), Тегеран, по утверждению турецких исследователей, вступил в фазу переосмысления собственной идентичности - от концепции «оси сопротивления» к модели национальной государственности, основанной не на экспорте исламской революции, а на сохранении государства в условиях системных угроз.

Во внешней политике Иран осторожно смягчает риторику в отношении Турции, Азербайджана, монархий Персидского залива и даже США

Доклад IRAM, опубликованный 10 декабря 2025 года, цитируется международными изданиями и агентствами, регулярно освещающими последствия американо-израильской атаки по Ирану и массовые взрывы в Тегеране. Согласно исследованию, именно эти удары стали «катализатором» перехода режима аятолл от идеологического сопротивления к режиму выживания. Мобилизация населения, которую иранские власти традиционно объясняли концепцией «революционной преданности», на сей раз была вызвана не лозунгами, а страхом перед повторением сирийского или ливийского сценариев.

И здесь впервые появляется важный региональный нюанс, тесно связанный с позицией Азербайджана. Исследователи IRAM отмечают, что изменение тональности Тегерана связано не только с внутренним давлением, но и с утратой рычагов влияния на Южном Кавказе после поражения Армении в 44-дневной войне и консолидации территориального контроля Азербайджана. Для Ирана исчезла возможность использовать армянское направление как противовес Анкаре и Баку, поскольку бывшая стратегическая глубина Ирана сузилась, а новая реальность - транспортные коридоры, экономические инициативы и растущее партнерство Баку с Израилем и Турцией - оказалась для Ирана гораздо более чувствительной, чем прежние фронты «оси сопротивления».

Отсюда и более мягкая риторика Ирана в адрес Баку. После пограничных инцидентов и дипломатических кризисов 2021–2023 годов Тегеран отчетливо стремится к деэскалации. Это подтверждается сообщениями Anadolu Ajansı, Mehr News и IRNA: визиты делегаций, заявления о «добрососедстве», осторожная поддержка региональных коридоров при оговорке, что они должны проходить «под иранским суверенитетом». Тегеран хорошо понимает, что открытый конфликт с Азербайджаном - союзником Турции и партнером Израиля, - может иметь для него последствия куда более масштабные, чем напряженность на ливанском или йеменском направлениях.

Исследователи IRAM отмечают, что изменение тональности Тегерана связано не только с внутренним давлением, но и с утратой рычагов влияния на Южном Кавказе после поражения Армении в 44-дневной войне и консолидации территориального контроля Азербайджана

Таким образом, Иран корректирует не только идеологию, но и региональную стратегию. Разграничивая понятия «Иран» и «Исламская Республика», он возвращается к арсеналу древнеперсидской символики - на политических площадях устанавливаются статуи Ростама, в ракетно-дроновую символику включается фигура Арша Радуги, а во время церемонии Ашуры впервые за многие годы прозвучал национальный гимн «Эй, Иран».

Одновременно в Тегеране осознают, что удержание стабильности требует временного снижения приоритета культурно-религиозного контроля. С лета 2025 года власти фактически отодвинули на второй план кампанию по принуждению к ношению хиджаба, сосредоточившись на контроле границ и предотвращении новых ударов по КСИР - тенденция, которую фиксируют Reuters, Al Monitor и иранские СМИ.

На политическом уровне наблюдаемые изменения выражаются в риторике президента Масуда Пезешкиана о «правительстве национального консенсуса». Президент, по данным IRNA и Mehr News, получил мандат на «внутреннее умиротворение», направленное на снижение конфликта между государством и обществом.

Иран корректирует не только идеологию, но и региональную стратегию. Разграничивая понятия «Иран» и «Исламская Республика», он возвращается к арсеналу древнеперсидской символики - на политических площадях устанавливаются статуи Ростама, в ракетно-дроновую символику включается фигура Арша Радуги, а во время церемонии Ашуры впервые за многие годы прозвучал национальный гимн «Эй, Иран»

Во внешней политике Иран осторожно смягчает риторику в отношении Турции, Азербайджана, монархий Персидского залива и даже США.

При этом в докладе IRAM подчеркивается: речь идет не об отказе ИРИ от исламской идеологии, а исключительно о смене стратегических приоритетов. Экспорт исламской революции утрачивает функциональность, тогда как защита государства становится первостепенной задачей.

В результате за фасадом привычной риторики возникает новая конструкция: Исламская Республика, которая пытается выстроить модель национального государства, способного пережить внешние и внутренние потрясения.

Если руководствоваться выводы доклада аналитиков IRAM, то Тегеран впервые за долгие годы стремится уйти из логики вечной конфронтации. Причем делает это не из-за смены убеждений, а из-за страха исчезновения.