Антиантанта XXI века : кто боится Азербайджана в новой архитектуре мира ТОФИГ ЗУЛЬФУГАРОВ

В последнее время внимание мировой общественности вновь обращено к динамике международных организаций и формированию новых центров влияния. Параллельно с историческими памятными датами на глобальной арене происходят события, которые не только отражают текущие политические реалии, но и задают тон будущему стратегическому взаимодействию государств.

Так, в Китае в начале сентября состоялся саммит Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), на котором обсуждались вопросы расширения состава организации. Азербайджан, ранее имевший статус партнера ШОС, стремился получить статус полноправного члена. Однако его заявка была отклонена Индией. По утверждению официальных лиц Азербайджана, решение Индии блокировать вступление Баку было мотивировано тесными связями нашей страны с Пакистаном.

Позднее появились сообщения, что Россия также поддержала позицию Индии, что вызвало дополнительные дипломатические осложнения в отношениях между Азербайджаном и РФ, особенно на фоне их общего ухудшения.

Бывший министр иностранных дел Азербайджана Тофиг Зульфугаров в своем комментарии для Vesti.az отметил, что в Пекине состоялось событие, которое по сути объединяло два важных мероприятия: празднование 80-летия окончания Второй мировой войны и 25-й саммит Шанхайской организации сотрудничества (ШОС).

«До этого саммит ШОС рассматривался преимущественно как экономическая площадка - платформа для взаимодействия государств-членов в сфере экономики и торговли. Со временем в повестку ШОС начали все больше включаться политические компоненты: выработка общих позиций по актуальным вопросам мировой политики, координация взглядов и укрепление единства внутри организации», — сказал он.

По мнению политолога, последнее событие в Пекине можно рассматривать как символическое объявление о формировании нового геополитического центра, который в определенной степени позиционируется в оппозиции к западному полюсу влияния.

«Эта оценка носит, конечно, субъективный характер, но подтверждается реакцией западной прессы и политиков, включая комментарии в США и в Европе, где обсуждался «месседж о создании нового центра силы» или нового полюса в мировой политике», — подчеркнул Зульфугаров.

И с этой точки зрения, по его словам, это событие можно считать историческим: впервые после распада Советского Союза и Варшавского договора формируется коалиция, которую сам эксперт в одной из своих публикаций обозначил как «антиантанту XXI века».

«В этом контексте важно отметить, что Азербайджан не стал членом ШОС и это открывает определенные возможности для наблюдения за трансформацией организации и выбора оптимальной позиции», — пояснил он.

Аналитик отметил, что не все члены ШОС будут полностью интегрированы в политический, экономический или оборонный блок под руководством Китая, поэтому процесс трансформации все еще продолжается.

«С точки зрения экономической привлекательности, различие между членством и статусом привилегированного партнера пока сложно оценить. Азербайджан имеет достаточно развернутые двусторонние отношения с членами ШОС, и многие экономические задачи могут решаться именно через такие двусторонние контакты или в рамках привилегированного партнерства»,- подчеркнул Зульфугаров.

Политолог считает, что новое содержание, появившееся у ШОС, требует времени для осмысления, и это дает Азербайджану дополнительную возможность сохранять политику нейтралитета, демонстрируя равную дистанцию и одновременно близость к различным геополитическим центрам.

«Процессы трансформации затрагивают не только китайский полюс, но и западный. Мы наблюдаем фрагментацию западной коалиции, включающей Европу, США и их ближайших союзников. Геополитическая архитектура, характерная для периода после распада Советского Союза, претерпевает значительные изменения», — заявил он.

Эксперт отметил, что благодаря позиции Индии, а теперь, как утверждают различные источники, и России, Азербайджан не стал членом ШОС, однако это открывает возможность для нас внимательно наблюдать за глобальными процессами и выстраивать стратегию, максимально соответствующую национальным и государственным интересам.

«Такой подход позволяет, с одной стороны, анализировать трансформацию мировых полюсов силы, а с другой - выбирать наиболее выгодный путь для обеспечения стабильности и развития страны в условиях меняющегося международного порядка», - заключил Тофиг Зульфугаров.