Декларация раздора: что мешает Армении окончательно выбрать мир

Сегодня, 23 августа, в Армении традиционно отмечают годовщину принятия Декларации о независимости — документа, который армянская оппозиция привыкла называть «свидетельством о рождении» республики и «якорем национального единства». Однако за торжественной риторикой скрывается неудобный парадокс: страна продолжает чествовать документ, в котором ещё в 1990 году была заложена политико-правовая мина под будущий мир с Азербайджаном. И речь здесь вовсе не о праве армянского народа на собственную государственность, которое никто не ставит под сомнение. Проблема заключается в другом: право одного государства на независимость не может служить оправданием претензий на суверенную территорию другого.

В основе Декларации лежит совместное постановление Верховного Совета Армянской ССР и «Национального Совета Нагорного Карабаха» от 1 декабря 1989 года о «воссоединении» Армении с Нагорным Карабахом — территорией, являвшейся и являющейся неотъемлемой частью Азербайджана согласно международному праву и резолюциям ООН. Именно эта норма превратила документ о суверенитете в политический инструмент, в котором национальная государственность оказалась связана с территориальными амбициями. В дальнейшем эта идеологическая конструкция стала одной из основ конфликта и последовавших за ним агрессии против Азербайджана, оккупации его территорий и этнических чисток, приведших к гибели и изгнанию сотен тысяч азербайджанцев.

Сегодня спор идёт уже не столько о прошлом как таковом, сколько о будущем. Вопрос заключается в том, готова ли Армения окончательно развести историческую память и государственную политику. Нынешнее руководство страны, по крайней мере на словах, осознало токсичность наследия конфронтации. Премьер-министр Никол Пашинян неоднократно называл Декларацию о независимости «конфликтогенной», указывая, что новая Конституция не должна содержать отсылок к документу, порождающему риск новых столкновений. Эта оценка особенно важна потому, что сама по себе Декларация давно перестала быть исключительно архивным свидетельством распада СССР: её политико-правовое значение напрямую связано с современными конституционными дискуссиями в Армении.

Именно поэтому позиция Баку, последовательно выступающего за устранение из армянского Основного закона любых положений, которые могут быть истолкованы как сохранение претензий на территорию Азербайджана, имеет принципиальное значение. Это требование не является капризом и тем более не может рассматриваться как давление на внутреннюю политику соседнего государства. Оно отражает элементарную логику межгосударственных отношений: полноценный и устойчивый мир невозможен, пока в политико-правовом поле одной из сторон сохраняется документальное наследие, связанное с притязаниями на земли другой.

Фактически сегодня в Армении сталкиваются две модели будущего. Первая предлагает продолжать жить политическими категориями конца 1980-х годов, когда национальная мифология и экспансионистские установки подменяли государственный расчёт. Вторая основывается на реалиях XXI века: признании международно признанных границ, уважении территориальной целостности, отказе от реваншизма, открытии коммуникаций и экономическом сотрудничестве. Выбор между этими моделями имеет для Армении гораздо большее значение, чем очередной спор о символическом статусе документа, принятого более трёх десятилетий назад.

Тем не менее армянская оппозиция в лице Армянского национального конгресса и партии АРФ «Дашнакцутюн» упорно отказывается принять изменившиеся реалии. В заявлениях, приуроченных к очередной годовщине, они призывают «встать на защиту Декларации», называют её «основой государственности» и обещают сопротивление любым попыткам пересмотра. Однако за подобной риторикой всё заметнее проступает не забота об исторической памяти, а нежелание расставаться с политическими мифами прошлого.

По сути, оппоненты нынешнего армянского руководства предлагают обществу странный выбор: сохранить конфликтный документ как символ «национальной идентичности», даже если его политико-правовое наследие остаётся препятствием для долгосрочного мира. Получается, что для части политической элиты исторический текст оказывается важнее политического будущего собственной страны. За разговорами о защите государственности скрывается попытка сохранить в национальном сознании и политическом пространстве представления о «великой Армении», которые на протяжении десятилетий подпитывали реваншистские настроения и оправдывали конфронтацию с Азербайджаном.

Именно в этом заключается главное противоречие нынешней армянской политики. С одной стороны, Ереван говорит о мире, нормализации отношений и необходимости открыть новую страницу в истории региона. С другой — значительная часть оппозиции продолжает отстаивать идеологические установки, сформировавшиеся в эпоху конфликта и непосредственно связанные с притязаниями на территорию Азербайджана. Для Пашиняна это означает необходимость маневрировать между внешнеполитической потребностью обеспечить стабильность и внутренним сопротивлением сил, для которых Декларация остаётся практически неприкосновенным политическим символом.

Однако бесконечно откладывать этот выбор невозможно. Либо Армения окончательно откажется от политико-правовых и идеологических конструкций, которые могут быть восприняты как претензии на территорию Азербайджана, и закрепит курс на мирное сосуществование в своём Основном законе, либо продолжит цепляться за наследие конфронтационной эпохи. Первый путь открывает возможности для стабильности, развития транспортных связей, экономического роста и полноценной региональной интеграции. Второй неизбежно сохраняет почву для реваншистских настроений, политических спекуляций и новых кризисов.

Декларация о независимости может оставаться частью армянской истории как свидетельство распада Советского Союза и рождения нового государства. Однако историческая память не должна становиться основанием для сохранения конфликтных политико-правовых установок. Проблема не в том, что Армения помнит своё прошлое, а в том, что часть политической элиты пытается превратить наследие конфронтации в основу завтрашней государственной политики.

Азербайджан не требует от Армении отказаться от собственной истории или национальной идентичности. Речь идёт о гораздо более простом и фундаментальном принципе — уважении международно признанных границ и окончательном отказе от любых конституционных, политических или идеологических притязаний на территорию соседнего государства. Азербайджан давно восстановил свой суверенитет над всей своей территорией, и новая региональная реальность требует соответствующего политико-правового осмысления и в Армении.

Мир между Азербайджаном и Арменией начинается не с красивых заявлений и не с юбилейных речей. Он начинается с отказа от документов и идей, которые оправдывают притязания на территорию соседа. Декларация 1990 года может остаться частью истории, но она не должна оставаться программой будущего. Армении предстоит сделать выбор между прошлым, построенным на конфликте, и будущим, которое может быть построено на мире. И чем раньше этот выбор будет сделан не только на словах, но и на уровне фундаментальных государственных документов, тем реальнее станет перспектива прочного и окончательного мира на Южном Кавказе.

Автор

Заур Нурмамедов