Диверсификация в действии

Ненефтегазовый сектор укрепляет экономику

В проекте госбюджета на следующий год заметно усилена роль ненефтегазового сектора: уже 88,1% текущих расходов планируется покрыть именно за его счет, что 7,1% превышает нынешний уровень. Цифры и бюджетные ожидания сходятся в точке развития экономики к более устойчивой и диверсифицированной модели финансирования

На совместном заседании парламентских комитетов проект бюджета представил заместитель министра финансов Гималай Мамишов. Он подчеркнул, что повышение уровня жизни и укрепление системы социальной защиты остаются ключевыми приоритетами государственной политики. Поэтому и в следующем финансовом году основная часть текущих расходов вновь будет направлена на социальные цели.

Согласно проекту, на социальные нужды предусмотрено 17,1 млрд манатов - это 41,1% всех расходов бюджета. По сравнению с предыдущим годом сумма увеличилась на 213 млн манатов, или на 1,3%. При этом почти 90% средств - 15,4 млрд манатов пойдут на оплату труда и социальное обеспечение. За последние пять лет такие расходы выросли на 4,4 млрд манатов, или почти на 40%. В совокупности бюджетные данные показывают: социальная поддержка остается стержнем бюджетной политики, а растущая доля ненефтегазовых доходов делает эту поддержку еще более надежной и долгосрочной.

На первый взгляд, эти показатели действительно создают ощущение постепенного ухода от нефтяной зависимости, комментирует экономист Акиф Насирли. Однако же при более внимательном рассмотрении становится понятно: формальное распределение доходов не всегда в полной мере отражает реальную картину. Согласно официальным правилам составления бюджета, доходы Государственного нефтяного фонда не включаются напрямую в структуру госбюджета - и это неизбежно искажает восприятие общей зависимости экономики от нефтяных поступлений.

Иными словами, говорит эксперт, даже при росте ненефтегазовых доходов значительная часть благосостояния страны по-прежнему связана с нефтью и газом, поскольку именно они формируют основу накоплений и крупных трансфертов, обеспечивающих бюджетную устойчивость. Внешне структура может выглядеть сбалансированной, но фундаментальная роль нефтяного сектора всё ещё ощутима.

Все это вовсе не отменяет позитивных изменений: напротив, рост доли ненефтяных доходов говорит о реальной работе по диверсификации. Но важно учитывать: процесс снижения зависимости не одномоментный, он требует времени, последовательных шагов и устойчивого развития несырьевых отраслей. Потому ключевая задача на ближайшие годы заключается в перевоплощении формальных показателей в полноценную экономическую реальность, чтобы ненефтяной сектор действительно стал тем фундаментом и опорой для бюджета без оглядки на колебания мировых сырьевых рынков.

На деле складывается ситуация, когда значительная часть поступлений, формально обозначаемых как ненефтяные, на самом деле опирается на нефтегазовые ресурсы, пусть и опосредованно, - заметил он. - Это не умаляет значения роста реального ненефтяного сектора, но важно понимать природу цифрового ландшафта, чтобы объективно оценивать динамику и масштабы происходящих изменений.

Говорить о снижении зависимости экономики от нефти можно будет лишь когда доля доходов, полностью не связанных с нефтегазовым сырьем - ни напрямую, ни через инвестиционные трансферты - станет устойчиво расти независимо от мировых цен на нефть. В то же время такая структура доходов объяснима: в течение многих лет именно нефтяные поступления служили базой для модернизации инфраструктуры, развития энергетики, логистики и социальной сферы. Упомянутый фундамент создавался целенаправленно, и сегодня он позволяет поддерживать широкую расходную часть бюджета, в том числе социальную, не повышая резких рисков»

Однако переход в фазу «настоящей диверсификации» требует, чтобы в экономике усиливалась роль тех отраслей, призванных генерировать добавленную стоимость без опоры на сырьевые ресурсы. Речь идет о промышленности, сельском хозяйстве, новых технологиях, услугах: от финансовых до туристических. Именно эти направления должны в долгосрочной перспективе стать драйверами устойчивого роста. И если нынешняя структура бюджета отражает важный, но промежуточный этап, то дальнейшая задача заключается в том, чтобы доля ненефтяных доходов росла благодаря развитию реального бизнеса и человеческого капитала, а не за счет перераспределения нефтяных средств.

«Значительная доля бюджета продолжает формироваться косвенно: за счет валютных вливаний и инвестиций, поступающих в экономику благодаря нефтяным доходам. Например, трансферты из Государственного нефтяного фонда, инфраструктурные проекты, финансируемые на нефтяные средства, и налоговые платежи компаний, работающих над такими проектами, формально считаются «ненефтяными доходами». Но их происхождение связано с нефтяной конъюнктурой. Аналогичная ситуация наблюдается в энергетической сфере: доходы от крупных объектов, включая электростанции, газовые ТЭЦ и системы теплоснабжения отражаются как доходы ненефтяного сектора, хотя их работа основана на природном газе и мазуте, полностью относящихся к нефтегазовой отрасли.

Похожая парадигма проявляется и в других областях. Сборы и арендная плата за использование дорог, мостов и логистических центров, построенных на нефтяные доходы, также записываются как поступления ненефтяного характера. Подрядные и субподрядные компании, участвующие в проектах, финансируемых за счет нефтяных средств, работают в ненефтяных сферах, однако их прибыль фактически формируется благодаря инвестиционным потокам, формирующимся в нефтегазе.

«Часть экспортных таможенных пошлин тоже косвенно связана с нефтяным сектором, поскольку валютные поступления от нефти поддерживают стабильность курса маната, - уверен аналитик. - Все это способствует снижению цен на импортируемые товары и расширению налогооблагаемой базы. Таким образом, часть НДС и акцизов, собираемых с ненефтяного сектора, увеличивается благодаря стабильности, создаваемой нефтяными доходами на валютном рынке.

Если принять во внимание, что около 35% из 78% ненефтяной части бюджета косвенно зависит от нефтяных поступлений, общая «эффективная нефтяная зависимость» бюджета составляет примерно 40%. При достижении косвенной зависимости в 50% бюджет фактически остается на 60% зависимым от нефти и газа. Иными словами, хотя формальные показатели ненефтяных доходов растут, финансовые потоки, поддерживаемые нефтяными доходами, продолжают играть важную роль в структуре экономики».

Рост ненефтяных доходов за последние годы во многом связан с административными мерами: усилением налогового администрирования, повышением ставок НДС и акцизов, а также расширением систем электронного управления, заметил А.Насирли: «Хоть такие меры обеспечивают бюджетную стабильность, они не всегда способствуют диверсификации реального сектора. Ведь если рост доходов происходит не за счет производства, экспорта или технологических инноваций, а исключительно за счет усиления налоговой нагрузки и контроля, мы получаем временную стабильность бюджета, но не обеспечиваем долгосрочную экономическую независимость.

Доходы от продажи нефти напрямую зависят от мировых цен. Снижение цен или ограничения экспорта отрицательно влияют как на прямые, так и на косвенные доходы бюджета. Потому, несмотря на официальную долю нефтяных доходов, стабильность финансов по-прежнему чувствительна к колебаниям цен на нефть. Такая структура бюджета при отсутствии должного уровня производственных мощностей в ненефтяном секторе может создавать долгосрочные фискальные риски, поскольку изменение нефтяных цен ведет к сокращению доходов и дисбалансу государственных расходов».

Позитивным моментом специалист называет рациональные подходы к управлению нефтяными доходами. Так, усилена координация между Государственным нефтяным фондом и Министерством финансов, а прогнозирование цен на нефть в балансе доходов и расходов строится с осторожностью. Вместе с тем, для реального снижения зависимости от нефтяного сектора эксперт предлагает меры фискального управления, включая структурные хозяйственные реформы. Поскольку без развития производств с высокой добавленной стоимостью и создания экспортно-ориентированных промышленных и технологических кластеров в ненефтяном секторе зависимость по-прежнему сохранится.

«Для реального сокращения зависимости бюджета от нефтяного сектора необходимо постепенно уменьшать долю трансфертов из Государственного нефтяного фонда, одновременно стимулируя экспорт и производство в ненефтяных отраслях, - отметил А.Насирли. - Новые налоговые поступления, такие как налог на прибыль, который начнет действовать со следующего года, следует направлять на социальные и инновационные инвестиции, а доли прямых и косвенных нефтяных доходов четко и прозрачно отражать в бюджетных документах».