Деньги под подушкой

Почему люди боятся нести свои сбережения в банки?

Почти половина всей денежной массы в стране остается в наличной форме. Эти средства в основном хранятся у населения «под подушкой» и в кассах предприятий, сообщил председатель Центрального банка Азербайджана Талех Казымов, говоря о состоянии и перспективах развития рынка капитала.

Главный банкир страны оценил количество «подушечно-матрасных» сбережений. По его словам, почти половина денежной массы в республике, а это порядка 46% находящихся в обороте денег, приходится на наличные, хранящиеся у граждан и в кассах бизнеса. Около $10 млрд находятся у населения, еще $7 млрд - в кассах супермаркетов и гостиниц. Такой расклад, признается Т.Кязымов, ограничивает развитие рынка капитала.

«Одним из ключевых вызовов становится то, что наша финансовая система в основном банковская, - комментирует он. - Сегодня основная ликвидность сосредоточена в банковском секторе, причем значительная часть - в руках четырех-пяти крупнейших банков».

Феномен так называемых «матрасных денег» - наличных, которые люди предпочитают хранить дома, - во многом объясняется недоверием к финансовой системе. Его подпитывают желание иметь личную «подушку безопасности», страх перед возможными кризисами, включая ликвидацию банков, ограничениями на снятие средств, а также банальная привычка и удобство наличных расчетов. Потому хранение денег «под рукой» дает ощущение психологического спокойствия и полной доступности средств в экстренной ситуации. Однако такая стратегия имеет обратную сторону: со временем наличные неизбежно обесцениваются из-за инфляции, превращая иллюзию безопасности в реальные финансовые потери.

Почему же, несмотря на инфляцию и обесценивание денег масса наличности хранится у граждан?

По мнению ряда экономистов, причина этого заключается в низком уровне доверия к банковской системе.

«Пока часть аудитории восприняла заявление главы Центрального банка буквально и ограничилась поверхностными выводами, в его словах на самом деле прозвучала жесткая критика действующей экономической модели, - говорит экономист Натиг Джафарли, комментируя резонансное высказывание главного банкира страны. - Вместо прямых ответов на болезненные вопросы регулятор прибег к образному и хорошо известному в экономике выражению - «деньги под подушкой», чтобы обозначить причины слабой вовлеченности населения в банковскую систему. По сути, это заявление высвечивает сразу три фундаментальные проблемы. Первая заключается в том, что налицо низкий уровень доверия к банкам. Значительная часть граждан по-прежнему предпочитает хранить средства дома, и именно Центральный банк должен честно объяснить, почему это недоверие сохраняется и как его можно преодолеть. Вторая причина уходит в плоскость крайне ограниченных возможностей для инвестирования. Экономическая система не предлагает людям полноценного набора инструментов для сохранения и приумножения средств: развитого рынка ценных бумаг и альтернативных инвестиционных механизмов фактически нет», - подчеркивает эксперт.

Государство, по его словам, обязано честно ответить на вопрос, почему в стране до сих пор не сформирована современная и эффективно работающая финансовая инфраструктура. Кроме прочего, на поверхность выходит проблема неблагоприятного инвестиционного климата. Граждане опасаются вкладывать средства в бизнес или открывать собственное дело, опасаясь потерь, связанных с действиями государства и непредсказуемостью правил игры. В результате люди предпочитают искать более понятные, защищенные и прозрачные условия за пределами страны. И здесь власти также должны дать объяснение: почему население инвестирует за рубежом, а не в национальную экономику.

Таким образом, считает Н.Джафарли, глава Центрального банка фактически пытается запустить открытый и честный разговор о системных проблемах. Однако вместо предметной дискуссии о реальных экономических вызовах часть общественных комментаторов и медиа создает искусственный и ничем не обоснованный «ажиотаж», уводя внимание от сути прозвучавшей критики.

Специалисты сходятся во мнении, что вовлечение «матрасных» сбережений в экономику могло бы дать ощутимый стимулирующий эффект. Если эти средства окажутся в банковской системе, расширятся возможности кредитования бизнеса и населения. Дополнительные финансовые ресурсы позволят снизить процентные ставки, повысить доступность займов и, в конечном итоге, поддержать развитие предпринимательства и рост внутреннего спроса.

Они уверяют, что эффект от применения этих средств носил бы макроэкономический характер: выросла бы ликвидность банковской системы, укрепилось доверие к финансовым институтам и снизилась бы нагрузка на Центральный банк в управлении валютным рынком. В долгосрочной перспективе это могло бы отразиться и на общей финансовой устойчивости государства. Однако для достижения такого результата недостаточно просто призывать граждан нести деньги в банки, а нужно обеспечить прозрачность работы финансового сектора, гарантировать сохранность вкладов и создать действительно привлекательные условия для инвестирования.

Вместе с тем, ключевая причина многолетней проблемы кроется в низком уровне доверия населения к банковской системе, отмечает финансист Акрам Гасанов. «Череда реорганизаций, закрытие банков, непоследовательная депозитная политика и валютные колебания выработали у людей устойчивую осторожность. Наши граждане до сих пор считают, что судьба средств, размещенных в банках, остается неопределенной. После девальвации 2015 года доллар для многих стал инструментом минимизации рисков. И эта психология никуда не исчезла, и людям по-прежнему кажется безопаснее хранить деньги дома», - поясняет эксперт.

Последствия такого поведения, подчеркивает он, крайне чувствительны для экономики, поскольку отсутствие этих ресурсов в обращении снижает общую ликвидность и ограничивает возможности банков по кредитованию.

«Если в финансовую систему страны поступит упомянутая сумма, это серьезно повлияет не только на процентные ставки по кредитам, но и на развитие бизнеса в целом. Мертвый капитал один из ключевых факторов, тормозящих экономический рост», - отметил Акрам Гасанов.

По его словам, обсуждение перехода к плавающему обменному курсу имеет смысл, однако первопричина проблемы лежит глубже. «Люди действительно обеспокоены курсом, и плавающий режим может обеспечить долгосрочную устойчивость. Но без восстановления доверия к банковской системе принципиальных изменений не произойдет», - резюмировал он.