Цена европейских объятий

Что может предложить Армении Евросоюз кроме политической поддержки и красивых обещаний

Брюссель наращивает свое присутствие в Армении, рассматривая ее как важный элемент своей стратегии на Южном Кавказе. Но финансовые возможности ЕС и реальные потребности армянской экономики пока выглядят величинами разного порядка

Пока внимание мировой общественности приковано к событиям в Украине и на Ближнем Востоке, на Южном Кавказе набирают обороты процессы, способные заметно повлиять на расстановку сил в регионе. Причем многие из них формируются далеко за пределами самого Южного Кавказа - в политических кабинетах Брюсселя.

Армения в последние месяцы превратилась в один из важных объектов европейского внимания. Секретарь совета безопасности Армении Армен Григорян отправился в польский Гданьск на конференцию по восстановлению Украины, а уже в начале июля в Иреване ожидают представительную делегацию европейских политиков во главе с Урсулой фон дер Ляйен. Очевидно, они приедут поддержать тот самый «дух бархатной революции», о котором упомянула председатель Европейской комиссии, поздравляя Никола Пашиняна с победой на внеочередных парламентских выборах.     

Еще недавно Брюссель шептал о реформах, демократии и крепких институтах, теперь же речь идет о геополитическом покровительстве. И дело здесь, конечно, не в беззаветной любви Европы к армянскому коньяку и абрикосам. Евросоюз делает ставку на ту силу в Армении, которая сегодня готова дистанцироваться от России. Никол Пашинян сумел превратить разочарование части армянского общества в традиционных союзниках в ценный политический капитал. Брюссель это заметил и решил вложиться. И вложения эти не только на словах.

Европа обещает Армении €50 млн. Сумма, конечно, вполне достойная для небольшого проекта. Или для строительства нескольких километров современной дороги. Но когда речь идет о последствиях торгового конфликта с крупнейшим рынком сбыта, цифра выглядит уже не столь впечатляюще. Особенно если вспомнить, что параллельно Брюссель рассказывает о перспективах экспорта армянской продукции в Евросоюз объемом до €420 млн ежегодно.

Политика вообще любит жить в мире красивых чисел. Реальность же обычно задает неудобные вопросы. Например: каким маршрутом армянский абрикос должен попасть на прилавок в Берлине?

На карте все выглядит просто. Провел линию, подписал меморандум, утвердил программу поддержки. Но абрикосу нужно доехать быстро, желательно не превратившись по дороге в джем. И тут внезапно выясняется, что география-то - упрямая штука. Армения не имеет выхода к морю. Транспортные маршруты по-прежнему требуют времени, денег и инфраструктуры. А европейский рынок по-прежнему защищен не только пошлинами, но и бесконечными стандартами, сертификатами и требованиями. Поэтому Брюссель сегодня напоминает архитектора, который показывает великолепный макет будущего здания, тогда как жильцы интересуются куда более простым вопросом: а крыша над головой будет завтра или через десять лет?

Европа предлагает Армении манящее политическое будущее, тогда как Россия остается ее экономическим настоящим. Сколько бы ни говорили о диверсификации рынков, армянская сельхозпродукция и значительная часть промышленного экспорта по-прежнему смотрят на Восток. Любые ограничения со стороны Москвы воспринимаются в Иреване как удар под дых.

Фактически сегодня армянские власти оказались в положении акробата, балансирующего на канате. С одной стороны - европейские платформы, меморандумы, дорожные карты и встречи с комиссарами ЕС, с другой - холодный расчет, понимание того, что резкий разрыв с Россией может обернуться экономическим коллапсом.

Готова ли Европа действительно взять Армению на свое содержание? История взаимоотношений Брюсселя с постсоветскими государствами рисует картину, где европейские обещания часто оказываются куда более щедрыми, чем европейские бюджеты. Украина, Молдова, Грузия годами слышали заверения в поддержке, но реальная цена интеграции ложилась прежде всего на их собственные плечи. Для Брюсселя Армения сегодня - это прежде всего инструмент для ослабления российского влияния в регионе и яркая демонстрация альтернативного пути развития для постсоветских государств. В этой сложной геополитической игре Армения рискует оказаться между молотом и наковальней.

Европейские объятия могут быть теплыми, но их финансовая составляющая пока не способна компенсировать потенциальные экономические потери от разрыва с Россией. А Москва, в свою очередь, вряд ли будет безучастно наблюдать, как ее традиционный союзник дрейфует в сторону Запада.

Кроме того, Армения по-прежнему получает серьезные преимущества от своего присутствия в российском экономическом пространстве. Речь идет и об относительно дешевых энергоресурсах, и о многомиллиардных денежных переводах. Те самые более чем $3 млрд, которые ежегодно поступают из России, Евросоюз вряд ли сможет и, главное, вряд ли захочет компенсировать.

Как сказал в беседе с «Бакинским рабочим» депутат Милли Меджлиса, политолог Расим Мусабеков, план Евросоюза, в общем-то, очевиден и изначально формировался таким образом, чтобы минимизировать российское влияние на Южном Кавказе. «И сейчас на очереди Армения, особенно с учетом того, что Никол Пашинян достаточно четко обозначил для страны приоритетность европейского направления, сотрудничества с Евросоюзом и постепенного дистанцирования от России, ЕАЭС и ОДКБ. Понятно, что самостоятельно осуществить такой разворот Армения не в состоянии. Ее экономическая привязка к России остается очень серьёзной. Да и военная зависимость от России по-прежнему во многом сохраняется. Поэтому, несмотря на всю риторику о переориентации, если смотреть на реальные показатели, то экономика Армении остается тесно связанной с российской. Около 40% внешней торговли приходится на Россию. Денежные переводы из России превышают $3 млрд долларов в год. Практически все ключевые инфраструктурные активы - атомная электростанция, железная дорога, энергетические сети, газовая инфраструктура, связь, банковский сектор так или иначе связаны с российским присутствием», - пояснил наш собеседник.

По его словам, на этом фоне визит Урсулы фон дер Ляйен выглядит вполне логичным. «По сути, ее задача - оценить на месте, какие практические шаги Евросоюз способен предпринять для поддержки Армении и ее дальнейшего сближения с европейскими структурами. И, на мой взгляд, за действиями Брюсселя в данном случае очень отчетливо просматривается Франция. Президент Макрон, безусловно, играет здесь одну из ключевых ролей. Учитывая, что Франция является одним из двух основных политических центров влияния внутри Евросоюза, ее возможности продвигать подобную повестку достаточно велики. В этом смысле поездка Урсулы фон дер Ляйен в Армению вполне укладывается в общую стратегию Парижа по усилению европейского присутствия в регионе. Другой вопрос - что именно Евросоюз может предложить Армении сверх того, что уже предлагает сегодня? Честно говоря, представить это довольно сложно. Масштабное прямое финансирование Армении по аналогии с государствами-членами ЕС вряд ли будет одобрено всеми европейскими странами. Ведь любые дополнительные ресурсы необходимо будет перераспределять из уже существующих фондов, а значит, фактически забирать их у кого-то другого», - подчеркнул политолог.

Как отметил парламентарий, по мере отдаления от России, Армения объективно будет усиливать свою зависимость от Азербайджана в энергетической сфере и от Турции по целому ряду других направлений. «Речь идет о транспортных коммуникациях, торговле, логистике и целом комплексе экономических связей, без которых устойчивое развитие армянской экономики в новых условиях будет затруднительным. Поэтому парадокс заключается в том, что даже при движении в сторону Европы география никуда не исчезает. А география в данном случае диктует необходимость более тесного взаимодействия именно с ближайшими соседями», - резюмировал Р.Мусабеков.